Отыскать любовь среди холода - Людмила Леонидова

До отъезда в Америку я, не поставив в известность Сергея, тоже написала заявление в «КАНОСТ» с просьбой дать мне кредит на покупку квартиры и собрала все необходимые документы. Теперь все складывалось как нельзя лучше. Если не откажут в кредите, то все деньги на квартиру — в одном месте. Поскольку ремонт подошел к концу, мне нужно было расплатиться с рабочими и моим терпеливым ангелом — Олегом Петровичем, который даже не взял задаток, разрешив делать внутреннюю отделку квартиры.

«Хорошо, что у меня нет свободного времени, что дел невпроворот, некогда себя жалеть и предаваться плохому настроению», — думала я по пути в банк.

В банке меня встретила Алена.

— Расскажи, как там, в Америке? — с тоской в голосе спросила она меня. — Я здесь погибаю от бумаг и скуки. Костя возил меня по всей Европе, а теперь… — Она скривила свое красивое лицо.

Юная худенькая девушка из моей юности повзрослела, стала женщиной с округлыми формами, но лицо такое же, как и раньше, — мимо не пройдешь. Теперь она имела возможность дорого одеваться. В школе, кроме формы, каждая из нас имела по одному платью и паре брюк. Фирменные джинсы, мечта каждой девчонки, только у тех, чьи родители побывали за рубежом. Я помню, как подруга не вылезала из школьной формы, завистливо поглядывая на одну некрасивую девчонку, возле которой вились все только потому, что ее привозили на черной «Волге» и она носила импортные наряды.

Алена взяла реванш над прошлым. Безупречный вкус, приобретенный за годы карьеры, бросался в глаза. Черный, отлично сшитый костюм, шелковая блуза с отложным воротником, кожаные темные туфли на среднем каблуке — классика! Но как ей идет! Красота становится совершенством!

— Хорошего понемножку, — продолжая сожалеть о богатом покровителе, вздохнула подруга. Она искала сочувствия, не ведая, что в своем положении я никак не могу ее пожалеть. Она так же, как и Даша, моя соперница, пыталась отбить женатого мужчину. Жену Кости, Люсю, не красавицу, но очень доброжелательную и открытую женщину, я знала. Приходилось общаться на встречах, вечеринках, куда нас приглашали с мужем, даже однажды бывала у них в доме.

— А что, Костя совсем сюда не приходит? — Я сравнила ее ситуацию со своей, и меня одолело любопытство, подумалось, что не всегда бросают жен, случается ведь и по-другому. Хотя в чужие дела лезть совсем не хотелось.

— Нет. — Алена с сожалением покачала головой. — Я не видела его уже давно. И вообще, — она понизила голос, — его теперь не видит никто. Раньше с телевизионных экранов его морда не сходила, а теперь… Островский еще показывается тут, а он… Я давно хотела с тобой поговорить. — Алена приготовилась раскрыть душу.

— Спасибо вам за кредит. — Опрометчиво начав этот разговор, я решила сменить тему. Ну не могу я в своем положении сочувствовать ей, не могу — и все!

— Собираешься брать наличными или перевести? — ощутив мое нежелание слушать ее душеизлияния, обиделась Алена и, разложив на столе бумаги, стала показывать, где поставить подписи.

— Еще не знаю. Скорее наличными, ты ведь знаешь, как у нас продают квартиры.

— Хорошо, в ближайшее время позвоню Сереже, скажу, когда приходить, — спрятав все в стол, сухо буркнула подруга.

Я напряглась, ведь она не знала, что мы разошлись.

— Лучше мне… на сотовый. — Мой голос прозвучал как унизительная просьба.

— Наташ, он что, не знает про квартиру? — сообразив, вскинулась Алена.

— Нет, не знает.

— Что-нибудь случилось?

— Случилось. Он меня бросил, — отрезала я.

— Когда? — Ее брови взлетели вверх.

— Недавно.

— Ой, Наташа, как же ты теперь? — В ее голосе прозвучало искреннее женское сочувствие.

— Как видишь. — Я постаралась сделать неунывающее лицо. Уж очень не хотелось, чтобы школьная подруга жалела меня.

— Ты сильная. Молодец. А я… — Алена махнула рукой. — Я тебе не говорила, ведь я и Костя…

— Догадываюсь.

— Нет, ты не догадываешься.

— Ты о чем?

— Я тебе скажу сейчас одну вещь, ты ведь врач, может, ты поймешь.

— Постараюсь.

— Кости больше нет, — загадочно произнесла она.

— Ты ведь уже сказала.

— Нет, я не о том. Он исчез, растворился.

— Такое в бизнесе тоже случается.

— Возможно. — Алена нервничала, я чувствовала, что в ней борются какие-то чувства, ей хотелось рассказать какой-то секрет. — Некоторые просто сбегают за границу, а он…

— Что он?

— Он сменил пол. — Выпалив это, Алена сама испугалась и стала оглядываться по сторонам, будто опасаясь, что кто-то подслушает.

— Это ка-ак? — Ожидая всего, что угодно, только не этого, я, психотерапевт, не знала, что нужно говорить в таких случаях. В моей практике такого не случалось.

— Тебе, наверное, лучше известно, как это делается. А я, ты веришь, не могу найти ответ. Могу только сказать, что он был нормальным мужиком. — Я продолжала таращиться на нее и молчать. — Ну не супергигантом, так, обыкновенным, но ведь этого нельзя не заметить, ведь у него жена, дети… Наташ, а? — Алена разрыдалась.

— Подожди, не плачь. — Мне стало жалко подругу. И еще… я не могла в это поверить. — Ты точно знаешь?

— Нет.

— Ну вот видишь. — У меня отлегло от сердца. — Скорее всего это очередная сплетня. Чего только о богатых не болтают.

— В том-то и дело, что никаких сплетен нет. Ни одна душа об этом не говорит. У меня информация от очень надежного человека. Пока я тебе не могу раскрыть, от кого. Наташа, я понимаю, что я на него не имела никакого права. Но он обещал, говорил, что любит меня.

— Ты верила?

— А что, не надо было?

— Алена, он нам не был близким другом, просто Сергей готовил для него банковские программы, коды; Сережа рассказывал, я толком не слушала, мне это неинтересно было, поэтому ничего не знаю.

— Ты не думай, что я неблагодарная. Я понимаю, что ты сделала для меня. Но видишь, мне не помогло, даже наоборот.

— Алена, ты так же красива, как была в юности. У тебя очень приличная работа, о которой каждый может только мечтать. У тебя нет материальных проблем, — заученно, как будто разговариваю со своей пациенткой, произнесла я.

— Да, но у меня нет личной жизни.

— Ты ведь сама на это пошла, когда связалась с Костей, — упрекнула я ее не как врач, а как подруга.

— Наташа, ты не знаешь, что такое огромные деньги.

— Не знаю, — довольно безразлично согласилась я.

— Огромные деньги — это все, что пожелаешь: шубы, драгоценности, автомобили.

Я попыталась представить. Воображение рисовало серебряные авто, многокомнатные хоромы, собственные бассейны. Больше ничего такого. Ужасно, когда нет денег, чтобы, как мне, негде было жить. Если подумать, то некоторым и того хуже. Но как это хуже, тоже представить не могла, потому что всегда жила в Москве, с папой, с мамой. Они поили меня, кормили, хоть и не бог весть чем, одевали, тоже далеко не по моде, просто, чтобы не простудиться. Короче, мне было тепло и не голодно. Представить, что такое очень много денег, я не могла. А если не могла, значит, и не надо мне столько. Вообразить, что Алена купалась в чужих деньгах, а при этом у Кости жена, дети, которым он отдает тепло, любовь?