Возвращение домой - Шэрон Кендрик

— И там были…

Она не могла продолжать.

— Были?.. — услужливо подсказал Дрю.

— …другие женщины? — наконец произнесла она. — Ты приводил туда других женщин?

Его щека дернулась.

— Какой дерзкий и непристойный вопрос! Поверить не могу, что ты, Шелли, настолько набралась наглости, чтобы спрашивать об этом. Последние три года ты провела с другим мужчиной — так чего же ты ожидала? Да, конечно, там бывали другие женщины!

Опершись на стол, Шелли поднялась на ноги, взяла сумочку, стараясь при этом придумать что-нибудь по-настоящему уничтожающее. Но почему-то при виде его насмешливых синих глаз она обмякла, и в это время он тоже поднялся из-за стола. Она вновь почувствовала себя беззащитной. Пора уходить.

— Я провожу тебя в номер.

— Не стоит труда.

— Мне нетрудно.

Он улыбался, но блеск его глаз не мог обмануть ее.

— Это насилие! — прошипела она.

— С какой стороны посмотреть, ведь так? — возразил Дрю. — Давай, во избежание споров, называть это учтивостью.

Путь до дверей занял, казалось, не меньше часа.

Шелли поставила ногу на нижнюю ступеньку лестницы.

— Не смей идти за мной дальше! — с угрозой произнесла она.

— Почему? Разве ты не доверяешь самой себе?

Дрю неожиданным движением схватил Шелли за запястье, притянул к себе, вторая его рука скользнула по ее талии, так что Шелли оказалась почти в его объятиях.

Она стояла на ступеньку выше, к тому же на высоких каблуках, и их головы оказались на одном уровне. Его лицо было совсем близко, почти как в предвечернем сновидении, так раздразнившем ее. Глаза его горели страстью, злой или доброй — Шелли не могла разобрать. А соблазн покориться ему был очень силен.

Она поборола соблазн.

— Отпусти меня, Дрю.

Он придал своему голосу дурашливую, пародийную нежность:

— Повтори, котенок, только со смыслом.

— Отпусти… Дрю!

Он склонился к ее уху, его губы чуть тронули кожу Шелли, и она задрожала.

— Нет…

— Ну почему нет?

Его мягкие бархатные губы щекотали ей шею; такие зовущие… Ничто на свете не могло с этим сравниться.

— Тебе же приятно, котенок!

Ей было невыразимо приятно. Но это не невинный поцелуй на ночь. Она знала, чего он хочет — напряжение его тела ощущалось почти физически даже на расстоянии, — он же едва касался ее. Пока.

Она обвила руками его шею, приблизилась к нему, так что сторонний наблюдатель решил бы, что они обнимаются, тогда как дуэль была в самом разгаре, о чем свидетельствовали их глаза.

— Если ты немедленно не отпустишь меня, — негромко произнесла Шелли, — я перейду к приемам самозащиты, и гарантирую, они тебе не понравятся.

— А Марко нравилось, когда ты применяла свои приемы? — С горькой улыбкой он отпустил се.

Она открыла рот, чтобы язвительно отозваться на его реплику, но какая-то искра, мелькнувшая в глубине его синих глаз, напомнила ей, что она играет с огнем.

— Ты можешь быть каким угодно наглецом, — ласково сказала она, — это меня не шокирует!

— Это можно понимать как приглашение?

— Нет. Нет. Нет!

Она не даст ему шанса испытать ее решимость.

— Жаль, — откликнулся он, следя за тем, как она поднимается по лестнице. — Будь осторожна на своих высоких каблуках, котенок.

Он все еще улыбался, глядя, как она перешагивает через ступеньку.