Лондон pret-a-porte - Олег Селиверстов

– Братец назвал коллекцию «Оскар Уайльд», представляешь! Додумался, блин. Подозреваю, что не обойдется без голых теток. Он же фанат Уайльда, а тот хотел, чтобы актриса Сара Бернар играла Саломею на сцене обнаженной. Она не согласилась. Наверное, денег мало предложили. А давай выпьем за удачу моего брата?

Симона долила мне виски.

Я в задумчивости рассматривал мелкую дрожь на янтарной поверхности напитка.

Две недели назад Макс пригласил меня в кафе и попросил одолжить ему шестьдесят девять тысяч евро на три месяца. Он обязан был вернуть эти деньги своему партнеру – Владу, иначе, по их соглашению, кутюрье терял долю в бизнесе. Хитрец Макс знал, что недавно я продал семейный бизнес – автосервис, так что кое-какой капитал у меня имелся.

Макс – хороший парень и, как-никак, армейский друг. Но надо быть полным идиотом, чтобы вкладывать деньги в такой рискованный бизнес, как пошив одежды. Пусть даже и самой модной (хотя я ничего не смыслю в моде). К тому же не в России, а в Англии! Абсолютный нонсенс. Я решил не давать денег Максу и размышлял, как вежливо об этом сказать, но в этот момент у столика появилась его кузина Симона – светловолосая, в высоких, за колено, ботфортах и кожаной куртке, под которой малиновый топик едва скрывал девичьи прелести. До этого мы несколько раз встречались на различных тусовках. Я знал о Симоне лишь то, что она – «глянцевый» фотограф и разведена. Оказалось, что Кузина Сью, как ее называл брат, собирается в Лондон делать репортаж о бутике. В общем, мы изрядно выпили, и я пообещал Максу деньги. Что говорить, не устоял под прицельным, чуть насмешливым взглядом серо-голубых глаз его сестры, перед ее фанатичной верой, что мы «заработаем кучу денег». На прощание Кузина Сью, поправляя бретельку топика, чмокнула меня в щеку, намекнув на возможное продолжение в Англии. Было в ней что-то вульгарно-манящее, искрящееся и в тоже время гордое и недоступное. Вот так, отпечатком помады от DIOR, судьба скрепила наш договор с Максом.

На следующее утро я схватился за голову, но было поздно. Слово надо держать. Макс получил деньги в обмен на долговой вексель на бланке фирмы ZET MAX Fashion Group. London. Правда, имелась одна лазейка, вселяющая надежду, что я не совсем идиот. Мы договорились, что я прилечу в Лондон – тем же рейсом, что и его кузина, и проинспектирую бизнес на месте. Если меня что-то не устроит, то я смогу потребовать деньги назад, не дожидаясь истечения трех месяцев.

Самолет качнуло. Виски расплескалось на откидной столик и плед.

– Симона, скажи честно, ты правда веришь, что затея с бутиком в Лондоне осуществима? – спросил я.

– А ты что, не веришь?! – возмутилась Симона. – Макс превосходный кутюрье! Его последняя коллекция «Розовые пегасы» прошла в Москве «на ура».

– Москва – не Лондон… – осторожно возразил я.

– Макс будет знаменит, сам увидишь! – Симона не желала слышать, что кто-то сомневается в гениальности ее брата. – Скоро ZET MAX станет известным брендом – покруче, чем какая-нибудь Стелла Маккартни, у которой, кроме имени и денег папочки, больше ничего нет. Хотя я обожаю «Битлов». Почему дети всегда пользуются славой родителей?

– А главное – деньгами, – уточнил я. – В наше время для раскрутки бренда необходимы миллионы, иначе это попахивает авантюрой.

– Если бы затея с ZET MAX была авантюрой, то Влад, у которого в Москве пятнадцать бутиков prêt-à-porter de luxe, никогда не взял бы моего брата в партнеры и не вложил бы в это дело ни копейки.

– Как раз это очень странно. Иметь пятнадцать бутиков – и зачем-то рисковать.

– Ты ничего не понимаешь! Идея с бутиком-ателье просто чумовая! Макс сделает рекламу в Лондоне, потом в Париже, а Влад будет продавать одежду раскрученного бренда через свои магазины. – Симона горделиво вскинула голову. – Макс – талант. Сам рисует, сам делает крой. Вспомни Армани: он продал старенький автомобиль, сшил коллекцию и стал знаменит. Ему даже не хватало денег на ткань в горошек, и он рисовал кружочки шариковой ручкой…

– Какая милая сказка! Сшил пару пиджаков и сразу стал загребать кучи долларов, – усмехнулся я. – До этого Армани семь лет работал на Дом Черрути, разрабатывал мужские костюмы prêt-à-porter. И корпел над ними не разгибая спины, а не таскался по вечеринкам.

Симона метнула в мою сторону гневный взгляд: все знали пристрастие Макса к гламурным мероприятиям. Я понял, что сейчас начнется «турбулентность».

– Армани давно старик! – взорвалась Симона. – Нашел с кем сравнивать! Армани, блин! Армани начал в сорок, а моему брату всего тридцать три! Поверь, через пару лет он станет великим модельером, и о нем узнает весь мир. А уж в сорок он будет не менее богат и знаменит, чем все эти Черрутти, Бугатти и Бенеттоны…

– Кто бы сомневался… Уайльду было чуть за сорок, когда он умер в нищете, потратив все состояние на любовника и отсидев в тюрьме. И вместо славы у него остались одни долги.

Я ожидал продолжения бури, но Симона неожиданно притихла – похоже, мои слова заставили ее призадуматься или вспомнить о чем-то. Мне даже показалось, что на ее лице мелькнула тень беспокойства.

– Слушай, что ты привязался? Деньги, долги… Влад, между прочим, предложил Максу делить прибыль пополам. Обычно начинающим модельерам предлагают десять-пятнадцать процентов от прибыли, а Влад пообещал брату пятьдесят! Он что, дурак, по-твоему?

– Кто его знает… – я начал вскипать. Что о себе возомнила эта крашеная под Мальвину девчонка в клетчатых штанах?! И что она, вообще, смыслит в бизнесе?

– Влад классный парень и жутко умный, – продолжала Симона. – Он автор затеи с Лондоном и уже, кстати, полгода торчит с Максом в Англии, готовит дефиле. Другой бы на его месте послал менеджера, а он все сам… Ну хотя бы от своей женушки отдохнет, которая только и думает о том, чем обставить загородный особняк, какого цвета будет кафель в туалете, и жалуется на домработницу, что та кормит дочерей одной дрянью. Удивительно, как Влад вообще все это терпит.

– И откуда ты столько про него знаешь? – я ощутил что-то вроде укола ревности. – Давно знакома?

– Не только давно, но и довольно близко. Более того – это я свела Макса с Владом.

Я подозрительно посмотрел на нее.

– Выходит, ты не случайно появилась в тот вечер в кафе. Макс позвал тебя на помощь – охмурить доверчивого бизнесмена. Не так ли? То-то он расспрашивал меня про личную жизнь, есть ли у меня барышня или нет, да не собираюсь ли я снова жениться?

– Именно так все и было, – невозмутимо подтвердила Симона. – Антуан, не строй из себя жертву. Тебе обещали приличные проценты и дали гарантии от фирмы, а в качестве бонуса ты рассчитывал получить меня.

– Ничего я не рассчитывал, – соврал я.

– Неужели? А я-то размечталась! Не волнуйся: если не нравлюсь, там будет полно длинноногих моделей. Все вы, бизнесмены, одинаковые. Одни бабы и бабки на уме. И вообще, что вы понимаете в моде? Сидите в кабинетах, подписываете бумажки и целыми днями пялитесь на цифры в мониторе. Ах, нет, простите, перепутала. Закручиваете гайки на колесах, блин…