Дефиле с револьвером: Влюбиться по гамбургскому счету - Карин Буха

— Срочный разговор с Парижем, фрау фон Берг, — сказала телефонистка отеля. — Простите, что разбудили, но господин так настаивал.

— Ничего страшного, — ответила я, думая, что скорее всего это мой парижский начальник.

— Алло, Мелани?! Наконец-то! Я уже подумал, что ты никогда не проснешься.

— Но время действительно несколько странноватое для звонка, правда? — ответила я еще сонным голосом.

Это был Марсель Курт, мой французский коллега.

— Не злись, любимая, — голос Марселя словно обволакивал, — мне очень жаль, что мне пришлось тебя разбудить. Но ничего другого не оставалось.

— Ну и что в этом мире могло произойти такого страшного, чтобы тебе потребовалось поговорить об этом со мной посреди ночи? — спросила я устало. — Между прочим, я в отпуске.

— Я знаю, Мелли, знаю. Как ты смотришь на то, чтобы продолжить отпуск в Париже? Все расходы за счет фирмы.

— Да скажи уже, что случилось?!

— Это очень серьезно, Мелани, иначе я не стал бы тебе звонить. Или мне больше нечего делать, как будить леди по телефону? С гораздо большим удовольствием я сделал бы это лично.

— Марсель, сейчас три часа, я страшно хочу спать. И совершенно не воспринимаю твои любезности.

— Как ты можешь быть такой рассудительной? Стоит мне только представить себе, как ты там лежишь, — в ночной рубашке, щеки раскраснелись от прерванного сна… О, как я хочу в Баден-Баден!

Я рассмеялась. Чертов Марсель. Он невыносим. Но вынести его можно только таким — до чрезвычайности галантным.

— Интересно, с чего ты взял, что я сплю в ночной рубашке? — рассмеялась я. — И потом…

— Но, Мелани, — живо перебил он меня, — не разрушай мои мечты. Тебе подходят только кружева или что-то шелковое, безумно дорогое. Не исключено, когда-нибудь у меня и будет возможность это проверить.

Я решила, что пора бы и сменить тему разговора:

— Марсель, хватит заговаривать мне зубы! Если ты сию же минуту не скажешь мне, зачем звонишь, я брошу трубку и сразу же усну.

— Ну! Сложности со Стивенсом. Исход переговоров неясен. Утром он хочет вернуться в Нью-Йорк. Вот и все!

Ух ты! Это серьезно… Стивенс — наш лучший клиент. Он не должен сорваться с крючка ни в коем случае.

— И я должна срочно мчаться в Париж и снова впрягаться в работу?

— Да, это так, любимая. Только ты сможешь справиться со Стивенсом. Твой самолет вылетает через три часа из Штутгарта. Билет забронирован. В Орли я тебя встречу. Подробности при встрече.

— А если Стивенс улетит раньше, чем прилечу я?

— Ах да…

Мне показалось, что я вижу мальчишескую ухмылку.

— Ты плохо знаешь старого Марселя, Мелли. Естественно, я не спускаю глаз с нашей золотой рыбки. Мы уже бог знает сколько времени на Монмартре. Выступают Моника и Лорран. Тут просто столпотворение, наш обожаемый Стивенс забыл про свое плохое настроение. Но о переговорах и речи быть не может, — ну, ты понимаешь, да? Итак, я тебя жду. До скорой встречи!

— Хорошо, я приеду, — пообещала я. — До свидания, Марсель.

Так, прекрасно! Мои планы на отпуск накрылись медным тазом. Мне, конечно, очень жаль, но я не буду убиваться по этому поводу. Это точно. Раз дела зовут, я должна ехать. Именно так я решила. Это, если подумать, даже очень хорошо. Я обожаю свою работу. Я человек мира, как и моя мать. И мне нравится все это — путешествия, встречи, стиль и мода.

Тиканье часов напомнило мне о том, что времени у меня не так уж и много. Самолет вылетает в шесть часов. Мне нужно еще собраться. Час я потрачу на дорогу до Штутгарта. Ехать ли на своей машине? Нет, на такси будет удобнее. К тому же расходы будут списаны как командировочные. Заметано!

Я позвонила ночному портье:

— К половине пятого мне нужно такси до Штутгарта.

— Вы покидаете нас? Подготовить вам счет?

— Нет, я хотела бы оставить номер за собой. Я вернусь самое позднее через два дня.

Ну вот, теперь действительно уже пора вставать.

Ванная в моем номере была отделена от спальни небольшим коридором, из него еще одна дверь вела в комнату. Напротив входной двери висело большое зеркало. Я прошла мимо него и непроизвольно остановилась.

«В кружевах ты выглядела бы очаровательно», — кажется, так сказал Марсель. Я действительно была в кружевной ночной сорочке. Прелестная вещица! Я купила ее не так давно в Генте. Яблочно-зеленая, она великолепно подходила к моим светлым волосам, которые сейчас в притушенном свете лампы выглядели серебряными.

Но внезапно моя самодовольная улыбка сменилась напряженной маской. В зеркале отражалась не только я, там отражалась еще и входная дверь. И тут — нет, я действительно не ошиблась, — дверная ручка слегка повернулась. Она вращалась долго и беззвучно и, наконец, застопорилась. Через мгновение она снова повернулась — уже в противоположную сторону. Казалось, она двигается сама по себе или с другой стороны двери, как в плохом кино, стоит призрак. Я глубоко вдохнула. Снова поворот. Медленно и совершенно беззвучно ручка двери опустилась.

Я еще никогда не была так напугана. Я вся была во власти совершенно ужасного чувства. Кто-то хотел проникнуть в мой номер. В три часа ночи! Это не было случайностью. Если бы это, к примеру, был пьянчуга, который ошибся дверью, все не происходило бы в такой тишине. Да и что от меня может быть нужно пьянчуге? Оставалась единственная версия — это вор, который промышляет в номерах дорогих отелей.

Все эти мысли пронеслись в моей голове в мгновение ока, а тем временем за дверью, в двух метрах от меня, кто-то стоял. Мне чудилось, что я слышу сдерживаемое дыхание — или это была лишь игра моего воображения?

Я напряженно смотрела на дверную ручку. Она больше не шевелилась.

Я на цыпочках подошла к двери и наклонилась к замочной скважине, стараясь двигаться бесшумно. Коридор был ярко освещен и казался совершенно пустым.

Я вдруг с ужасом подумала: а что было бы, если бы я забыла запереть дверь или если бы я спала? И чего хотели от меня с той стороны? И главное — кто это был?

Немного успокоившись, я повернула ключ в замке и распахнула дверь.

Коридор был действительно пуст.

Однако справа у стены, там, где коридор поворачивал, я увидела чью-то тень, которая тут же исчезла. Где-то далеко хлопнула дверь. Стояла такая тишина, что я не могла этого не услышать.

Я не стала бы придавать слишком большого значения ночному инциденту. Прежде всего, я была не слишком уверена, вправду ли видела тень, которая пропала в той части отеля, где, как я знала, живет мадам Тоски. Но все происшествие показалось мне необычайно странным и удивительным. Почему взломщик решил ворваться именно ко мне?

Я пришла к выводу, что не стоит исключать возможность шпионажа в пользу другого модного дома. У меня не было привычки возить с собой эскизы и планы будущей коллекции, но вор мог не знать об этом. Мадам Торски интересовалась моей работой. Но я была не в состоянии представить, что она может пойти на кражу эскизов с целью совершения незаконной сделки.