Книжный магазинчик счастья - Дженни Колган

– А где вы живете, Марек? – спросила Нина.

– О, там же, где и вы, – ответил он. – В Бирмингеме, так, да.

То, как он произнес «так, да», прозвучало настолько по-английски, что Нина поймала себя на улыбке.

– Могла бы и сама сообразить, – сказала она, радостно удивляясь тому, что они оба стремятся в один и тот же город.

– Но мне там не нравится, – продолжил Марек. – Для меня слишком дорого, слишком суетливо, торопливо. Мне нравятся места тихие и свободные, где можно подумать и подышать настоящим воздухом, как у меня дома. Мне нравится Шотландия. Шотландия напоминает мне о доме. Она прекрасна, и там не слишком жарко.

– Так почему бы вам не перебраться туда?

– Я ведь тоже там никого не знаю, – улыбнулся Марек.

В Бирмингеме Марек помог Нине спуститься из кабины и показал, в какой стороне выход. Было пять утра, но довольно светло и невероятно, невыносимо холодно.

Нина посмотрела на Марека:

– Большое вам спасибо.

– Это Джиму спасибо, – просто ответил Марек. – Это он сумел не наехать на вас и не размазать по рельсам. А вам следует быть поосторожнее. Если опять застрянете на железной дороге, ничего хорошего не получится.

– Я буду осторожна, обещаю, – улыбнулась Нина.

Они посмотрели друг на друга.

– Что ж, ладно, – вздохнула Нина.

Утром щетина на подбородке Марека выглядела гуще и длиннее, почти как борода, и он осторожно провел по ней ладонью, словно прочитав мысли Нины. Его темные глаза поблескивали на лице с высокими скулами.

– Удачи, книжная девушка, – сказал он.

Нине отчаянно хотелось принять горячий душ и как следует выспаться. На поезд упал солнечный луч. Нина только теперь заметила, что у поезда есть название – «Леди Аргайлшира». Она повернулась и пошла к переходу через рельсы, они заканчивались как-то вдруг, и лишь деревянный барьер говорил о том, что дальше хода нет.

– Погодите, книжная девушка! – раздался вдруг голос за ее спиной.

Это был Марек, он размахивал обрывком газеты. Нина нахмурилась. Марек казался покрасневшим, он походил на большого неуклюжего медведя. Нина смущенно опустила взгляд.

– Ну, – сказал Марек, – если вы захотите… Я, наверное, мог бы отвезти вас туда, к фургону. Как-нибудь вечерком. У нас не всегда двое на поезде. Часто только один. И я знаю, где стоит фургон.

Глаза Нины расширились.

– А вам такое разрешается?

– Абсолютно и категорически нет, – ответил он.

– Ох… – замялась Нина. – Ну… спасибо, конечно, за предложение, но я, наверное… Я не хочу навлекать на вас неприятности.

– Не беспокойтесь, – заверил ее Марек, краснея еще сильнее.

Он протянул ей кусок газеты. На нем был неразборчиво нацарапан электронный адрес.

– Вот, вы понимаете…

Нина улыбнулась и взяла газету:

– Спасибо.

Раздался громкий сигнал одного из поездов, и Нина быстро обогнула край рельсов – самый конец линии – и, пройдя вдоль ограды депо, вышла на какую-то неописуемую улочку в той части Бирмингема, где ей никогда прежде не приходилось бывать. К радости Нины, прямо за углом нашлось маленькое кафе для рабочих, с запотевшими от пара окнами, и Нина истратила последние пять фунтов на сэндвич с беконом и чашку горячего чая. В окно ей было видно, как «Леди Аргайлшира», теперь уже не так тяжело нагруженная, пятилась задом, выходя из депо, чтобы отправиться дальше, в Лондон.