Мягкая кукла - Анастасия Исаева

Вера невольно залюбовалась Сережей в оранжевых закатных лучах. Семь лет вместе, и он ничуть не изменился. Все такой же стройный с красивыми волосами и задорной улыбкой. Дочь бросилась к нему, пес — за ней. Глядя на эту веселую кутерьму, Вера счастливо вздохнула. Именно так ей представлялась семейная жизнь: они с мужем, ребенок или два, лужайка и собака.

— Идем в дом, а то бабушка с дедушкой заждались.

Дочь не посмела показать недовольство, но спина ее напряглась, отчего материнское сердце сжалось. Они ушли в дом, а Вера молча взялась за пакеты из ресторана и поморщилась. Свекровь и так не одобряет их способ вести дом, а тут новый повод — даже с помощницей гостей потчуют покупными блюдами.

— Верочка, тебе помочь?

Галина Николаевна пришла на кухню. И конечно, застала, как невестка перекладывает плов и ребрышки из контейнеров в тарелки. Оставалась самая малость — отнести их за большой стол к салату и закускам.

— Спасибо, я почти закончила.

Главное, держаться, словно так и надо. Не оправдываться!

— Но знаете, есть одна просьба. Будьте, пожалуйста, помягче с Каро…

— А я и вижу, как вы с ней мягко! Голова дракона? Черная футболка? Картинки до локтей, как у людей из мест, не столь отдаленных…

— Да что плохого в картинках? Все дети их любят. Зачем сразу про преступников.

— Ты не видишь корня проблемы. А я тебе как педагог со стажем заявляю: потом хлебнете! Она всегда в штанах, волосы обрезаны, кукол в руки не берет, даром что у тебя их полный дом. Сапожник без сапог.

— Галина Николаевна! — не выдержала Вера. — Вы уже десять лет как не работаете в школе…

На шум заглянул Сережа. И увидел привычную картину: мать стоит с оскорбленным видом, жена держится за краснющие щеки.

— Что такое?

Свекровь поджала губы. Вера тоже упрямо молчала. Если она начнет говорить, вечер будет окончательно испорчен. Муж нахмурился и снова посмотрел на Галину Николаевну. Ее-то он знал подольше, чем семь лет.

— Мам?

— Что «мам»? Ты-то куда смотришь? Питаетесь черти чем, дочь растет оборвышем и эгоисткой без братьев и сестер, зато у Верочки хобби, понимаете ли!

Вера стиснула зубы и ждала, что ответит муж. Особенно про братьев и сестер для Каро. Больное место. Два-три года назад она очень хотела второго ребенка, чтобы не приходя в сознание пережить младший возраст, но Сережа был против.

— Да нормально у нас все. Давайте лучше есть.

Сережа как всегда! Ни слова матери поперек. Ни слова в защиту своей семьи. Зато не конфликт. Пальцы забрались под манжету и больно ущипнули запястье. Вера натянуто улыбнулась и пригласила всех к столу.

Большой овальный стол в их доме накрывался с завидной регулярностью. Даже для троих человек и одного пса, не говоря уж о гостях. Из буфета доставалась подходящая случаю скатерть, к ней — салфетки, вдеваемые в кольца. Белая посуда с глазурованным рифлением шла к любому текстилю и добавляла ужинам нарядности.

Вера немного лукавила — в первую очередь себе — что ей пришлось «выкручиваться». К ресторанным блюдам нашлись дополнения в виде маринованных корнишонов и фаршированных оливок, несколько сортов сыра и свежий багет с хрустящей корочкой. И как оказалось, свекры привезли к чаю торт «Захер». Каро уже спрашивала, нельзя ли начать ужин с него.

— Пап, останетесь? — уточнил Сережа, открывая домашний бар.

— Если разместите, — ответил свекор. — У Маринки не развернешься.

— Конечно, разместим! — почти в голос ответили Вера и Сережа.

Сестра Сережи недавно родила третьего ребенка, и поэтому, собственно, свекры и приехали в город. Так бы до лета не выбрались из своего уютного домика на берегу реки. Вот только Вера до сих переваривала, что ее поставили в известность последней.

— Что-то ты задумчивая, Верочка, — с подтекстом заметила свекровь, намазывая мягкий сыр на хлеб. — Помешаем?

— Что вы! Нисколько. Просто думаю, как все успеть.

— Как твои куклы, Верунчик? Думала о расширении?

Свекор всегда говорил с ней покровительственно-отечески. А когда узнал, что невестка еще и рукастая, словно бы немного зауважал, что она «при деле».

— Берут, Сан Иваныч. Но отдавать кому-то моих девчонок не хочу. Шью в свое удовольствие.

— Да и правильно, — неожиданно поддержала свекровь. — Зачем это — еще больше отнимать времени у семьи?

А нет, не поддержала. Вера сохранила благожелательное выражение лица, но пришлось еще разок себя ущипнуть, чтобы внутреннее кипение не прорвалось наружу. Помощь пришла откуда не ждала. От мужа.

— У Веры все серьезно. Поставки тканей, курьеры, упаковка, реклама. Если бы наняла швей, давно бы уже всех окуклила и гребла лопатой. Но ей интереснее это для души, понимаете?

— Главное для меня — Каролина. Солнышко, не корми Цезаря ребрышками. Ему нельзя кости.

— А помнишь, мы нашли куриные крылья под диваном? — развеселился Сережа. — Каро, не смешно. Я все вижу, положи обратно в тарелку, если не хочешь.

— И даже отец ей не указ, — возмутилась свекровь.

Не успела Вера порадоваться, что оставили тему кукол, так снова всех отвлекать — не позволять же распекать Каролину в присутствии родителей.

— Галина Николаевна, все забываю поблагодарить за ирисы. Видели, какие вымахали? Не могу дождаться, когда они распустятся.

Упоминание о садовых цветах ожидаемо увлекло свекровь в монолог. Слушая не в первый раз, Вера поддакивала в нужные моменты и успевала поддерживать порядок на столе. После десерта Каро утащила дедушку наверх — показать склеенный замок, который, разумеется, принадлежал дракону. Сережа повел пса на широкий луг, а Вера со свекровью мирно убрались на кухне и отправились в гостевую спальню.

— Я сделала небольшую реорганизацию. Давайте покажу, что где лежит.

— Прекрасная комната, жаль пустует.

Намек прозрачнее некуда. Тема избитая. Но толстая шкура никак не хотела нарастать в этом месте. Даже улыбка получилась печальной.

— А где же мы будем устраивать гостей? Полотенца лежат теперь вот здесь…

Каро укладывалась спать по заведенному порядку: ванная-зубы-пижама-расчесаться-сказка и разговоры. С маленькими девочками столько всего происходит за день. Без обсуждений никак. Но вдруг вместо рассказов о том, кто и что натворил на прогулке, дочь спросила:

— Мам, а почему бабушка меня не любит?

Клокочущая Вера вошла в спальню и застала Сережу в его любимом ушастом кресле. Закинув ноги на низкий пуф, он рассматривал камни сквозь жидкость теплого цвета. Третий стакан за вечер. Впрочем, алкоголь не мешал Сереже читать ее как открытую книгу.

— Что не так, конфетка?

— Тебе в порядке важности или по хронологии?

Он поморщился и вздохнул.

— Я годами говорю им, чтобы предупреждали о приезде. Как о стенку горох. У