Обольщение ангела - Патриция Грассо

– Конечно, я имею в виду чудовище.

– Я никогда не видела его, но… – Роб прервалась и, опустив взгляд, закусила нижнюю губу.

– Не бойся, скажи, – подбодрил ее Гордон вкрадчивым голосом.

– … но однажды оно коснулось меня, – прошептала она, подняв к его глазам левую руку. – Вот, посмотри, что оно сделало.

С тыльной стороны кисти виднелось темное родимое пятно в форме цветка – шестилепесткового цветка Афродиты. Это был греховный знак – так церковные власти учили верующих, – и большинство людей считало его дьявольской меткой.

Гордон медленно поднял на нее взгляд: в глазах у девочки стояли слезы. Непроизвольно он поднес ее руку к губам и поцеловал это родимое пятно.

– Женившись на тебе, я убью чудовище, которое осмелилось коснуться тебя, – пообещал он очень серьезным тоном. – Я сделаю это, как только ты поставишь свою подпись на брачном контракте.

Роб отрицательно покачала головой:

– Сначала ты должен убить чудовище.

– Не веришь, что я сдержу свое слово?

– Все в Хайленде знают, что «Кэмпбел» означает «лживые уста».

Гордон вспыхнул, услышав сдавленное хихиканье оттуда, где стояли Макартуры, но сдержался.

– Значит, ты выйдешь за меня замуж лишь после того, как я убью его?

Роб кивнула.

– Не делай этого, – бросил ему Росс.

– Не связывайся, – предостерег и Джеми Макартур.

А Даб Макартур потянулся и дал подзатыльник сначала одному из братьев, потом другому.

– Еще раз откроете рот, – пригрозил он, – и нашей матери придется носить траур по вас.

Игнорируя слова своих будущих шуринов, Гордон встал рядом с ней и предложил свою руку девочке. Отец кивнул и бросил ему одобрительный взгляд. Рука об руку пятнадцатилетний маркиз и его восьмилетняя невеста вышли из зала.

Дойдя до лестницы. Гордон остановился.

– Жди меня здесь и не двигайся, – приказал он. – Где твоя комната?

– Последняя дверь налево.

Гордон начал подниматься по лестнице.

– Будь осторожен! – с тревогой крикнула она ему вслед.

Он медленно повернулся и, успокаивающе махнув ей рукой, продолжал шагать по ступеням.

Войдя в ее комнату, Гордон прислонился к двери и подождал. Десяти минут, по его расчетам, было вполне достаточно, чтобы сразиться с чудовищем. Если меньше, будет подозрительно, а если больше – девочка, чего доброго, отправится искать его.

Оглядев ее скромно обставленную, но очень уютную комнату, он решил, что так и должна выглядеть спальня маленькой девочки. Сам он, будучи единственным ребенком в семье, никогда не бывал в таких комнатах.

Вздохнув, юноша пригладил рукой густые каштановые волосы, и взгляд его задержался на кровати. Кровать как кровать, но, словно повинуясь какому-то неясному побуждению, он отошел от двери и двинулся через всю комнату к ней. Потом встал на колени, поднял покрывало и заглянул под кровать.

Никакого чудовища. Да и глупо было бы чего-то ожидать.

Минут через десять он вышел из комнаты и бодро зашагал по коридору к лестнице. А увидев сверху свою невесту, с легкой улыбкой покачал головой. Роб стояла у основания лестницы и, закрыв глаза, с испуганным выражением лица беззвучно молилась, едва шевеля губами.

Бросив быстрый взгляд в сторону большого зала, он заметил в дверях леди Бригитту.

– Спасибо, – едва слышно прошептала она и тут же исчезла, оставив их вдвоем.

– Готово, – громко объявил Гордон. – Этот гадкий монстр, это мерзкое чудовище никогда больше не будет тревожить тебя.

Роб открыла глаза и с облегчением улыбнулась ему.

– А что ты сделал с телом? – спросила она.

– Оно исчезло, когда этот монстр издох.

– Ты уверен, что он не появится снова?

Гордон кивнул и сел на нижнюю ступеньку.

– У меня есть для тебя подарок, – сказал он, сунув руку в карман.

– Я люблю подарки, – воскликнула Роб, и ее изумрудные глаза восторженно заблестели.

– Не сомневаюсь в этом, – пробормотал он. А затем поднял ее левую руку и надел на безымянный палец золотое колечко. – У этого кольца есть надпись внутри. «Vous et Nul Autre». Что означает «Ты, и никто другой». Ты моя жена, и я всегда буду твоим верным мужем.

Роб дотронулась до кольца на своем пальце и немного разочарованно посмотрела на него.

– Мама сказала, что ты подаришь мне что-то красивое, а ты принес это. Я… – Она захлопала черными ресницами, – мне хотелось бы новую куклу.

Услышав это, Гордон разразился веселым смехом.

– Из тебя выйдет настоящая герцогиня, – воскликнул он. – Обещаю прислать тебе красивую куклу, как только вернусь в свой замок Инверэри.

Роб кивнула, снова улыбнувшись ему.

А несколько минут спустя единственный сын герцога Арджила сочетался браком с единственной дочерью графа Данриджа. Всей душой, всем сердцем Роб Макартур полюбила своего красавца мужа, полюбила на долгие годы. Но сам Гордон Кэмпбел, покинув в тот же день замок, со свойственным пятнадцатилетнему юнцу легкомыслием тут же забыл о своей малютке-жене, словно ее никогда и не было.

Обещанную куклу он ей так и не прислал.