Призраки прошлого - Наталия Вронская

Вернувшись, Дымовы в несколько месяцев, не щадя сил своих, подняли дом, насадили сад и стали жить, как прежде, помогая менее удачливым соседям и привечая у себя всех страждущих.

— Ты много говорил о своей семье, — улыбнулся Алексей, поглядывая на Николая, — только что-то я не упомню все о твоих сестрах и кузинах. Не повторишь ли?

Николай, почуяв усмешку в тоне приятеля, ответил:

— Зря ты иронизируешь. Вот увидишь всех их, и глаза у тебя разбегутся. Красивее моих сестер не сыщешь нигде, — гордо прибавил он.

— Так сколько их у тебя?

— Пятеро. Да шесть кузин к тому же.

— М-да… — протянул Алексей, представив, как тяжело приходится их отцу. — Выдать всех замуж — дело хлопотное.

— А ты женись на какой-нибудь, — усмехнулся в свою очередь Николай. — Облегчи нам жизнь, будь милостив!

— Перестань, — отмахнулся рукой Долентовский.

— А что? Заодно и породнимся…

— Я не прочь стать твоим родственником, но обещать тебе жениться на одной из твоих сестер никак не могу.

— А жаль, — задумчиво протянул Николай. — Впрочем, дело твое. Но ты об этом подумай, мой отец счастлив будет породниться с тобой.

— Отчего? Чем мое родство так может быть привлекательно? Человек я не знатный, хотя и не бедный. Но при дворе не бываю, с высокой родней не знаюсь…

— Дело ли нам до высокой родни? Главное то, что я писал ему о тебе, и, будь уверен, он самого лестного мнения о полковнике Долентовском.

При этих словах Алексей призадумался. В душу его тут же вкралось подозрение, что друг пригласил его к себе не случайно, а именно с целью познакомить с многочисленными родственницами.

— Да ты не бойся, — рассмеялся, угадав его мысли, Николай, — неволить никто не станет. А тебе, я думаю, приятно будет провести время в домашней обстановке, в обществе хорошеньких девиц. А то мы с тобой последний год приличного общества и не видали. Те дамы, что встречались в нашей походной жизни — это совершенно особая статья, согласись. Так чего же может быть лучше хорошего дома и воспитанных и милых домочадцев?

— Ты прав. Но гляди, — Алексей покачал головой, — я сбегу сразу же, как только почувствую, что на меня начали охоту.

— Да, совсем забыл тебе сказать: из пятерых моих сестер три уже замужем, а из шести кузин — четыре. Так что тебе остаются только четыре девицы. Да еще одна незамужняя тетушка, сестра папеньки.

— Вот как? У тебя еще и незамужняя тетушка имеется? Какая-нибудь благородная старушка?

— Да уж, вполне благородная, — прищурился Николай, — и милая старая дева — она тебя очарует. Я ее обожаю. Впрочем, у меня три незамужние тетушки, — ухмыльнулся он.

— Три? — притворно ужаснулся Алексей.

— Три, — кивнул головой Дымов. — И не забудь, что у меня еще три младших брата, почти совсем мальчишки, они будут восхищаться тобой все время, приготовься к этому.

Путешествие подошло к концу, и вот уже приятели подъехали к воротам Дымовского дома.

— Николенька! Николенька приехал! — с крыльца посыпалось все многочисленное семейство Дымовых.

— Сынок! — Гликерия Матвеевна кинулась к сыну, едва только тот ступил на землю.

Сестры и братья обступили Николая со всех сторон и что-то кричали, целуя его и обнимая. Тот смеялся в ответ, пытался всех разом обнять и поцеловать, обнимал маменьку, целуя ей руки… И вот на крыльце показался Петр Петрович Дымов — глава семейства.

При его появлении все расступились, но радостные возгласы и смех не думали утихать.

— Ну, где же Николай? — Петр Петрович, улыбаясь, смотрел на своего старшего сына, возмужавшего и совершенно не похожего на того мальчишку, которого они проводили из дому десять лет тому назад.

Николай двинулся навстречу отцу и через мгновение они уже обнимались и что-то радостно говорили, перебивая друг друга.

Алексей, молча наблюдавший эту сцену, в глубине души не мог не пожалеть о том, что ему такой встречи никто не устроит. Родители давно умерли, а более никого у него нет. И возвращению под отчий кров, за исключением, быть может, старой няни, никто не обрадуется с такой же силой.

Но тут общее веселье несколько поутихло, и все, наконец, обратили внимание на гостя.

— Позвольте вам представить: мой друг, полковник Алексей Иванович Долентовский, о котором я вам писал.

— Алексей Иванович! Какая радость! — это Гликерия Матвеевна уже раскрывала свои широкие объятия. — Всё, всё знаем… Вы нам как сын родной! И мы ваши должники вовек…

Без сомнения, Николай успел сообщить своей родне о том, что некогда Алексей спас ему жизнь. Этого Долентовский не ожидал, он вовсе не хотел благодарностей. Алексей кинул взгляд на смеющегося Николая, но тот сделал вид, что ничего не понимает. И в тот же миг на Алексея набросилась вся эта орава. Младшие Дымовы желали лично поприветствовать и поблагодарить своего гостя.

Петр Петрович с радостью и большим чувством жал руку Алексею и приглашал его жить в их доме столько, сколько тот только пожелает.

Затем друзей развели по комнатам, велели отдыхать и раньше обеда в гостиной не появляться.