Кукла Яся - Анна Джолос

Нормально…

— Нет, ну ты это видел, а? — в шоке таращусь на дерзкую девицу, шагающую обслуживать паркетник, ставший по соседству.

Фа-фа…

Нам упорно сигналят тачки, ожидающие своей очереди.

— Да уезжаем, эй да! — успокаивает взбунтовавшихся Илюха. — Садись, — хлопает меня по плечу. — Поехали.

— Жёстко она тебя бортанула, — доносится до меня голос Черепанова, оставшегося в машине.

— Да в смысле бортанула? — поворачиваюсь.

— Подкат — отстой, братан! Не обессудь.

— Какой подкат? Взгреть хотел нормальными чаевыми, — поясняю свои действия.

— Кто кого взгрел — вопрос спорный! — гогочет этот придурок и я наклоняюсь вперёд, чтобы отвесить ему подзатыльник.

— Идиот.

— Обломинго! — лохматое чувырло ловко уворачивается, но я цепляю пацана за куртку. — Отвали, пикапер-неудачник.

Хватаю его за ухо и тяну вниз.

— Аааа, мать твою, больно!

— Оторву.

— Скажи, ударило по самолюбию, да? Она отбрила тебя на десяточку, согласись?

— Да кто её клеил? Дичь не неси. На кой икс мне сдалась эта малолетка?

— Ну-ну. Пялился на неё как маньяк. Аж слюни вон потекли! — кривляется, пытаясь изобразить меня.

— Не сочиняй, долбоящер, — получает от меня хорошую затрещину.

Сам не знаю, почему он так бесит. То ли не хочу признавать, что девчонка и правда приглянулась. То ли до сих пор нахожусь в растерянности после её выходки.

— Не расстраивайся. Лузер ты наш престарелый, — не унимается Антон, нарочно продолжая меня провоцировать. — Тебе почти тридцатник, так что…

— Падла, иди сюда!

— Да харэ, прекращайте. Пока мы не вмазались в бетонную плиту, — не выдерживает Илья, однако мы на его слова не обращаем никакого внимания. Маемся дурью до самого супермаркета. Только там на парковке успокаиваемся. Почти.

— Продинамила, — Антон снова ржёт, поправляя патлы.

— Завали хлебало, Череп, — цежу сквозь зубы, выбираясь из салона.

— Погнали, придурки, надо хорошенько затариться, а времени у нас в обрез, — Илья широким шагом направляется в магазин, в котором мы проводим ближайшие минут пятнадцать-двадцать.

Обследовав все ряды и основательно наполнив тележку продуктами, плетёмся к выходу.

— Оплата только за наличные! — раздражённо цокая языком, сообщает кассирша.

— Так вот же терминал, — тычет в него пальцем Антон.

— Так не работает! — язвит тётка, поправляя дичайшую конструкцию, сооружённую на голове.

— А написать объяву?

— Молодой человек! У меня люди! Мне писать некогда!

— Нал есть? — поворачивается ко мне Илья.

Киваю и лезу в карман своей косухи. Проверяю один. Второй. Хлопаю по карманам джинс. Спереди. Сзади.

— Не понял… Тох, а ну-ка сгоняй в машину.

Там оставил бумажник, что ли?

Кассирша театрально вздыхает и закатывает глаза.

— Вы будете оплачивать или нет?

— Решаем проблему.

— А все ждать должны!

— Давайте уже быстрее!

— Освобождайте кассу! — лютуют граждане из очереди.

— Вы чего такие нервные, уважаемые?! — Илья пытается быть вежливым. Насколько это вообще возможно.

— Потому что всем домой надо!

— У меня сериал начинается!

— Меня муж голодный ждёт!

— А у меня собака обсыкается! — наперебой орут посетители магазина.

Поглядываю на автоматически раздвигающиеся двери.

Ну и где этот олень? Только за смертью посылать!

— Переводи на эти цифры, быстрее будет, — какой-то мужик из очереди суёт Паровозову наличку и протягивает визитку.

— Благодарю.

Ну слава Богу!

Хватаю пакеты, когда ситуация разрешается.

— Ваш чек, приходите ещё, — произносит дежурную фразу кассирша. Таким тоном, что уж лучше промолчала бы.

— Грымза, — констатирует Илюха.

— Терпеть не могу магазины и рынки…

Выходим на улицу.

— Какого ты так долго? — ору Антону, зависнувшему у машины.

— Нет там твоего бумажника, я везде посмотрел.

— Глаза на жопе? Там он.

— Да нет же, говорю!

Кретин.

Илья открывает багажник. Складываю туда пакеты и принимаюсь искать портмоне самостоятельно. В бардачке смотрю. На сиденье. Под ним. Сзади. В двери. На полу.

Чё за херня такая?

Озадаченно пялюсь на асфальт и вдруг до меня доходит…

— Вот сучка! — сжимаю челюсти до хруста, когда понимаю, что бумажник украла та девчонка с заправки.

— Твою мать!

— Ой не могу! — Черепанов ржёт как коняка. — Ну ты и лошара, Дымыч! И много там было?

— Двадцатка.

Но не так важны деньги, как сам кошелёк и те личные вещи, которые в нём лежали.

— Ты чё, Кир? — Паровозов, закрыв багажник, вопросительно вскидывает бровь.

— Ты представляешь, Илюх, она спёрла моё портмоне!

— Кто? — друг явно не догоняет с ходу.

— Кто-кто блять! Грёбаная королева бензоколонки! — ору я, ощущая, как вскипает кровь в венах.

Глава 2. Горький вкус свободы

Пару месяцев назад

Яся

— Тут черкани и свободна, — сообщает толстый лысый ментяра, вольготно развалившийся на стуле.

— А паспорт мой где? — спрашиваю, параллельно с этим читая то, что подписываю.

— Куда пойдёшь? — служитель закона не торопится отдать мне документ.

— Вам-то какое дело? — бросаю ручку, поднимая на него недружелюбный взгляд.

— Своей приёмной семейке ты не нужна. На нормальную работу не устроишься.

— Это вы сейчас к чему клоните? — уточняю хмуро.

— Как это к чему? Беспокоюсь о тебе, милая.

— Не стоит.

— Красивая ты девчонка, Яська! — его маленькие поросячьи глазки исследуют каждый сантиметр моего тела, и я ощущаю острый приступ подкатывающей тошноты.

— Паспорт давайте, — чеканю, мечтая как можно скорее уйти из этого кабинета.

— Подумай хорошенько. Мужикам ты нравишься. Могла бы хорошо зарабатывать. Снимешь квартиру, будешь покупать себе шмотки и цацки.

— Крышуете проституток? — фыркаю пренебрежительно.

— Ну зачем же так грубо, — его губы растягиваются в мерзкой улыбочке.

— Не отрицаете?

— Ты уже взрослая девочка. Понимаешь, что к чему. Да не переживай, Хайдаров тут не появится, — замечает, как я время от времени кошусь на дверь.

— Я не боюсь его, — высекаю уверенно, но по спине и рукам бежит неприятный озноб, стоит только вспомнить о том, что случилось два года назад.

— Хорошенько ты ему тогда засадила. До сих пор шрам на пол морды.

— Можно мне уйти уже?

Под столом сцепляю пальцы в замок и пытаюсь унять неконтролируемую дрожь.

— Подумай над моим предложением, Ярослава. Вот телефон, звякни, — пишет номер, затем лезет в ящик стола, достаёт оттуда мой паспорт и наконец отдаёт его мне. Вместе с тем листочком.

Подрываюсь со стула.

— Пошли вы на хер, Алексей Петрович, — хватаю заветный документ, а бумажку швыряю ему чуть ли не в морду.

Тикай, Ясь, тикай. И как можно быстрее.

— До встречи, — доносится до меня его противный смех.

Козёл.

Практически перехожу на бег. С колотящимся о грудную клетку сердцем несусь по коридору.

— Осторожнее!

Налетаю на тётку в погонах, но даже не извинившись, шурую на КПП.

— Выпустите, — стучу дежурному в окно.

— Не так быстро, — парень лениво принимает сидячую позу. — Паспорт давай.

Закатываю глаза. Открываю и припечатываю к стеклу, не желая отдавать документ в чужие руки.

Дежурный хмыкает.

— Бортич Ярослава Андреевна, —