По велению сердца - Кэт Мартин

Джейсон стиснул зубы. Казалось, яростный взгляд его голубых глаз способен заморозить бренди в бокале.

– Мой сводный братец всегда любил развлечения. Он считает себя законодателем мод, да и Карлайл-Холл вполне приспособлен для его широкого размаха.

Люсьен встал и поставил пустой бокал на инкрустированный столик, стоявший рядом с креслом.

– Леди Велвет обязательно будет на этом балу, – бросил он с рассчитанной небрежностью. – Если она появится в обществе герцога, это рассеет все слухи о ней. Она, разумеется, захочет покончить со скандалом, связанным с ее похищением.

Джейсон иронично усмехнулся:

– Как будто я вел себя с ней так, что есть о чем говорить.

Люсьен едва заметно улыбнулся. Хотел или нет его друг признать это, но он заботился о своей бывшей пленнице. После любовной истории с Силией Роллинс он не позволял себе увлечься другой женщиной. Но Джейсон достаточно натерпелся за последние восемь лет и заслужил простое человеческое счастье. Испытав всю меру женского предательства, он вправе познать женскую нежность и любовь.

Люсьена нельзя было назвать знатоком в подобных вещах – он был циником, – но он верил, что его друг достоин женской любви.

Джейсон открыл дверь и вошел в гостиницу «Соколиное гнездо». Он чувствовал, что ключ ко всем его проблемам спрятан где-то здесь. Кто-то должен был видеть нечто, помимо того, что заставлял всех увидеть Эвери – что герцог Карлайл был убит старшим сыном во время разговора о его любовнице.

Такой человек должен быть, но как его найти?

Джейсон вошел в помещение с низким потолком. За восемь лет здесь почти ничего не изменилось: все тот же запах дыма и прокисшего эля, пол из неструганых досок, мощные балки потолка, еще более потемневшие от времени.

Видавшие виды деревянные столы сияли свежим лаком, скрывая глубокие царапины и щели, лавки вдоль столов были прежними, как и деревянный пол. Комната наверху, в которой он проводил время с Силией, тоже не изменилась или показалась ему не изменившейся, когда он заглянул в нее через наружное окно. Если не считать отсутствия блистательной Силии, она была почти такой, какой ему запомнилась.

Он сел за свободный стол и заказал кружку пива. Силия по-прежнему жила в Лондоне, ведя довольно широкий образ жизни на те средства, которые ежегодно выделял ей герцог Карлайл. «Как воспримет она новость о разорении герцога?» – подумал Джейсон.

Как она сейчас выглядит? Он вспомнил ее – стройную, гибкую, страстную. Но теперь он сравнивал ее с Велвет Моран.

Эти женщины так отличались друг от друга! Темная обольстительность одной затмевала все доводы разума, другая же пленяла и возбуждала своим горячим существом. Силия была воплощенной порочностью. В Велвет страсть боролась с невинностью, от этого зов плоти звучал еще сильнее. В ней он отчетливо различал мягкость и добродетель, которых не было в большинстве женщин, как не было их и в леди Брукхерст. Но в то время Джейсон был ослеплен страстью и не мог понять эту женщину.

Джейсон представил лицо Силии, и пальцы его судорожно сжали ручку пивной кружки. Силия знает правду и может стать его спасением, но он не осмеливался обратиться к ней. Он мог бы предложить ей деньги, хотя в данный момент она не нуждалась в средствах. Но даже крупная сумма денег не может гарантировать ее помощи. Свидетельство, что Эвери Синклер виноват в смерти собственного отца, может бросить тень и на нее как на пособницу убийцы.

А потеря репутации – не та вещь, на которую леди Брукхерст пойдет добровольно, вне зависимости от размера платы. Надо тщательно рассчитать момент, чтобы она прислушалась к его угрозе раскрыть ее истинное лицо. Ему надо найти способ заставить ее сказать правду, а для этого необходимо найти свидетеля.

Джейсон обвел взглядом полутемное помещение, всматриваясь в лица служанок и завсегдатаев этого заведения. Допив пиво, он направился к проходу, ведущему в кухню, и сердце его забилось чаще при виде знакомого лица кухарки.

– Что вам угодно, дорогой? – улыбнулась ему невысокая крепкая женщина.

Размахивая в воздухе тяжелой стальной лопаткой, она подошла к Джейсону. И тогда, восемь лет назад, она с симпатией относилась к нему. Может быть, поэтому он и вспомнил ее.

– У вас здесь так вкусно пахнет. Я хочу немного перекусить.

Она оглядела его: плотно обтягивающие фигуру кожаные бриджи и темно-голубой сюртук для верховой езды, роскошные кружева вплоть до кончиков загорелых пальцев, собранные на затылке волосы не напудрены. По одежде было ясно, что он принадлежал по крайней мере к джентри.[2]

– Да это жарится на угольях угорь, и уже поспела запеченная баранья нога. Я могу подать вам их через минуту.

Джейсон улыбнулся. Он не был голоден, но готов был съесть все это, чтобы продолжить разговор.

– Благодарю, хозяюшка. Не будете против, если я присяду здесь?

Она нахмурилась. Необычная просьба от человека, одетого подобным образом. Но тут же губы ее расплылись в улыбке.

– Если вы ждете мою Бетси, то она придет попозже. Она ушла в деревню. Со вчерашнего дня ее не было дома. Я могу сказать, что вы приходили, если вы скажете мне свое имя. А то моя Бетси будет огорчена, что разошлась с таким приятным джентльменом.

– Меня зовут Хокинс, – ответил он, не задумавшись. – Джейсон Хокинс.

Она кивнула и стала накладывать ему еду на тарелку. На кухне было жарко и дымно. В большом закопченном котле что-то кипело, и на мгновение кухарка скрылась за стеной пара. Спустя минуту она появилась вновь, неся в руке оловянную тарелку с горой мяса и краюхой хлеба, и поставила ее перед ним на стол. Затем снова исчезла и снова появилась через несколько минут, на этот раз с оловянной кружкой эля, которую тоже поставила на стол.

– Я был в отъезде, – произнес Джейсон, – и довольно долго не был в этих местах. Но теперь вспомнил, что вы уже давно работаете здесь.

Она внимательно вглядывалась в него, пытаясь вспомнить.

– Ваше лицо мне тоже немного знакомо, хотя я не могу вас вспомнить.

Как бы он хотел, чтобы она вспомнила его! Тогда, возможно, она вспомнит и обстоятельства давнего преступления.

– Я хорошо запомнил один вечер, когда я был тут. Довольно грустные обстоятельства: был убит старый герцог Карлайл.

Кухарка округлила и без того круглые глаза:

– Точно, было такое. Бедняга герцог. Погибнуть таким образом… от руки родного сына.

– Вы видели это?

Она покачала головой:

– Да нет, я была здесь, на кухне, когда это случилось, но мы все были в ужасе.

– Я слышал, убийцу взяли. Хотя потом до меня дошли слухи, что это сделал не старший сын, а младший.