На предельных скоростях - Мария Кокорева

«Ни дать, ни взять — комната маньяка,» — пронеслось у меня в голове, и только сейчас я поняла, что пришла сюда по приглашению девушки, которую видела один раз в жизни. Неизвестно, что это за место, и чем вообще промышляют в этом тату-салоне. А судя по громиле у входа, если вдруг что-то случится, выйти отсюда по собственной воле мне не дадут.

— ЭЙ, ты что тут забыла?

От неожиданности подскакиваю, выронив папку из рук, и с ужасом наблюдаю, как мои эскизы разлетаются по полу. Опустившись на колени, начинаю собирать листы, пытаясь не показывать, что до смерти испугана.

— Ты кто такая?

Спрашивает настойчивый мужской голос, а его обладатель даже не думает мне помогать, продолжая стоять рядом, в то время как я ползаю по полу, собирая бумажки.

Сложив, наконец, все эскизы обратно в папку, выпрямляюсь, вглядываясь в лицо незнакомца.

Симпатичный шатен с потрясающей улыбкой и идеальным телом недовольно смотрел на меня, явно ожидая ответа.

— Меня пригласила Лера, я пришла показать рисунки, — мямлю нерешительно, стараясь не пялиться на его шею, полностью покрытую татуировками. Рисунок скрывается за воротом футболки, и мне становится до ужаса любопытно, где именно на его теле он заканчивается.

— Понятно, «алло, мы ищем таланты, — произносит мужчина и машет в сторону дивана. — Жди там, она сейчас придет.

С сожалением провожаю шатена взглядом. После этой встречи мои недавние опасения тут же улетучиваются — на нарко-притон или бордель это место не похоже, да и местный контингент явно мной не заинтересован.

— Кто там еще? — прогремел незнакомый голос в соседней комнате.

Фраза, произнесенная на русском языке, резанула слух, и я невольно наклонилась вправо, пытаясь разглядеть говорившего сквозь дверной проем.

— Девчонка-художница, кажись, Валери откопала где-то.

— Какого хрена ее вообще пустили, нам проблем мало?

Подойдя ближе, я, наконец, смогла разглядеть говорившего с шатеном мужчину.

Он сидел на столе, по-хозяйски упершись подошвой ботинка в столешницу. На голову накинут капюшон, рукава черной кофты закатаны, обнажая руки, покрытые цветными татуировками.

Хотя, какие к черту татуировки! Это было настоящее произведение искусства, как и фасад здания, в котором я сейчас находилась. Никогда не думала, что такое примитивное искусство, как тату, может выглядеть настолько красиво.

— Раш, а мне что, жалко? Покажет картинки и пойдет дальше, кому нужны сейчас эксклюзивные эскизы, когда нормальных мастеров нет? Пусть Лера поиграет в добрую самаритянку — мне не сложно посмотреть картинки и сказать «нет».

— Гони ее в шею, харе заниматься благотворительностью! Самим бы кто помог, — пробормотал парень в капюшоне и тем самым отвлек меня от созерцания его рук, а вернее, рисунков на них.

— Эй, а ничего, что я все слышу?! — спросила по-русски, ожидая незамедлительной реакции, и едва сдержала самодовольную ухмылку, глядя на выражение лиц мужчин, резко повернувшихся в мою сторону.

— По-русски шпрехаешь?!

— Ну, на татарский это не похоже.

Из дальнего угла зала послышался женский смех, и на пороге появилась Лера.

Она была именно такой, какой я запомнила ее в нашу первую и единственную, к слову сказать, встречу. Невысокая стройная девушка с длинными светлыми волосами, собранными в высокий пучок на самой макушке.

— Ребят, ну пора привыкнуть, что в Нью- Йорке русских больше, чем самих америкосов. Не стоит так громко болтать и надеяться, что вас не поймут.

Пройдя через всю комнату, она присела на подлокотник дивана.

— Напомни, как тебя зовут, — обратилась ко мне, приветливо улыбнувшись.

— Михаль.

— Миха-аль, — произнесла, растягивая гласные, будто пробуя незнакомое слово на вкус.

— А дома тебя как называют?

— Миха…

— Хех, Миха, и откуда это ты с таким именем на русском лопочешь, как на родном?

— Назвали в честь прабабушки, у мамы израильские корни.

— Вот только еврейки, болтающей на русском, нам тут не хватает для полного счастья. Лер, что за бред?! Проблем сейчас мало? Гони ее в шею!

Теперь мужчина с татуированными руками смотрел прямо на меня, и я смогла получше его рассмотреть. Из-под капюшона торчал короткий ежик светлых волос, на шее виднелась татуировка на подобие птицы, раскинувшей свои крылья, а чуть ниже — изображение звезды.

Странный этот Раш, кажется, так его назвал шатен. Похож на чокнутых фриков, которые тусовались отдельной компашкой у нас в школе. Чудаковатые ребята с огромными «тоннелями» в ушах, пирсингом, разноцветными волосами или дредами.

Я так увлеклась разглядыванием татуировок, что не сразу почувствовала на себе полный неодобрения взгляд холодных серых глаз. Смутившись, тут же отвернулась, полностью сконцентрировавшись на Лере.

— Раш, ты ее эскизы видел? Мы можем полностью обновить базу!

— С какого перепуга я должен у не пойми кого картинки покупать? Тебя за каким тогда на работу взял?

— А кто сказал, что мы у нее будем что-то покупать?

Взглянув на меня, девушка спросила:

— Миха, иголок боишься?

— Что-о? — я и так не особо успевала вникать в суть разговора, который, к слову, шел обо мне, а последний вопрос вообще поставил меня в тупик.

— Сможешь колоть людей иголкой за деньги? — Лера явно забавлялась моей растерянностью. Быстро сориентировавшись, я ответила в тон ей:

— Если будете хорошо платить, могу не только иголкой.

— Валери, что ты задумала? — вмешался в разговор шатен, который до этого наблюдал за дискуссией со стороны, не вмешиваясь.

— Просто научу ее. Будет как я, бить тату по собственным эскизам. Считай, что я беру ученицу, на полставки — мы с Крисом все равно не справляемся.

Игнорируя недовольные лица мужчин, Лера уже схватила меня за руку и куда-то тащила.

— Не боись, Миха, прорвемся.

— Что за баба?! Макс, разбаловал ты ее, пока меня не было. Ведет себя как хозяйка в нашем салоне! — услышала я негодующий возглас Раша, прежде чем Лера успела увести меня достаточно далеко.

— Завтракала сегодня? — спросила девушка, когда мы оказались на небольшой кухне.

— Нет.

— Значит, начнем с кофе. И не ходи больше рисовать портреты на улице, особенно в такой холод. Договорились?

— Ага.

Так, совершенно неожиданно, я начала работать в тату-салоне.