Нефритовая звезда - Кэтрин Коултер

— Я смертельно устал, — сказал он ей.

— Заметно. — Она отвечала, не оборачиваясь.

— Спасибо за заботу, — сухо поблагодарил Сент. Джул посмотрела на него:

— Надеюсь, эти пассажиры с позеленевшими от морской болезни лицами хорошо заплатили тебе. Теперь ты сможешь купить себе в Лахаине проститутку.

Сент остолбенел и автоматически покачал головой.

— Ну что ты, доктор. Это же всего на одну ночь. Она обойдется не так дорого, как любовница.

— Ты всегда становишься такой саркастичной, когда не добиваешься своего?

В его карих глазах была видна страшная усталость, но Джул быстро отогнала от себя нахлынувшее чувство сострадания.

— Да, всегда, особенно если тот, кто принимает решение, — слепой осел.

Улыбнувшись, Сент отвернулся и стал смотреть на бескрайние океанские просторы.

— По-моему, последней женщиной, которая получала удовольствие, когда обзывала меня, была моя мать. Но она делала это, разумеется, в шутку.

— Уверена, что твоя мама долго смеялась, родив тебя. Потому и назвала тебя Улиссом — из мести.

— Мне не за что винить ее. — Сента слова Джул совершенно не задели. — Я весил одиннадцать фунтов. Моя бедная матушка говорила, что настоящий Улисс, по книжкам, искал свой дом в течение двадцати лет и что она после девяти месяцев беременности чувствовала себя так же, как он после тех двадцати лет.

— Я и говорю, месть.

— Но не забывай, что она смягчила мое имя Майклом. Оно-то вполне безобидно.

Это имя не было безобидным, это было самое красивое имя в мире!

— Лидия говорила мне, что она могла нажить целое состояние, если бы только узнала твое настоящее имя.

— Мои друзья никогда не сдаются. Это стало уже своего рода конкурсом. Они выдумывают самые разные ловушки, чтобы я попался в них. — Сент повернулся и облокотился на перила. — Боже мой, как я устал! Считается, что врач должен вылечить кого угодно от чего угодно. Как я могу справиться с морской болезнью!

— Я могла бы помочь тебе, — робко предложила Джул.

— Спасибо, но даже я едва сдерживаю тошноту от ужасного запаха в каютах. Не хочу, чтобы цвет твоего лица стал зеленым, а он стал бы, я гарантирую.

— Меня никогда не тошнит, — уверенно сказала Джул, как говорят молодые люди, считающие, что болезнь всего лишь слабость.

— Я очень рад за тебя… Джул, — продолжил он после минутного молчания, — твоя подруга Канола — люди Уилкса изнасиловали ее?

Она обомлела, как будто Сент крикнул ей в ухо какую-то непристойность, вспомнила вопли Канолы, омерзительного человека со спущенными штанами и попыталась отогнать от себя страшные воспоминания.

— Не знаю, — выговорила она наконец, — Уилкс оттащил меня в каюту, сказав, что не даст в обиду. — Она не совсем хорошо представляла, что значит изнасиловать, но боялась спросить.

«Слава Богу, — думал Сент, — она не видела этого». Он и не сомневался в том, что Канолу изнасиловали.

— Так что же случилось? — Он старался говорить самым обычным тоном.

Джул пыталась оставаться спокойной, но ей это с трудом удавалось.

— Она выпрыгнула за борт, но берег был слишком далеко.

— Мне очень жаль. — Сент хотел бы сказать еще что-нибудь, но не находил слов. Он продолжал очень спокойно, как будто разговор шел о погоде:

— Я знаю, что однажды еще до вашего прибытия в Сан-Франциско Уилкс накачал тебя наркотиками, прикасался к тебе и целовал.

— Нет!

— Ты сама рассказала мне, Джул.

— Нет, — повторила она. Мороз пробежал по ее коже от слов Сента.

— Джул, я не хочу, чтобы тебя мучило то, что произошло. Не бойся поделиться с другом, это помогает. Расскажи мне о том, что он с тобой сделал. Тогда тебе будет легче забыть.

Джул набросилась на него:

— Да какое тебе дело до того, что он со мной сделал? Ты хочешь услышать все в деталях? Ничего себе друг!

— Джул, что он сделал? — снова спросил Сент, не теряя самообладания. Он слышал знакомый страх в ее голосе и знал, что храбрость в гневной тираде была напускной, что это лишь защитная реакция.

— Думаю, — сказала она, наконец взяв себя в руки, — пора называть тебя Сентом. Это имя очень подходит к роли, которую ты играешь, — святой, полный заботы и понимания, желающий, чтобы бедное маленькое существо забыло этот кошмар! Иди к черту, Сент!

Сент считал себя уравновешенным человеком. Только однажды, когда ему было четырнадцать лет, он вступил в драку с другим мальчиком и одним ударом сломал тому челюсть. Сейчас он был взбешен. Ему очень хотелось бы изменить своим правилам и хорошенько всыпать этой девчонке. Но Сент молчал, сказать ему было нечего.

Джул указала на стайку ярко одетых женщин на пристани:

— А вот и проститутки. Только что-то моего отца или его дружков не видно; как правило, они появляются на берегу, когда приходит какой-нибудь вельбот, и разглагольствуют о сатане, зле и заразе.

— Я мало знаю о сатане, — Сент говорил спокойно, не обращая внимания на горькую иронию в голосе собеседницы, — но вот о болезни я знаю гораздо больше других. — Он увидел, что двое матросов, сидевших на веслах торгового судна, уже кричали и махали руками женщинам на берегу.

В порту стояло еще около полудюжины судов, большинство из них — китобойные. На берегу суетились торговцы, сновали люди в черных рясах. «Предприниматели или священники, — подумал Сент, — или никому не нужные дипломаты с Оаху».

— Идем, — сказал он, помогая ей сойти с судна. Рука ее была холодной и влажной. — Джул, я — с тобой, — успокоил Сент.

Она приняла его помощь, но вскоре отдернула руку. Они шли по Варфстрит. Сент бросил взгляд на крепость, построенную в начале тридцатых и используемую теперь в основном в качестве тюрьмы. Она была ужасно обшарпанной, обветшавшей. Дом Дуайта Болдуина на Франт-стрит, напротив, был как с картинки, а сад перед ним — цветущий и ухоженный. Когда Сент жил в Лахаине, он водил дружбу с Болдуином, священником-миссионером и врачом. Сент хотел было спросить Джул о старом друге, как вдруг она сняла шляпку и встряхнула головой.

— Джулиана! Бог мой, неужели это ты!

Сент обернулся и увидел молодого человека, который уставился на Джул как на привидение. Это был Джон Бличер, сын плантатора. Действительно, он больше не был прыщавым и стал очень привлекательным юношей, хорошо сложенным, с открытым лицом, но в этот момент он был бледен как смерть.

Джул была невозмутима. Она придвинулась ближе к Сенту и спокойно сказала:

— Привет, Джон. Как твои дела? Видно было, что Джон ужасно взволнован.

— Сент? Доктор Моррис? Это вы? Джулиана, что случилось? Все считали тебя мертвой. Тело Канолы… ну, его выбросило на берег, а так как вас видели вместе, мы думали…