Подари мне поцелуй - Кейт Доули

— Потому что, если бы ты не нашла, где присесть, он бы сразу же вычислил, что ты опоздала.

— Гм, но я могла и вовремя прийти и не найти места.

— А ты попробуй докажи это его сиятельству.

— Ингрид! Почему ты так отзываешься об Итене?

— Как — так?

— Очень нехорошо. Что он тебе плохого сделал?

— Лично мне — ничего, он меня боится трогать, спасибо дядюшке Стэнли. Но со всеми не приближенными к Парнасу он обращается просто ужасающе грубо!

— Ингрид, ты не права! — горячо возразила Дайан. — Он прекрасный режиссер! Просто гений! Он имеет право требовать от своих актеров многого.

— Ага! Ты видела новую прическу Салли?

— По-моему, очень симпатичное каре.

— Ну, если исключить, что это — парик, а под ним Салли обрита наголо, то, конечно, все очень неплохо.

— Что случилось с бедняжкой Салли?

— Твоему великому Колфилду понадобилось, чтобы она полностью соответствовала своей новой эпизодической роли. А арестантка, которую предстоит играть Салли, причесана под бильярдный шар. Так что ей пришлось «войти в роль», как любит говорить наш обожаемый Итен.

— Я не думаю, что Итен требовал от Салли отказаться от ее роскошных волос!

— А он и не требовал. Просто предупредил, что ему нужна лысая актриса. А ты же знаешь, в середине сезона никто не возьмет Салли в другой театр.

— Но она могла просто отказаться!

— Что равносильно требованию о расторжении контракта. Милая, если перед дирекцией встанет выбор между Салли и Итеном, несомненно, они выберут этого недоделанного Брехта.

— Я не хочу верить в то, что ты говоришь. По-моему, каждый человек имеет право на собственное мнение. Я давно работаю с Итеном и до сих пор не могу сказать о нем ни одного дурного слова! И давай закончим этот разговор. Я думаю, Салли тоже частично виновата.

— В том, что не лысая?

— Ингрид! — возмущенно воскликнула Дайан. — Как у тебя язык поворачивается такое говорить!

— Я единственная в этой труппе, у кого поворачивается язык сказать мистеру Колфилду, кто он такой. А все потому, что мой дядя щедро ему платит.

— Все, я больше не хочу обсуждать эту тему! — довольно резко заявила Дайан.

— Как хочешь, — пожала плечами ее подруга.

Несколько минут они молчали. Дайан нетерпеливо постукивала ногой по полу и поглядывала на часы.

— Интересно, — как бы про себя заметила Ингрид, — почему мистеру Колфилду позволено опаздывать?

Дайан тут же ринулась на защиту своего любимого режиссера.

— Мало ли что его могло задержать!

— Угу, а тебя, значит, ничто задерживать не может? Спорим, что он даже не извинится, если вообще появится.

— Ингрид, я же тебя просила! Можешь обсуждать подобные темы с кем-нибудь другим. Вот, например, пригласи Дика на обед. Он как раз голоден и зол. У вас получится прекрасный диалог.

— А это мысль! — почему-то развеселилась Ингрид. — Я давно хочу бросить Тимоти, он мне страшно надоел! Но как-то неловко просто заявить мальчику, что мне стало скучно, а так… «Извини, моя сладенький, но я встретила другого, надеюсь, мы останемся друзьями, я тебе позвоню как-нибудь».

— А есть ли разница? — поинтересовалась Дайан.

— Между чем и чем?

— Ты просто уйдешь или честно ему признаешься, что никогда его и не любила?

— Разница, разумеется, есть! Но тебе не понять! Ты у нас однолюбка, причем нашла в кого влюбиться! В плешивого, кривоногого пятидесятилетнего мужика, да еще и собственного режиссера!

— Ингрид! — воскликнула пораженная Дайан. — Какие глупости приходят в твою голову! Прав твой дядя, когда говорит, что в этой милой головке нет ничего, кроме симпатичного фасада!

— А ты будешь утверждать, что не влюблена | в Колфилда?

— Конечно, не влюблена! — Дайан сильно покраснела под пристальным взглядом подруги. — И вообще, я же просила тебя не лезть в мою личную жизнь!

— Ну ладно, — легко согласилась Ингрид. — Совсем не обязательно лезть к тебе в душу, достаточно просто намекнуть, и твое честное лицо тут же во всем признается. — Она встревоженно посмотрела на часы. — И где его носит! Пора уже расходиться, а этот старый нахал еще даже не появился!

— Кстати, ты не знаешь, зачем он здесь нас собрал?

— Неужели ты не в курсе?

— Дик начал говорить, но так до конца ничего не рассказал. Он только заявил, что хочет меня немного помучить, это будет контрибуцией за то, что я отдавила ему ногу.

— Что значит «контрибуция»?

— Ингрид! Ты же окончила колледж!

— Ну и что? Никто не может знать всего! — Все же Ингрид немного смутилась. — Так вот о том, зачем мы все сегодня здесь собрались. Величайший из режиссеров, с которым нам выпало счастье не просто жить в одно время, но и работать, решил ставить величайшую из пьес. Сегодня будет объявлено, кто из актеров на какую роль будет приглашен.

— А величайшая из пьес это… — Дайан вопросительно подняла тонкую бровь.

— Дайан! У тебя же профессиональное актерское образование, полученное в Лондоне!

— Ингрид, не ёрничай, пожалуйста!

— Ну хорошо, но ты должна была догадаться! Колфилд собрался ставить «Гамлета» господина Шекспира.

— Как здорово! — От радости Дайан вскочила. — Я считаю, что каждый уважающий себя театр должен поставить «Гамлета».

— Я так и думала, что тебе понравится эта идея. Но это еще не все. Гамлета будет играть сам Джонатан Рид! Уж не знаю, каким чудом Итену удалось затащить его к себе, точнее буду знать, когда поговорю об этом с дядей, но это — факт. А вся наша театральная общественность смотрит на тебя как на героиню. Потому что ты — основная претендентка на роль Офелии. Правда, ходят слухи, что эта новенькая, Сюзанна Элиас, так же может получить эту роль. Ей всего двадцать три и у нее, кроме симпатичной мордашки и покровительства Колфилда, ничего в активе нет. Ни один нормальный актер даже не может себе представить, как эта непропорционально сложенная кукла будет играть Офелию. Так что пока все ставят на тебя.

— Ингрид, это самая замечательная новость за последние несколько недель! Я буду играть на одной сцене с Джонатаном Ридом! Это потрясающе!

— Теперь понимаешь, почему все хотят поздороваться с тобой за руку? Эта толпа идолопоклонников пытается поймать частичку твоего счастья. А заодно стать чуть-чуть поближе к тебе — вдруг перепадет роль придворных шутов.

— Зачем ты так! Они просто за меня рады.

— О да! — фыркнула Ингрид. — Я верю, что ты так же непосредственно радовалась бы, если бы вдруг, совсем случайно, роль досталась Сюзанне.