Возвращение из ночи - Елена Свиридова

Девушка, забившись в угол и ежась от холода, во все глаза смотрела на него.

— Ну, дела! — Белов вздохнул, вытер пот со лба и неожиданно расхохотался. Он уже мысленно отвез ее в морг, простился со своей драгоценной свободой, а она жива, она еще и разглядывает его, как какой-нибудь диковинный экспонат! С трудом справившись с нервным смехом, Белов снова взглянул на свою непрошеную гостью. Ее бил озноб.

— На, накройся, — он снял куртку, протянул ей.

Она молча схватила куртку, с трудом натянула на себя. Ее продолжало трясти.

— Садись вперед, здесь печка. — Белов помог ей перелезть на переднее сиденье.

Она послушно уселась рядом с ним, поджав босые ноги и кутаясь в его куртку. Немного успокоившись, Белов с любопытством оглядел ее. Ну и видок! На щеке — ссадина, мокрые волосы растрепанны, мокрая ночная сорочка, дрожит, как осиновый лист.

— И откуда ты взялась мне на голову!

Она испуганно поглядела на него и промолчала.

— Ты что молчишь? Раз живая — говори! — Рассердился Белов. — Из подпольного борделя сбежала?

И тут она зарыдала, прямо-таки закатилась в истерике.

— Ладно тебе, — сказал Белов. — Ну, прости старого дурака, понимаю, пошутил тупо... — Он обнял девчонку за плечи, чувствуя дурацкую неловкость и жалость. Как большинство мужчин, он не выносил слез и, стараясь сгладить нелепость ситуации, осторожно привлек ее к себе.

Вдруг она резко вырвалась, оттолкнула его, распахнула дверцу и чуть не вывалилась из машины.

— Не валяй дурака! — Белов поймал ее за руку и усадил обратно. — Что взбрело в твою дурную голову? Что я тебя изнасилую, прямо здесь, в машине?

Она съежилась, закрыла руками лицо.

— Я не псих и не маньяк, с малолетками не связываюсь. У меня дочка, как ты, между прочим. Так что сиди и не выкалывайся!

Она убрала руки от лица, поглядела на него с изумлением и опять не произнесла ни слова.

— Не веришь? — Белов усмехнулся. — Видишь, я седой уже. Да от таких, как ты, не только поседеешь. Думал, теперь еще и заикой стану, как ты на дорогу выскочила. А ты, случаем, не немая?

Она молча помотала головой.

— Тогда говори, куда везти тебя.

— Не знаю... — еле слышно прошептала она.

— М-да... — Белов снова закурил и попытался осмыслить нелепую ситуацию, в которой он оказался. Вроде бы, все закончилось хорошо... Но что теперь делать с этой девицей? Кто она? Потаскушка? Нет, не похоже... Глаза такие печальные. У всех у них глаза печальные! — А что ты знаешь?

Она с испугом глядела на него, он почувствовал, что в ее душе идет какая-то мучительная борьба, что-то мешает ей говорить.

— Ты чего-то боишься? Я понимаю, просто так в таком виде не бросаются под колеса... Может, расскажешь, что с тобой стряслось?

— Не помню... — пробормотала она.

— С тобой все в порядке?

— Кажется...

— Ладно, поехали! — Белов тронулся с места, и машина быстро покатилась в сторону города.

Дежурный врач травмапункта внимательно осматривал девушку. Это был уже немолодой человек, в очках с толстыми стеклами, видно, сильно близорукий, но руки у него были крепкие, уверенные. Он проверял пульс, давление, ощупывал кости, суставы.

— Редко теперь такого человека встретишь, который от собственного греха не удирает, — бурчал он себе под нос. — Тебе, девочка, повезло. А мог бы бросить на дороге, кто его найдет? — Он обратился к сестре. — Запишите данные пострадавшей.

— Фамилия, имя, адрес... — сказала сестра.

— Я... я не помню...

Белов нервно курил в коридоре, то и дело поглядывая на дверь. Услышав последнюю фразу, он не выдержал и вбежал в кабинет.

— Доктор, с ней все в порядке?

— Серьезных повреждений нет...

Врач молча внимательно посмотрел в глаза девушке, направив лампу прямо в лицо. Снова обратился к сестре.

— Экспресс-анализ, на содержание в крови наркотических препаратов...

— Она наркоманка? Только этого не хватало! — Ужаснулся Белов.

— Не думаю, — спокойно ответил врач. — Я провожу тестирование. Она говорит, что ничего не помнит. Я должен понять, правда ли это.

— А если она просто не хочет называть себя?

— Такое тоже возможно. Первую помощь мы оказали. Вы ее заберете?

Девушка умоляюще посмотрела на Белова.

— Да, конечно, — неуверенно ответил он. — Не бросать же снова на улицу.

— Да уж, — сказал врач. — Другой раз ей так не повезет... Возьмите направление. Надо показать ее психиатру.

— Зачем? — удивился Белов.

— Я не специалист, но возможна амнезия в результате шока. А вы, молодой человек, просто святой, редко таких в наше время встретишь! — врач протянул ему руку.

— Да что вы! Я ужасный грешник! — улыбнулся Белов. — Ладно, пошли! — он взял девушку за руку и повел на улицу.

Они снова ехали в машине. Рассветало, в тумане проглядывали силуэты домов, город просыпался, но людей на улице было еще почти не видно.

— Так куда тебя везти? — устало спросил Белов.

— Я... я не знаю!

— Что ж, тогда поедем ко мне, и ты мне все расскажешь.

— Что расскажу? — испугалась она.

— Все. Как ты дошла до жизни такой. В общем, собирайся с мыслями, вспоминай.

— Но я ничего не помню!

— Ну, это врядли. Что-то ты должна помнить. Как тебя зовут, где живешь. Где одежду свою оставила, почему в рубашке оказалась. Почему под мою машину кинулась...

— Я... я попробую... А почему ты меня на дороге не бросил? Доктор-старикашка, и тот удивился, говорит, удрать должен был. А ты не удрал. Почему? Тебя разве видел кто?

— Ну, это проще простого. Здравый смысл и голый расчет.

— И все?

— А что еще?

— Может, меня пожалел?

— Ну уж нет! Представь себе, если бы меня нашли... Наезд, с отягчающими обстоятельствами. Сама подумай, хочется мне срок отбывать? Так что мотивы у меня были чисто эгоистические. Какая уж тут жалость! Спал бы я сейчас спокойно в своей постели, а тут — вожусь с тобой, и не знаю даже, как тебя зовут и когда от тебя, наконец избавлюсь! Ну, вот и приехали...

— Ты извини, тут у меня малость не прибрано, — сказал Белов, зажигая свет, — дома бываю мало.

На столе валялись бумаги, зеркало, электробритва, на неприбранной постели грудой лежала одежда. Белов вытащил из нее длинный махровый халат, протянул девчонке.

— Там ванна, туалет... Иди.

Белов включил магнитофон, открыл бар, плеснул в стакан джин с тоником, устало опустился на диван, выпил, закурил и закрыл глаза. Квартира наполнилась мягкими звуками скрипки. Он слушал музыку, стараясь отвлечься от своих недавних переживаний, от надоевшей суеты, и в какой-то момент забыл обо всем, словно перейдя в другое измерение, где нет ничего земного, а есть только музыка, свобода и покой.