Обет молчания - Виктория Холт

После ухода мисс Грант мы заняли наши позиции у перил, и Аннабелинда присоединилась к нам. Она не объяснила, почему передумала. Она просто сидела на корточках рядом с нами, отпуская критические замечания по поводу внешнего вида присутствующих дам, сосредоточив, однако, почти все свое внимание на мужчинах.

Когда гости пошли ужинать, мы приготовились к самой захватывающей части вечера. Мы молча спустились на цыпочках вниз по лестнице, ускорив шаг под люстрой, прошли к концу лестничной площадки и поднялись на четыре ступеньки вверх к «укромному местечку». Как я и ожидала, почти сразу же появился Роберт с подносом, на котором стояли четыре стеклянных чашки со сбитыми с вином и сахаром сливками. Он уже догадался, что здесь будет и Аннабелинда.

Ей было немного неловко, что ее застали в компании малышей. Только «падение» ее брата Роберта с еще большей высоты несколько примиряло ее с этим, хотя, казалось, сам он своего «падения» не заметил.

Мы уселись за стол, чтобы насладиться сбитыми сливками.

Чарльз сказал:

— А я знал, что будут взбитые сливки. Я слышал, как о них говорила кухарка. Правда, она ворчала, что такой десерт не в духе времени.

Никто не обратил на его слова внимания. Бедный Чарльз! Но когда ты младше всех, то привыкаешь к этому, к тому же у Чарльза был очень веселый нрав. Он с наслаждением принялся смаковать взбитые сливки.

— Я принес тебе порцию с добавкой, — сообщил ему Роберт. — Подумал, что она может тебе понадобиться.

— Спасибо, — ответил Чарльз, выражая свою благодарность лучезарной улыбкой.

— О чем говорят там внизу? — спросила Аннабелинда.

— Главным образом о политике, — ответил Роберт.

— Неужели продолжают обсуждать недавние выборы? — спросила я.

— Да, хотя главная причина возникших затруднений — палата лордов.

— Как обычно, они выступают против любых действий правительства, сказала я.

— Возможно, новый король предпримет что-нибудь в этом направлении, предположила Аннабелинда.

— Теперь у нас конституционная монархия, — напомнила я ей, — и палата лордов не играет такой важной роли, как палата общин, хотя и необходимо, чтобы принимаемые законы одобрялись ими.

Мой отец говорит, что, возведи мистер Асквит больше людей в звание пэра, он получил бы перевес в свою пользу.

Аннабелинда зевнула, а я продолжала:

— С твоей стороны, Роберт, просто замечательно принести нам все это.

— Ты же знаешь, я всегда так поступаю на приемах.

— Знаю… и мне это нравится.

Роберт улыбнулся.

— Дело в том, — сказал он, — что на самом деле я больше люблю находиться здесь, чем на приеме.

— Герберт Генри Асквит (1852–1928) один из лидеров либеральной партии, премьер-министр в 1908–1916 гг. (Прим. ред.) — Мне бы хотелось еще немножко добавки, — признался Чарльз.

— Что? Да ты обжора! После такой огромной порции… — сказала я.

— Возьми мою, — предложил Роберт, что Чарльз и сделал со словами «Раз ты уверен, что не хочешь, обидно, если сливки пропадут».

В этот момент мне послышались шаги за дверью.

Я прислушалась.

— В чем дело? — спросил Роберт.

— На лестнице кто-то есть. Я слышала, как скрипнула половица. Она всегда скрипит как раз около «укромного местечка».

Я подошла к двери и открыла ее. За ней находился молодой человек. Казалось, мое появление напугало его. За те несколько секунд, что мы стояли, уставившись друг на друга, я успела заметить, что у него очень светлые волосы и светло-голубые глаза. На нем был вечерний костюм, и я поняла, что это один из приглашенных.

— Вы заблудились? — спросила я.

— Да… да… я заблудился. — Он говорил с едва заметным акцентом.

Роберт и остальные уже подошли к дверям нашего «укромного местечка». Молодой человек смотрел на нас.

— О, — сказал он, — мне очень жаль. Я не понимаю, как попал сюда. Я запачкал во время еды свой пиджак и решил, что должен почистить его, пока никто не заметил. Я нашел дорогу в одно… небольшое помещение… и замыл одежду. Вышел оттуда… и теперь не знаю, где нахожусь. Заблудился.

— Вы пытались вернуться в столовую. Этот так удобно расположенный поблизости от парламента дом полон странных укромных уголков и закоулков. Я знаю, где вы повернули не туда. Но теперь вы почти вернулись на правильный этаж. Я покажу вам дорогу.

— Вы очень добры.

Аннабелинда внимательно изучала молодого человека.

— Заходите и присядьте на минуту, — сказала она. — Вам ведь не приходилось бывать в этом доме раньше, правда?

— Нет. Это мой первый визит. Я приехал в Англию всего две недели назад.

— Откуда? — спросила Аннабелинда.

— Из Швейцарии.

— Как интересно… все эти горы и озера.

Незнакомец улыбнулся ей, чуть успокоившись.

— Как вас зовут? — спросила я.

— Карл Циммерман.

— А меня зовут Аннабелинда Дэнвер, — вмешалась Аннабелинда. — Это мой брат Роберт. А Люсинда и Чарльз Гринхэмы живут здесь.

— Теперь, — сказал с улыбкой Карл Циммерман, — мы все познакомились.

— Нас не пригласили на прием. Они считают нас всех слишком маленькими… кроме Роберта, конечно. Но он принес нам взбитые сливки.

Улыбка молодого человека стала еще шире.

— Понимаю. И я счастлив, что встретил вас.

— Вы известный дипломат? — спросила Аннабелинда.

— Нет. Это мое первое назначение.

— И вы заблудились на лестнице! — с усмешкой сказала Аннабелинда.

— Заблудиться может каждый, — промолвила я.

— Со мной это происходит постоянно, — добавил Роберт.

— Вы надолго в Лондон? — спросила Аннабелинда.

Карл Циммерман пожал плечами.

— Не знаю точно.

— Надо быть довольно важным лицом, чтобы вас пригласили сюда, продолжала Аннабелинда.

Молодой человек опять пожал плечами.

— Я здесь вместе со своим коллегой. Этим приглашением я обязан ему.

— Вас могут хватиться? — спросила я.

— О, сейчас гости будут выходить из столовой, — сказал Роберт. Идемте со мной. Я провожу вас обратно.

— Спасибо. Это очень мило с вашей стороны.

Аннабелинда была недовольна. Она бросила на брата сердитый взгляд, но молодой человек уже следовал за Робертом к двери.

— Спасибо за взбитые сливки, — сказала я, и Роберт ответил мне улыбкой.

— Спасибо за гостеприимство, — сказал молодой человек. — Благодарю вас всех.