Ты - все, что я хочу - Сесиль фон Зигесар

Дойдя до конца обсаженной вязами аллеи, идущей к лужайке и фонтану Вифезды, Нейт Арчибальд затоптал косяк и прошел мимо своих друзей, играющих во фрисби. В десяти шагах от него у фонтана, скрестив ноги, сидела Блер и говорила в камеру. Она выглядела взволнованной и даже, можно сказать, невинной. Ее изящные руки дрожали у маленького, острого личика, а короткая серая школьная юбка едва прикрывала крепкие бедра. Он откинул золотистые волосы со своих изумрудно-зеленых глаз и засунул руки в карманы брюк песочного цвета. Она выглядела очень сексуально.

Естественно, в этот момент мысли всех девушек в парке, как и мысли Блер, были только об одном — о нем.

Нейт едва знал эту странную бритоголовую девушку с камерой. Вообще-то, у Блер не было с ней ничего общего, но она всегда участвовала во всем, где можно поговорить о себе. Блер нравилось внимание, и даже после расставания с ней и — надцати измен Нейту по-прежнему было приятно оказывать ей знаки внимания. Он опустил руку в фонтан, подошел к ней сзади и брызнул несколько капель на ее голую руку.

Блер обернулась, увидела Нейта, как всегда неотразимого в своей бледно-желтой незастегнутой и незаправленной рубашке с закатанными рукавами, и развернулась к нему так, что могла любоваться его загорелыми мышцами и безупречным лицом.

— Ты ведь не подслушивал, что я говорила, а? — спросила она.

Он помотал головой, после чего она встала с полотенца, совершенно не обращая внимания на Ванессу. По мнению Блер, на сегодня они уже закончили.

— Привет. — Нейт нагнулся и поцеловал ее в щеку. Он пах дымом, чистым бельем и свежей кожей — всеми запахами, которыми должен благоухать правильный мальчик. Ням-ням.

— Здравствуй. — Блер одернула юбку Какого черта ее не приняли в Йель сегодня?

— Я только что вспомнил, как прошлым летом ты просто жить не могла без брикета мороженого, — сказал Нейт. Внезапно у него появилось острое желание слизать сахарный блеск с ее губ и провести языком по ее зубам.

Блер сделала вид, что поправляет свои новые сережки, чтобы он их заметил.

— Я слишком нервничаю, чтобы есть, но лимонад сейчас был бы очень кстати, — сказала она.

Нейт улыбнулся, и Блер взяла его под руку — так же, как она это делала тогда, когда они встречались. По ее телу пробежала знакомая дрожь. Так всегда было, когда они снова начинали встречаться, — приятно и возбуждающе одновременно. Они подошли к продавцу, стоявшему на вершине лестницы, и Нейт купил две баночки лимонада «Каунтри Тайм». Они присели на стоявшую неподалеку скамейку, после чего Нейт достал из своей оливково-зеленой холщовой сумки от Джека Спейда серебряную флягу

Время коктейлей!

Блер отказалась от лимонада и схватила флягу.

— Чего ты дергаешься? — спросил Нейт. — Ты ведь, типа, лучшая ученица в своем классе.

Нейту, вообще-то, было по барабану, куда его примут. Он подал заявления в пять университетов, и ему действительно хотелось попасть в каждый из них, но он был совершенно уверен, что где бы он ни оказался, все равно классно проведет время.

Блер сделала еще один глоток из фляги, прежде чем вернуть ее.

— Если помнишь, я завалила оба чертовых собеседования, — сказала она.

Нейт знал о ее небольшом нервном срыве, случившемся на первом собеседовании, когда она на прощанье поцеловала члена комиссии. Также он слышал и о ее мимолетном флирте в гостиничном номере с выпускником университета — членом комиссии. Он понимал, что отчасти вина за эти два случая лежит и на нем. Каждый раз, когда они расставались, Блер становилась совершенно неконтролируемой.

Нейт протянул руку и поправил рубиновое колечко на ее пальце.

— Расслабься. Все будет хорошо, — искренне сказал он. — Обещаю.

— Ладно, — согласилась Блер, хотя на самом деле и не думала успокаиваться, пока письмо о приеме в Йель не будет висеть над ее кроватью в серебряной рамочке от Тиффани. Она поставит новый альбом «Рейве», будет громко до отвращения, но это заведет ее, она ляжет на кровать и станет перечитывать письмо вновь и вновь, пока Нейт будет покрывать поцелуями ее голое тело…

— Вот и хорошо. — Нейт потянулся к ней и принялся целовать, прерывая ее маленькую порно-фантазию.

Блер чуть не застонала. Если бы только она могла отдаться ему прямо здесь и сейчас, на грязной старой деревянной скамейке в Центральном парке! Но ей надо дождаться ответа из Йеля. Это была сделка с самой собой.