Японский гербарий - Уинифред Леннокс

Собравшиеся — люди хорошо знакомые между собой и не раз принимавшие участие в подобных благотворительных мероприятиях — дружно закивали.

— Полагаю, со списком вы уже ознакомились. И каждому из вас сердце наверняка подсказало, кого принять под крышу своего дома. Откройте свои желания и дайте свершиться доброму делу…

Сэра Стилвотер, отпивая кофе маленькими глотками, кивала. Да, патер совершенно прав, она доверилась своему сердцу и сделала выбор. У нее никогда не было дочери, одни сыновья, а как хорошо иметь в своем доме девушку. Из всех возможных претенденток, получивших университетский грант, она остановилась на молоденькой шведке Зигни Рауд. Сэре понравилось все, что она узнала о девушке: возраст, интересы, пристрастия. Девятнадцать лет, увлеченность иностранными языками. На вопрос об особых пристрастиях Зигни дала ответ, который Сэра сразу одобрила: сидеть в библиотеке и читать книги.

В доме Стилвотеров, большом даже по американским меркам, хватит места и для Зигни Рауд. Добропорядочная прихожанка Сэра не раз принимала у себя студентов из Европы и Латинской Америки. Мальчиков. Но однажды у них жила девушка — о, это был весьма экзотический опыт уже потому, что она приехала в Штаты из Южной Африки. Никогда Сэре Стилвотер не забыть Хелли Спарк: она была хороша собой и казалась истинным воплощением самой Африки — большая, черная как ночь, удивительно грациозная и пропорционально сложенная. На ее фоне Сэра Стилвотер, родившая четверых сыновей и стоявшая на пороге пятидесятого года жизни, выглядела девчонкой.

Хелли приехала из Претории с восемью чемоданами, но большой дом Стилвотеров поглотил их все, словно шляпные коробки. У девушки были мелкие иссиня-черные кудряшки, круглое лицо и невероятные глаза — с желтоватым отливом, похожие на камень тигровый глаз. Ее африканские платья, расписанные особыми знаками, понятными лишь соплеменникам Хелли, а для остальных казавшимися солнечными протуберанцами, освещали дом даже в самые пасмурные дни. Шумная, громкоголосая Хелли, казалось, заполняла собой все этажи, включая цокольный, где она каждый день запускала стиральную машину и крутила в ней свои бесчисленные наряды.

Хелли Спарк недолго прожила у Стилвотеров, всего один семестр — ей не понравился климат Миннеаполиса: зимние холода и снежные бури, которые нередки в штате Миннесота в январе, сдули ее отсюда. Хелли охватывал ужас, отчего кудряшки вставали дыбом: «О Господь милосердный! Этот белый холодный пух, летящий с неба нескончаемым потоком, может навсегда похоронить меня здесь!»

— Сэра, — заявила Хелли однажды утром за кофе своей хозяйке, — я полюбила тебя, как мать, но прости меня, как простила бы взрослую дочь, возжелавшую тебя покинуть…

Сэра вскинула светлые брови — она еще не занималась макияжем в столь раннее воскресное утро — и удивленно взглянула на девушку. А та подалась к ней и зашептала:

— Но я хочу исчезнуть тайно.

— То есть? — Сэра от изумления открыла рот, на губах остался темный след от кофейной пенки. Сэра варила кофе по-восточному, она не любила американский кофе из электрической кофеварки.

— Чтобы не знали в университете. — Хелли подмигнула. — У меня есть парень, и он увезет меня в теплые края.

— Куда же? — Сэра не мигая смотрела на девушку, от изумления не в силах донести чашку до стола.

— Мы поедем в Джорджию, — громким шепотом сообщила Хелли.

— Ты хочешь учиться в Атланте?

Сэра свела брови, пытаясь найти рациональное зерно в таком решении. Что ж, в Атланте гораздо теплее, чем здесь, и Хелли больше подойдет тот климат, наверняка… Но ее размышления оказались слишком далеки от истины, которую ей открыла в следующий момент девушка.

— Нет, Сэра. Я вообще не хочу учиться. Я хочу выйти замуж за этого парня. И потом, Атланта больше похожа на мой город и лучше мне подходит, чем Миннеаполис. Здесь идет белый снег, Сэра. — Хелли захихикала, отчего ее полные плечи колыхнулись. — Мой отец очень богат, он вождь племени, у него алмазные рудники… — Она закрыла глаза и покачала головой. — В какой же он будет ярости, когда узнает, что я выскочила замуж без его разрешения! Но он меня любит. И все простит.

— А он не лишит тебя наследства?

— О, мама Сэра, ты не знаешь свою хитрую дочурку… Я обо всем позаботилась.

Сэра рассмеялась. Что ж, ее долгом было дать кров этой девушке, но никто не вменял ей в обязанность руководство жизнью Хелли Спарк.

— Хелли, но я должна попросить тебя об одном: уезжая, ты оставишь свой отзыв о моем доме. Я не хочу, чтобы друзья сочли меня негостеприимной хозяйкой.

Хелли одарила Сэру безмятежным взглядом.

— Я про это уже подумала, мама Сэра. Тебя никто не обвинит ни в чем. — Ровные белые зубы Хелли ослепительно блеснули. — Тебя будут благодарить, как и полагается благодарить такую прекрасную женщину, как ты. — Она понизила голос и добавила: — Я приготовила твоему приходу дар. В знак того, что благодарна за знакомство с тобой и за радость жить в твоем доме. Только этот дар, мой взнос, приход получит, когда я уже выйду замуж. А до этого времени, пожалуйста, мама Сэра, пообещай никому ничего не открывать.

Сэра вздохнула и посмотрела в горящие радостью глаза Хелли. Я, конечно, рискую, подумала Сэра, но у меня нет права вмешиваться в чужую жизнь. Хелли достаточно взрослая, чтобы делать то, что хочет, уехав на другой конец света. Где Южная Африка и где Соединенные Штаты Америки? Хорошо, я согласна рискнуть.

— Обещаю, детка, — кивнула Сэра и снова поднесла чашку с кофе к губам.

Поздно вечером к дому Стилвотеров подъехал отливающий чернотой лимузин. Из машины вышел шофер в черной форменной фуражке с кокардой. Сэра не смогла определить, что на ней изображено. Он обошел автомобиль и открыл заднюю дверцу, выпуская вальяжного пассажира — негра, огромного, похожего на Кинг-Конга.

Невероятный экземпляр — такого сексуального мужчину среди белых не сыскать. Сэра покачала головой — все ясно. Кто-кто, а Хелли Спарк из Претории устоять перед таким не могла ни при какой погоде, ее не удержать ни приданым, ни семейным проклятием и уж тем более образованием, которого скорее всего больше жаждал ее отец, а не она сама.

Шофер уложил все восемь кожаных чемоданов с эмблемой весьма дорогой фирмы «Мандарина Дарк» в лимузин, который даже не покачнулся под их тяжестью. Очень может быть, что у чернокожего мистера есть причины с любовью относиться к бронированным автомобилям, пришло в голову Сэре.

Хелли, коснувшись горячими, ярко-красными от помады вывернутыми губами прохладной бледной щеки своей хозяйки, протянула конверт.

— Здесь чек. Надеюсь, твой патер будет рад. Я передумала, не надо ждать моего венчания. Отдай ему сразу. А вот здесь, — она вынула из сумочки другой конверт, — мое покаянное письмо профессору. — Хелли кокетливо потупила взор. — Сэра, ты видишь, какой мужчина? Ты ведь понимаешь, он не сможет ждать, пока я выучусь на врача?

Сэра засмеялась.

— Конечно, не сможет. Я все понимаю, детка. — Сэра прикоснулась губами к щеке девушки, покрытой нежным пушком, как плод киви. — Желаю тебе счастья, Хелли. Я никогда не забуду тебя, дорогая.