Две полоски после вечеринки - Лина Филимонова

А уж он какой довольный…

Козел.

Какой же он козел!

Она липнет к нему, как самая последняя дешевка. Ни гордости, ни чувства собственного достоинства.

Зато у меня этого добра через край. И что?

Он обжимается с ней!

Это больно. Почему это так больно? Как будто мне в спину вонзили острый нож. И он проткнул меня до самой груди. Пробив насквозь сердце…

Я почти чувствую, как из него капает кровь. Капли прожигают мне грудь. Больно!

Невозможно ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Но… надо идти.

Я не останусь тут ни на секунду.

И реветь не буду. Ни за что!

Я разворачиваюсь. Делаю шаг. Ещё один. Как тяжело они мне даются… Я как будто тащу на плечах бетонную плиту.

И тут.… меня обнимают сильные руки. Сзади.

Я сразу понимаю, кто это. Но не понимаю, как он так быстро оказался рядом со мной. Я же только что видела его на диване…

- Попалась, - раздается над моим ухом.

- Пусти! - я вырываюсь.

Не хочу, чтобы он меня обнимал. После Катьки… Мне противно!

- Следишь за мной?

- Не трогай меня!

- Специально наврала про болезнь, чтобы устроить мне проверку?

Что?

- Иди к своей Катьке! - ору я.

- Да не нужна она мне! - так же агрессивно орет Платон.

- Она сидела у тебя на коленях!

- Я просто.… Увидел тебя и психанул. Не надо меня проверять!

Что? В смысле - проверять?

- Ты это хотела увидеть? Ну вот, увидела.

Я ничего не понимаю…

- Ты… сделал это специально?

- Прости, малыш. Говорю же психанул. Ты мне не доверяешь? Зачем ты устроила этот цирк?

- Какой цирк? - лепечу я.

Хотя мне уже все ясно.

Это был спектакль для меня!

Платон увидел меня на вечеринке, подумал, что я обманула его. Специально сказала, что заболела и осталась дома, чтобы устроить ему проверку.

Он сделал все это мне назло!

Он видел, что я смотрю. И поэтому посадил Катьку к себе на колени. Буквально на несколько мгновений! Потому что уже через минуту он был здесь.

Я поворачиваюсь к нему лицом.

Кладу руки на его широкие плечи. Он обнимает меня за талию. Сгребает в охапку.

- Так соскучился по тебе! Рад, что ты не больна. Но больше, пожалуйста, так не делай.

- И ты!

- А что - я?

- Катька.…

- Да она нафиг мне не нужна! Ты что, думаешь, я могу променять тебя на какую-то Катьку?

Если честно, именно так я и подумала.… Но это всё ошибка!

Платон со мной.

Мы уже три месяца вместе.

Он мой парень. Я его девушка.

Он не раз провожал меня домой. Он познакомился с моими родителями. Не понравился папе… Но ему никто не нравится! Зато мама сказала, что он очень симпатичный и вежливый.

Платон любит меня.

У него серьезные намерения. Просто он… импульсивный.

Но я и сама такая! Поэтому очень хорошо его понимаю.

- Малыш, я так рад, что ты здесь.

Платон уводит меня в темный угол. Обнимает одной рукой за талию, второй - за шею. Его губы приближаются к моим. Я закрываю глаза…

Так люблю эти моменты!

В момент касания наших губ я почти теряю сознание. Это так невыносимо прекрасно! Что хочется плакать. От счастья.

У меня кружится голова. Подкашиваются ноги. Все тело наполняется острым вибрирующим счастьем…

Какие у него нежные губы…. И сильные руки… Как божественно он пахнет…

Меня в нем нравится все. Абсолютно все.

Я без ума от него…

3

Ксюша

- Что это? - отец скептически выгибает бровь.

- Дизайнерское платье.

- Оно сшито из носового платка дизайнера?

- Папа!

- Когда-то была такая группа “Поющие трусы”....

- Серьёзно?

- Они были более одеты, чем ты!

Он, конечно, преувеличивает. На мне гораздо больше, чем трусы. На мне платье в виде короткой туники, с разрезом, прихваченное на одном плече декоративным кольцом, а с другого эротично спущенное.

- Ты ничего не понимаешь в моде и стиле, - говорю я.

- Зато я прекрасно понимаю, как реагируют мужчины на такое…

Именно это мне и нужно!

Реакция мужчин. Вернее, одного конкретного мужчины.

- Ты выглядишь как.… как…

- Молчи! - мама закрывает его рот ладонью. - Детка, ты прекрасна. Но, возможно, это немного слишком…

- Твои гены, - ворчит отец, стреляя глазами в маму.

- В смысле? - не понимаю я.

Она бьет его диванной подушкой. Он сгребает ее в охапку и валит на диван. Я отворачиваюсь. Не хочу на это смотреть!

Тоже мне, взрослые серьезные люди! Сами тут тискаются, как подростки, а мне пытаются что-то запрещать.

- Так куда ты в этом собралась? - спрашивает отец.

- На свой день рождения.

- Нет, - безапелляционным тоном произносит он.

- Да, - говорю я.

- Я его сожгу.

- А я тогда подпалю твою плешь!

Отец закатывает глаза и косится на маму. Мол: вот, твои гены, твое воспитание! Та прячет улыбку.

- Верни это туда, где взяла! - бурчит папа.

Я психую.

Да нормальное платье!

Ну, может, немного чересчур… Мне и самой в нем неловко, если честно.

Но - на войне как на войне. Я хочу, чтобы Платон и думать забыл про Катьку Ерофееву! И ее юбку, из-под которой видно пол-задницы.

И я пойду на свой день рождения в этом платье.

Поднимаюсь по лестнице в свою комнату, и навстречу попадается Ваня, мой старший брат. Окидывает меня почти таким же скептическим взглядом, как отец.

Кивает:

- Правильно.

- Что? - спрашиваю я, чуя подвох.

- Нехер тратить время на высшее образование. Иди сразу в эскорт.

- Дурак!

Вот вечно они с отцом так! Одна критика и никакой поддержки!

***

Едва я успеваю закрыть дверь - как в нее кто-то скребется.

- Можно?

Мама деликатна. Никогда не вламывается без стука, не пытается меня контролировать или воспитывать. Мы с ней - лучшие подруги.

Почти.

Конечно, я никогда не расскажу ей того, что могу рассказать Регине…

- Для кого