Зови меня Учителем - С. Дж. Сильвис

— Ну и отлично, потому что спать ты будешь прямо здесь, — заявляет Хейз.

— Бро, что? — я не выдерживаю. — Ты реально заставишь свою девушку спать на полу?

В чем его проблема?

По выражению крайнего отвращения на его лице я понимаю, что неправильно оценил ситуацию. Если она не его девушка, тогда кто…

— Фу! — кричит она, вскакивая на ноги.

Хейз сжимает переносицу.

— Она моя сестра, ты, больной ублюдок.

Сестра? Вот черт.

— Это Ханна Банана? — Мой взгляд устремляется на нее.

Чтоб меня. Она… не такая, как я ожидал. Хейз показывал нам ее фото однажды. Только вот он не уточнил, что снимок был сделан минимум десять лет назад.

Я возвращаю свое внимание к нему.

— Я думал, она твоя младшая сестра.

— Так и есть, — отвечает он.

Я усмехаюсь.

— Так фото, которое ты нам показывал, было из начальной школы? Ханне Банане не десять лет! Она… — Я смотрю на нее, и сталкиваюсь с убийственным взглядом. — Нашего возраста!

— Перестань называть меня Ханной Бананой! — шипит она.

Я не реагирую, потому что буду называть ее так как, черт возьми, захочу.

Хейз вскидывает руки вверх.

— Если бы вы, парни, знали, что она нашего возраста и учится в Университете Уайлдера, то не дали бы мне покоя!

Я хмыкаю.

— Ты упускаешь очень важную часть этого предложения, и ты это знаешь.

Она горячая штучка, и вся команда захочет трахнуть ее, когда пронюхает обо всем. Я понимаю его доводы. Правда понимаю. Чего я не понимаю, так это того, что она делает в нашей квартире с коробкой барахла у ног.

— Почему она здесь? — спрашиваю я.

Хейз прислоняется бедром к стойке.

— Именно об этом я и хотел с тобой поговорить. Она останется здесь на несколько месяцев, пока у ее подруги не начнется весенний семестр и они не снимут собственную квартиру.

— И в чьей комнате она остановится?

Потому что это точно будет не моя.

Ханна вздыхает достаточно громко, чтобы привлечь наше внимание.

— Теперь я понимаю, к чему был тот комментарий про пол.

Хреново для нее.

Джентльмен уступил бы свою кровать, но не тогда, когда он играет за хоккейную команду и все студенты рассчитывают на его победу в сезоне. Я не смогу это сделать, если буду страдать из-за недостатка сна и/или спать на полу.

Я медленно обхожу стойку, прохожу мимо Хейза, а затем останавливаюсь рядом с Ханной и ее коробкой с вещами. Она перестает дышать, когда я наклоняюсь к ней.

— Удачи с полом, Ханна Банана.

Она рычит, а я улыбаюсь, как придурок.

Я понижаю голос еще больше, чтобы ее старший брат не услышал.

— И с… другим.

Я отхожу, прежде чем она успевает наступить мне на ногу, и беру ключи, чтобы отправиться на тренировку.

Я не против, чтобы она жила с нами. Я почти не бываю дома. Но свою кровать точно не отдам.

Сестра Хейза — проблема Хейза.

Пол ей вполне подойдет.

ГЛАВА 3

ПУЛЬТ — ОТЛИЧНОЕ ОРУЖИЕ

ХАННА

— По шкале от одного до десяти, насколько тебе неудобно на этом диване? — спрашивает мой брат по дороге на кухню.

Я ерзаю на неровных подушках и морщусь, как только он исчезает из виду. Отстой.

— Я всерьез подумываю вернуться к Коа. Вот насколько мне неудобно.

Хейз заглядывает в гостиную, которая теперь известна как моя спальня, и прищуривается.

— Это не смешно.

Я закатываю глаза.

— Не строй из себя защитника. Если бы ты действительно заботился обо мне, то уступил бы свою кровать.

Он хмурит брови.

— Я так и сделал, а ты сделала вид, что блюешь.

Я выпрямляюсь, и мои волосы рассыпаются по спине.

— Ну, это потому, что я знаю, чем ты занимаешься в своей постели. Ни за что туда не лягу.

Мерзость.

Хейз смеется, но не спорит со мной. Я прожила с ним всю жизнь, пока он не уехал в колледж. Все мои подруги были влюблены в него, и большинство из них не стеснялись рассказывать мне, что происходило, если они оказывались с ним в одной комнате на вечеринке. Я знаю о своем брате куда больше, чем хотелось бы. И хоть я благодарна ему за крышу над головой до конца семестра, это далеко не лучший вариант.

Не говоря уже о том, что я даже не могу взглянуть в лицо его соседу, не чувствуя при этом жуткого стыда. Каждый раз, как я замечаю Нолана, сразу же сворачиваю в другую сторону. Именно так я и познакомилась с их — и теперь моим — другим соседом, Ваном.

Я налетела прямо на его твердую грудь и шлепнулась на задницу, что, по иронии судьбы, стало вторым случаем, когда я оказалась на полу перед Ноланом менее чем за неделю.

Кстати, о бабнике.

— Ты можешь спать в моей комнате. — Ван заходит в гостиную и плюхается в потертое кресло в углу.

Я знала, что он мой любимчик. Единственное, что сделал Нолан, — пожелал мне удачи, а потом не упустил шанса поддеть меня по поводу другой «проблемы».

Хейз кричит из кухни.

— Ни за что, Ван.

— Он прав. — Нолан говорит из коридора. — Тебе нужен отдых не меньше, чем остальным членам команды.

При звуке его голоса мое лицо начинает гореть.

Ван ухмыляется, и я замечаю маленькую ямочку на его щеке.

— Я один из лучших игроков в команде. Со мной все будет в порядке.

Хейз входит в гостиную вслед за Ноланом, держа в руках коробку с китайской едой навынос.

— Это не было причиной моего отказа. — Мой брат направляет палочку для еды на Вана. — Я просто не доверяю тебе с ней.

Я пристально смотрю на брата.

— Что это вообще должно значить?

Нолан садится на диван, и я быстро подтягиваю ноги к груди, чтобы он их не придавил.

Разве он не знает, что это моя кровать?

Вместо того, чтобы дать мне немного пространства, Нолан сдвигается, и подушка прогибается, придвигая меня ближе к нему. Он приподнимает бровь.

— Это значит, что он не верит, что Ван не трахнет тебя.

Ван не отрицает этого. Лишь смотрит на меня через всю комнату и пожимает плечами.

— Вот видишь! — кричит Хейз. — Держись от нее подальше.

Мое лицо пылает.

Как будто я вообще могла подумать о том, чтобы переспать с кем-то из друзей брата. Хоккейная команда —