Жаркое лето любви - Одри Остин

— Его зовут Ромео! — выпалила Саманта и кинулась к зеркалу. — Как я выгляжу? Как выгляжу? Я сегодня сбегала к визажисту и стилисту.

— Это очень серьезно, — покачала светлой головой Эллис, отлично зная, что подруга экономит буквально на всем. Уж тем более Саманта не считала непосильным трудом нарисовать себе стрелки на веках и надеть облегающее платье вместо привычных джинсов. — Все так запущено?

— Ты ничего не понимаешь, — отмахнулась Саманта, перебегая к окну. — Он само совершенство!

— С прошлым мистером Совершенство ты рассталась чуть больше месяца назад.

— Этот, — Саманта ткнула в стекло свежим маникюром, — в отличие от того — настоящий.

Эллис не стала спорить, говорить о новом бойфренде подруги гораздо лучше, чем об Эдварде Ньюмене и неудачной попытке стать моделью в ближайшее время. Несомненно, что и на этот раз Саманта влюбилась с первого взгляда. Она влюблялась именно так и никак иначе. Ее умению отражать эмоции на пухлом лице можно было только позавидовать. Почему в Эллис нет этой пылкости и страсти?

— Он там, в машине, — подмигнула ей Саманта, — ждет меня. Правда, симпатяшка?

— Что? Машина? — Эллис выглянула в окно.

У обочины стоял серебристый автомобиль, водителя она не видела.

— Машина тоже хороша, — согласилась Саманта. — Стоит бешенных денег. Я же тебе говорила, что он деловой мужчина. Эл, милая, мне так повезло!

— Саманта, дорогая, я за тебя так рада. — Эллис подошла к подруге, чтобы ее обнять.

— И все? — разочаровалась та.

— А что еще нужно? — не поняла Эллис.

— Ах да, — Саманта вспомнила и притянула к себе подругу, — ты уже согласилась!

— На что? — Эллис почувствовала подвох.

— Какая тебе разница? — легкомысленно пожала плечами Саманта. — Поверь, я тебе плохого не желаю. Прогулка будет великолепной.

— Прогулка? — засомневалась Эллис. — Как-то неудобно становиться третьей лишней. — Она недоверчиво посмотрела на автомобиль. Этот Ромео, предпочитает гаремные отношения?

— Ты будешь там одна, — пообещала Саманта.

Это еще больше не понравилась Эллис, но она по привычке скрыла свое недовольство. А ведь Эдвард советовал ей раскрепоститься.

— Совершенно одна, — повторила Саманта заговорщическим тоном. — Корзины с продуктами доставят заранее, тебе нужно будет только разогреть, разложить и…

— И… — прищурилась Эллис.

— И обслужить, — со вздохом закончила Саманта. — Эл, милая, ты меня так выручишь! Ромео хочет представить меня своей маме, она настоящая мать макаронника, то есть я хотела сказать итальянка. Но он на это не обижается.

— А почему он так спешит? Это подозрительно. Сразу после первого свидания…

— Это пятое свидание, — призналась Саманта. — Я тебе не говорила, чтобы не сглазить.

Нет, где справедливость на свете?! Эллис собиралась выложить как на духу в тот же день, как ее отвергли, а подруга скрывала…

— Сколько?

— Две недели, — смущенно призналась та.

Саманта скрывала знакомство с новым парнем целых две недели и ничем не выдала своих чувств. Вот это владение эмоциями, Эллис стоит у нее поучиться.

— Тогда, конечно, пора к маме. Вдруг, ты ей не понравишься, — мелко отомстила подруге Эллис.

— Эл, не дуйся. Все так чудесно складывается! Мы к маме, ты вместо меня на яхту.

— Куда?!

— Обслуживание в нашем яхт-клубе предусматривает и морские прогулки.

— Прогулки?!

— Эллис, ты невозможна!

— Саманта, это я невозможна?! Это ты! Что ты мне предлагаешь?!

— Подработку, моя дорогая, всего лишь подработку. — Подруга пожала полными плечиками. — Он очень хорошо платит, поверь мне.

— Кто? — поняв, что отказаться будет для нее слишком сложно, вздохнула Эллис.

— Макс Гринберг, миллионер, — таинственным шепотом произнесла Саманта.

— Говоришь так, — поморщилась Эллис, — словно произносишь имя святого.

— Святого? — Саманта прищурилась. — Ты его не видела? Эл, это не святой, это греческий бог! Но я не должна об этом думать в свете нарисовавшегося бойфренда. К тому же ты меня очень выручишь. Работа официантки везде одинакова: разогрела, принесла, обслужила, убрала. И получила хорошие чаевые. Соглашайся, Эл, у меня больше нет времени тебя уговаривать. Всего лишь нужно будет прокатиться вдоль берега и обратно, ничего страшного.

— Я плавать не умею, — пробурчала Эллис.

— Тебе этого и не придется делать, — опрометчиво заявила Саманта. — Если только ты сама не захочешь.

— Чего не захочу?

— Выпрыгнуть за борт.

— Ни за что! — испугалась Эллис. — Я люблю твердую почву под ногами.

— Спасибо, дорогая. — Саманта чмокнула ее в щеку.

— За что? — изумилась Эллис.

— У тебя осталась униформа? А то я тут принесла свой белый фартучек. Он такой сексапильный, одуреть. Держи, это карточка-пропуск в яхт-клуб, если спросят, скажешь, что ты это я. Найдешь восьмой причал… или как он там называется? Но точно помню, что цифра восемь. Яхта под названием «Клементина». Дурацкое название, не находишь? Я бы свою яхту «Самантой» назвала. Что я еще забыла?

— Получить мое согласие, — пробормотала Эллис.

— Не будь занудой, Эл. — Саманта обняла ее и прижала к роскошной груди. — Поверь, это станет для тебя незабываемым приключением. Когда еще ты прокатишься на белой яхте известного всей стране миллионера?!

— Лично мне он неизвестен, — продолжала вяло сопротивляться Эллис, прекрасно понимая, что подруга, направляясь к ней, была заранее уверена в ее согласии.

Разве не так должны поступать настоящие подруги?

Саманта отступила в глубь коридора к выходу, наморщила лоб, что говорило о ее глубоком погружении в мозги, и сказала:

— Эллис, милая, запомни, пожалуйста. Смеяться, если, конечно, до этого дойдет, ты должна тихо и ни в коем случае не раскатисто.

— Почему? — изумилась Эллис.

— Калифорнийские психологи, проведя серьезные исследования, пришли к однозначному выводу: если девушка хочет выйти замуж, то должна просто хихикать. Громкий, несдержанный смех отпугивает мужчин, им нравятся тихо хихикающие дамы. Бурное выражение эмоций они связывают с нехваткой у девушки воспитания, женственности и ума.

— Спасибо, Саманта, — фыркнула Эллис. — Я лично замуж в ближайшее время не собираюсь.

— Никогда не загадывай наперед, мало ли что случится. Вдруг ты понравишься капитану? Или старшему помощнику капитана? Или там будет симпатичный юнга…

— Ниже миллионера Гринберга — не предлагать!