Отражение зеркал - Влада Крапицкая

Горе и боль от потери были настолько сильными, что я немогла заставить себя даже пошевелиться, и всё, что могла – это плакать,периодически выбиваясь из сил и проваливаясь в сон. В конце концов,семнадцатого января, через день после похорон, Лигуар просто запихал меня вмашину и отвёз в Рязань.

Здесь ничего не напоминало о родителях, но легче от этогоне становилось, потому что казалось, что умерли не только родители, но и частьменя, а человек с наполовину умершим сердцем не может жить. Правда, через двадня поток слёз существенно иссяк, истерики закончились, и теперь я простосмотрела в одну точку, пока слёзы сами собой текли по лицу, без судорожныхвсхлипов и громких рыданий.

Мои подруги всячески старались поддержать меня, но сейчасменя раздражало любое общество, и я попросила их не приезжать, потому чтовыслушивать слова соболезнования не было сил.

Лигуар тоже всячески старался меня поддерживать, но онделал это ненавязчиво, и с его обществом я готова была мириться, потому что онне произносил громких или банальных фраз, а просто был рядом, не давая мневозможности уйти в себя.

На улице уже была ночь, и в квартире стояла тишина. Лигуар лежал с закрытыми глазами на полу, положив руки под голову, а мнесовершенно не хотелось спать, хотя сил  не было. Со дня похорон прошло уже пятьдней, но боль потери чувствовалась всё также остро и, глядя на причудливые тенина потолке, я в очередной раз вернулась к самому главному вопросу, которыйбольше всего меня мучил и не давал покоя: «Действительно ли это несчастныйслучай, или к этому приложил руку Дэн?».

В правоохранительных органах смерть родителейквалифицировали как несчастный случай, но я-то понимала, что Дэн мог как-топроникнуть ночью в дом, снять трубу с газового котла, дождаться  снаружи, когдародители угорят, а потом вернуть трубу на место. А с другой стороны –отопительный котёл давно отслужил своё, и папа недавно даже купил новый котёл,планируя весной установить его вместо старого. В новом котле было предусмотреновсё – и газ-контроль, и отключение при отсутствии тяги, и теперь я мучилась, незная – я ли, со своим гаданием, виновата в преждевременной смерти родителей,или это воля случая.

«Если это сделал Дэн, значит, только я виновата в смертив своих родителей» - на глаза опять навернулись слёзы и, сжавшись в комочек, яуткнулась лицом в подушку. «Мамочка, папочка, простите! Я не желала вамсмерти!» - хотелось закричать, и на меня нахлынула новая волна боли, а сердцезащемило. «Я не знаю, как мне теперь искупить перед вами свою вину. Я была такглупа и так много не успела вам сказать! О том, как я вас любила, и то,  что всегдачувствовала вашу поддержку. Я всегда воспринимала это как должное, и редкоблагодарила вас за то, что вы у меня есть, и что вы именно такие – добрые,любящие и заботливые. Мне казалось, что я еще не раз успею вам все это сказать,а теперь не знаю, слышите ли вы меня?» - слёзы полились сильнее и, укрывшись сголовой одеялом, я, не сдерживая себя, заплакала.

Неожиданно одеяло откинули, и я почувствовала, что надиван ложится Лигуар. Развернув к себе лицом, он обнял меня одной рукой,притянув к себе, а другой начал гладить по волосам, приговаривая:

-Виви, не плачь… Я больше не могу смотреть, как тымучаешься. Хватит уже рвать и себе, и мне сердце. Понимаю, что тебе сейчасочень больно, но ты должна быть сильной.

-Это я виновата в их смерти, - сквозь слёзы пробормотала я.

-Не факт. Может, это несчастный случай.

-Может, но мамы и папы больше нет!

-Да, нет, но ты жива, и твои родители хотели бы, чтобы тыбыла счастлива.

-Счастлива? Счастлива! Я уже никогда не буду счастлива! – сотчаянием произнесла я. – Родители были единственными людьми, которые менялюбили всем сердцем и душой, и больше никто и никогда меня не будет так любить!Мне двадцать пять, и я до сих пор одна, а это значит, что я никому не нужна!

-А может, нужна? – тихо спросил он.

-Да, вообще-то нужна, - вспомнив всех своих парней,согласилась я. – Как ручная зверюшка, которую можно показать своим друзьям ипохвастаться, что она принадлежит тебе, но как только она надоедает, её сразувыбрасывают!

-Перестань так говорить о себе, - прошептал он. – Твои парнибыли трусами и дело совсем не в тебе, а  в них.

-Какая теперь разница, - устало пробормотала я. – Всё равно,в итоге всё ужасно.

-Согласен, сейчас ужасно, но после ночи всегда приходитдень…

-Мой день закончился, и солнце навсегда ушло за горизонт,когда забили последние гвозди в крышках гробов моих родителей. Не будет большесолнца, да и не хочу я его, - вяло ответила я.

Последние силы казалось, покинули меня - хотелосьсвернуться в комочек и забиться в угол, чтобы ничего не чувствовать и ни о чёмне думать, поэтому я отстранилась от Лигуара, и отвернувшись, отодвинуласьподальше от него.

-Значит, ты сломалась после первого же удара судьбы? –холодно произнёс он. – Я не позволю тебе это сделать. Ради тебя я ушёл изсвоего мира и прошёл через зазеркалье, подвергая свою жизнь опасности, а ты воттак сразу сдалась? Ну уж нет! Есть много вещей, ради которых стоит жить ибороться!

И в следующее мгновение он развернул меня и, уложив наспину, навис надо мной.

-Не смей сдаваться! Слышишь! Ты хочешь, чтобы Дэн получилвсё вот так просто?

-Мне плевать на Дэна и на то, что он получит, - апатичноответила я, пытаясь снова отвернуться.

-А мне не плевать! Я хочу, чтобы ты осталась в этом миресамой собой, а не сломленной или озлобленной девушкой, которая просто плывёт потечению. И я выведу тебя из этого состояния.

Произнеся это, он наклонился и стал нежно целовать меня.В первые секунды я оцепенела, не зная, как реагировать, потому что моглаожидать чего угодно, но никак не поцелуев. А потом на ум пришли его слова омоей распущенности, и я со злостью оттолкнула его.

-Не смей ко мне прикасаться! Думаешь, что если я позволилаДену целовать себя на второй день знакомства, а на третий чуть не легла с ним впостель, то и тебе что-то перепадёт? Нет! Даже не надейся! Можешь, сколькоугодно считать меня шлюхой, но я не такая!

-Я никогда не говорил, что ты шлюха, - тихо ответил он,схватив меня за оба запястья и заведя руки вверх, не давая мне оттолкнутьсебя.  – Ты слегка импульсивна, не более. И ты очень страстна. В этом иосновная проблема, потому что всю свою страсть ты направляла не на тех мужчин.У тебя просто дар выбирать тех, кто тебе совершенно не подходит, но я быстровсё исправлю.

-Спасибо огромнейшее, но обойдусь без ваших услуг, - ссарказмом произнесла я и предприняла ещё одну попытку вырваться. Но силы былиявно не равны, да и последние пять дней вымотали меня, поэтому ничего неполучалось. – Отпусти!

-Не отпущу, - ласково сказал он и, удерживая одной рукой моизапястья, второй начал водить телу. – Ты никогда не задумывалась, почему я досих пор рядом с тобой? Ведь я мог рассказать тебе о твоём поступке в будущем иуйти, потому что ты, зная все последствия, точно бы уже никогда не захотелазаниматься криминальным правом. А также я не раз говорил, что нас не волнуютоткрытые проходы и последствия для отдельных людей.  Я мог спокойно тебябросить разбираться с последствиями твоего гадания самостоятельно, но я до сихпор рядом с тобой и хочу тебе помочь. Как думаешь – почему?