Покорить девушку с обложки - Ребекка Уинтерз

«Дон Жуан» был одной из любимых опер Деи, но в ту же секунду, как она увидела эскиз, она удивленно взглянула на Джулиану:

– Вы хотели сказать, Донны Анны?

– Браво, Дея. – Легкая улыбка тронула губы дизайнера. – От тебя ничто не ускользнет. Этот костюм действительно предназначен для молодой женщины. Я всегда знала, что ты очень проницательна. Я помню те показы, которые вы с сестрой устраивали дома, будучи детьми. Они были просто восхитительны, а некоторые даже по-своему выдающимися.

Как правило, выдающейся называли Алессандру, а не Дею, и этот неожиданный комплимент доставил ей немалое удовольствие. Джулиана протянула ей еще один рисунок.

– Вот первый черновик костюма Донны Эльвиры для сцены в темном саду. Одна из моих сотрудниц работала над ним. – Дея, нахмурившись, несколько минут изучала эскиз. Джулиана усмехнулась. – Не бойся сказать мне, что думаешь на самом деле. Меня всегда восхищала твоя честность.

Из уст Джулианы это много значило.

– На мой взгляд, платье слишком легкомысленно и не раскрывает истинный характер Донны Эльвиры. Она взрослая женщина, она страдает, будучи отверженной Доном Жуаном. Мне бы хотелось, чтобы платье было более приглушенным, чтобы показать, что она отнюдь не глупа.

– Полностью согласна. Принеси мне свою версию костюма завтра к одиннадцати часам. Пока это все, что я могу для тебя сделать на данный момент. – Она поднялась из-за стола.

– Больше спасибо, синьора.

– Пожалуйста, зови меня Джулианой.

Дея подошла к Джулиане, чтобы поцеловать ее в щеку.

– Вы даже не представляете, как я благодарна вам за эту возможность.

Дея попрощалась с Джулианой, вышла из здания и поймала такси, чтобы вернуться домой. Она уже достаточно давно жила в квартире в самом сердце Рима, недалеко от Пантеона и Пьяцца Навона. Ей нравилась эта древняя улица, насчитывавшая более пятисот лет, с ее маленькими уютными магазинами. В этот обычный понедельник теплая апрельская погода как никогда отражала ее прекрасное настроение.

Сразу после обеда она сядет за работу, а сейчас ей нужно сделать очень важный звонок.

– Тетя Фульвия?

– Дея! Как хорошо, что ты позвонила. Твоя мама тоже здесь, подожди, я включу громкую связь.

– Мама?

– Дорогая, как я рада тебя слышать!

– Вы просто не поверите! – Голос Деи звенел от радости и гордости. – Джулиана позвонила на мой факультет и взяла меня к себе! Она уже дала мне первое задание. И все благодаря тебе, тетя.

– Джулиана никогда не предложила бы тебе свою помощь, если бы сомневалась в том, что ты способна выполнить эту работу. Когда ты начнешь работать самостоятельно, твое резюме будет на вес золота, потому что ты работала под ее началом.

– Я знаю! Наконец-то я смогу исполнить свою мечту. Я просто обязана доказать, что я тоже на что-то способна.

– У меня в этом нет никаких сомнений.

– У меня тоже, – сказала ее мать. – Я сто лет не слышала, чтобы ты была такой счастливой.

Слезы подступили к глазам Деи.

– Это начало моей новой жизни.

– Твой отец будет рад услышать это.

– Я еще позвоню, мама.

Дея повесила трубку и принялась за работу над дизайном, который убедит Джулиану, что она не ошиблась, дав ей шанс. Дея действительно верила в то, что начинается новый этап ее жизни.

В течение последнего года, проходя сеансы психотерапии, она вынуждена была копнуть достаточно глубоко, чтобы понять, что именно привело ее к срыву. Ей дали несколько заданий: забыть прежнюю себя, думать об интересах других людей и не говорить вещей, о которых может пожалеть, даже если это было правдой.

Но отпустить болезненное прошлое оказалось не так просто. Ей пришлось прекратить страдать из-за того, что инженерный магнат Риньери Монтанари влюбился в ее сестру-близнеца Алессандру, а не в нее. Собственно, именно это и привело ее к эмоциональному кризису.

Она познакомилась с Рини и его лучшим другом Гвидо Россано на яхте во время ее модельного контракта в Неаполе. И хотя Дея первой познакомилась с Рини и сразу же влюбилась в него, он не заинтересовался ею, хотя она и поцеловала его на глазах у Гвидо.

Сейчас, оглядываясь назад, ей было безумно стыдно от того, что, должно быть, подумал о ней Гвидо. Что касается Рини – она не ожидала когда-либо снова его увидеть. Но к ее шоку, он познакомился с Алессандрой на юге Италии, когда был там по делам бизнеса. И Рини влюбился в ее сестру и женился на ней.

Дея была просто раздавлена, и ее эмоциональное состояние требовало профессиональной помощи. Благодаря терапии ей стало ясно, что, помимо всего прочего, она всегда завидовала умственным способностям сестры и ее успехам в учебе. Алессандра уже успела написать и опубликовать серьезную историческую книгу об их предке, королеве Джованне.

Именно комментарий тети Фульвии привел ее в чувство и заставил понять, что ей нужна помощь.

«Дея Караччоло, ты хочешь завоевать каждого мужчину, которого встречаешь на своем пути? Что ты с ними будешь делать? Это противоестественно».

Тетя была права. Несмотря на все попытки Деи заигрывать с Риньери, он не обращал на нее внимания.

После разговора с Фульвией и матерью Дея начала проходить курс терапии, болезненный период переоценки собственных ценностей и ошибок прошлого. Ее самое болезненное воспоминание было связано с первой любовью Алессандры несколько лет назад.

Он преследовал Дею. Часть ее чувствовала себя виноватой, но, с другой стороны, ей льстило то, что он последовал за ней в Рим, где она работала в то время моделью. Но он оказался человеком, неспособным хранить верность ни одной женщине. Для Деи и Алессандры наступило мучительное время. Только в прошлом году сестры наконец оставили болезненный опыт позади и снова начали общаться.

Тем не менее попытка найти себя в жизни оказалась непростой задачей. И хотя профессия модели вызывала интерес у самой Деи и привлекала к ней множество мужчин, Дея не находила в ней удовлетворения, которого искала от карьеры, ведь она всегда знала, что век модели недолог.

Как показала терапия, ее глубинные стремления к довольству собой ускользали от нее. Она знала, что ей придется изменить взгляды на жизнь, если она хочет стать такой же счастливой, как ее родители, как Алессандра, недавно ставшая матерью. Из-за старой футбольной травмы Рини не мог иметь детей, и они с Алессандрой усыновили очаровательного Браццо, и Дея была за них очень рада.

Серьезно поразмыслив, Дея решила следовать своему таланту, не полагаясь на внешность, но ее все еще одолевали сомнения.

Забыть о собственном эгоизме – вот что сделала ее сестра. А в процессе она успела обзавестись прекрасным мужем и ребенком. Дея верила, что где-то есть мужчина, предназначенный ей судьбой. Как сказала ее мать: «Однажды твой принц сам найдет тебя. А пока что ищи саму себя, дорогая».