Сделка с подонком - Анна Нест

«Господи, пусть это закончится…» — подумала я, когда все тело напряглось до боли.

В этот момент вмешалась Ира, с которой мы не ладили с самого первого дня.

— Кто красавица? Она? — с презрением бросила она. — Авдей, ты, смотрю, совсем стандарты снизил свои.

Ее слова вонзились в меня, как ножи. Я почувствовала себя уродливой, ничтожной. Щеки вспыхнули, а глаза защипало от подступающих слез. Но я не позволила им покатиться.

«Не показывай слабости! Просто сиди и делай вид, что ничего не слышишь! Она скоро успокоится...»

Дверь распахнулась как будто по волшебству — и в аудиторию влетела Тамара Павловна.

Ее громкий голос стал для меня спасением.

— Ребятушки! Простите за опоздание! На чем мы остановились?

Я почувствовала, как напряжение начинает отпускать.

«Спасибо, Тамара Павловна, за то, что пришли именно сейчас!»

— Мы писали письмо лучшему другу в Англию! — напомнила она. — Кто готов! Аля Адушкина?..

Я оцепенела. Снова пламя окатило мое лицо. Как же так?.. Я совсем забыла о домашнем задании! Вчера я не смогла сосредоточиться на уроках, потому что думала только о Марке, о его улыбке, о том, как он выглядит, когда слегка прищуривает глаза.

— Ты ведь меня порадуешь, милая, — сказала англичанка с доброй улыбкой.

«Порадую?» — эхом отозвалось в голове. Я едва могла дышать. Не было ни выполненного задания, ни уверенности, ни слов. Только смущение и страх.

Глава 3

Марк

Когда Аля прошла мимо к своему месту, я не сразу понял, что привлекло мое внимание. Может, то, как ее старомодное платье облегало красивую грудь? Или это была ее походка — неуклюжая, слегка суетливая, но все же очень женственная? В общем, что-то в ней цепляло, но я не мог толком определить, что именно. Только одно было ясно — с тех пор, как я заметил Алю впервые, ее образ начал врезаться мне в голову, а выбросить его оттуда становилось все сложнее.

Она села на свое место, и я машинально провел взглядом по ее спине. Плечи чуть согнуты, как будто она постоянно старалась спрятаться от чужих взглядов. И тут у меня мелькнула странная мысль: «А вдруг ей хочется, чтобы ее заметили?»

Девочка-тихоня с идеальной успеваемостью, которая всем показывает, что она лучше их. Но может, внутри она тоже хочет внимания.

Черт. Зачем я вообще об этом думаю?..

Авдей тем временем снова открыл свой грязный рот, и я с трудом удержал себя от того, чтобы не заткнуть его чем-нибудь тяжелым.

— Тихоня-то наша вечно в книжки уткнута. Может, о чем другом подумаешь, а? Или на себя и свою киску времени у тебя нет?.. — усмехнулся он, пока Аля нервно листала свой блокнот.

Она покраснела — сразу видно по кончикам ушей. Нервничает. Ее реакция почему-то вызвала у меня что-то среднее между раздражением и... желанием?

Да что за бред?!

«Девственница…» — снова подумал я, эта мысль постоянно крутилась в голове, будто от нее нельзя избавиться. Может, все не так плохо, как я всегда думал? Если быть честным, то меня даже забавляла сама мысль о том, как бы это было. Испугалась бы она, если бы я наклонился к ее уху и сказал пару пошлых слов? Или наоборот, потеряла бы голову?..

— Молотов, ты что замолчал? Присунул бы ей, а? — Авдей ляпнул это как раз в тот момент, когда я снова посмотрел на ее волосы. Они были уложены криво, как будто она собиралась на учебу на бегу. Меня снова передернуло.

— Закрой рот, Авдей, — пробормотал я, даже не посмотрев на него. — Ты достал.

Он засмеялся, но отстал, переключившись на телефон. А я все не мог оторвать взгляда от Али.

"Может, все-таки это не такая и плохая идея? Вот взять Алю, научить чему-то, сломать эту отчужденность, посмотреть, как она реагирует на прикосновения, послушать, как Аля стонет, когда член впервые входит в нее" — мелькнула мысль, и я внутренне осадил себя.

Ох уж эта Аля… Она вела себя не так, как все. Ее смущение выглядело таким искренним, настоящим, что я невольно хотел рассмотреть ее еще лучше. Не только ее лицо, когда оно краснеет, но и все остальное — ее страхи, ее желания, все то, что она так тщательно прячет под этим старомодным образом.

Тем временем она сидела за своим столом и, кажется, буквально готова была провалиться сквозь землю. Впервые я понял, насколько ей трудно находиться здесь, среди таких, как мы. Особенно после того, как ее заставили выступать первой. Тамара Павловна громко объявила ее имя, и я увидел, как руки Али дрожали, пока она готовилась выступить.

— Ну же, Аля, — произнесла учительница, — ты ведь меня не подведешь?

— Ну…

— Ты не готова?..

Она молчала, и в этот момент Авдей не удержался:

— Надо было не мечтать о... — он сделал театральную паузу и добавил: — О большом и очень толстом! А работать.

Группа загоготала, а я стиснул зубы.

Аля, казалось, хотела исчезнуть, но все же она поднялась. Щеки ее пылали, взгляд упирался в пол. Она попыталась что-то сказать, но ничего не получалось.

Меня почему-то раздражало, как все на нее смотрели. Особенно Авдей. С этой его дурацкой ухмылкой. Хотелось просто заткнуть ему рот. Раз и навсегда!

И пока я наблюдал за всем этим, странные мысли роились в моей голове. Почему мне не все равно?.. Почему я снова и снова смотрю на нее? Она ведь обычная девочка, каких тысячи. И все же... все же что-то во мне шевелилось каждый раз, когда Аля входила в аудиторию.

Она напомнила мне о том, что я старался не замечать. О настоящих эмоциях... Она была не такой, как Ира или другие девчонки, которые легко соглашались на все, лишь бы оказаться рядом.

В ней было что-то настоящее, что-то особенное, чего я не мог понять до конца, и это бесило меня больше всего.

Я повернулся к окну. Я старался не думать о ее дрожащих руках, о ее взволнованном лице. И все же снова поймал себя на том, что хочу увидеть ее смущенной еще раз.

Но на этот раз из-за меня.

«Господи, Молотов, ты совсем сошел с ума!» — подумал я, раздраженно проведя рукой по волосам.

Глава 4

Аля

Когда Тамара Павловна, наконец, переключилась на других, я почувствовала слабое облегчение, но оно длилось недолго. Унижение, которое я