Королевский выбор - Сьюзен Стивенс

Они вошли в огромный амбар, полный деревенских парней и девушек.

Алессандро задвинул тяжелые двери, отгородив прямые солнечные лучи, и амбар словно наполнился жидким медом просачивающегося сквозь щели солнечного света. Вокруг были смеющиеся молодые лица, а запах юных чистых тел мешался с острым ароматом винограда.

При их появлении поднялся гомон приветствий, который упал до шепота и стих, когда Алессандро поднял руки.

Эмили видела, что ее мужа приветствовали так тепло и дружно не из-за его положения, нет, его здесь любили, и он был просто еще одним парнем из деревни, который привел показать свою невесту. Его громкий приветственный возглас потонул в ответных криках, и Алессандро, повернувшись к Эмили, подтолкнул ее вперед.

В повисшей тишине все ждали, что произойдет дальше.

Эмили почувствовала, как к щекам приливает румянец, и чуть не отпрянула, но прикосновение руки Алессандро удержало ее, и, шагнув вперед, она с улыбкой сделала реверанс.

— Спасибо, — прошептал Алессандро совсем близко от ее уха.

Эмили обернулась и ответила ему улыбкой. Она ощутила теплую волну счастья от сознания, что порадовала его.

После этого Алессандро стянул с себя рубашку, и Эмили увидела, что она не единственная женщина, которая смотрит на него с нескрываемым интересом и восхищением, а некоторые деревенские девушки даже подошли ближе.

Эмили инстинктивно выступила вперед и, прежде чем успела понять, что делает, оказалась между Алессандро и его поклонницами.

Алессандро в этот момент снимал туфли и, заметив ее движение, улыбнулся ей так, что у нее по всему телу пошла дрожь.

Это был вызов? — гадала Эмили, поняв, что остальные женщины отошли. Не отводя глаз от Алессандро, она стряхнула сандалии.

Так же пристально глядя на нее, Алессандро наклонился и закатал джинсы.

Эмили тряхнула головой, взялась за край юбки и заткнула его за пояс. Ей до сих пор не выпадало возможности гордиться своими ногами, на этот раз наградой ей был долгий, откровенно оценивающий взгляд Алессандро.

Он остался в одних джинсах. Его мускулистый торс сиял в золотистом свете, как бронзовая статуя.

Ощущение счастья охватило Эмили. И дело было даже не в мощи и красоте этого тела, не в высоком росте Алессандро. Дело было в его взгляде — темном, почти мрачном, который недвусмысленно заявлял, что эта женщина — его.

У Эмили перехватило дыхание. Она непроизвольно облизнула губы, и одна из девушек пришла ей на помощь. Оставив своего парня, девушка пересекла границы невидимого круга вокруг принца и его жены, взяла Эмили за руку и повела по усыпанному опилками полу к огромному чану, стоявшему в глубине амбара. Пройдя наверх по ступенькам, девушки достигли широкой площадки из мореного дуба.

— Иди, — мягко сказала девушка с легким акцентом. — Ты должна быть первой, принцесса.

Шум одобрения прокатился в толпе и сразу умолк, когда Алессандро двинулся вслед за женой.

— Я подниму тебя, — прошептал он в тот момент, когда Эмили решила просто перелезть через край.

Она успела позабыть ощущение рук Алессандро у себя на теле — последний раз, это случилось во время их первого танца, — и теперь, благодаря ее одежде и чувственной атмосфере, наполнявшей амбар, касание его ладоней словно пронзило Эмили электрическим током.

Она закрыла глаза и приказала себе не принимать происходящего всерьез. Но Алессандро, похоже, получал удовольствие оттого, что опускал ее в чан бесконечно долго, так что Эмили успела пережить целую жизнь, прежде чем ее ноги погрузились в спелые ягоды.

Потом Алессандро перепрыгнул через борт под громкие одобрительные крики, которые слегка притушили чувственный пожар, занимавшийся вокруг. Их присутствие в чане послужило знаком остальным, и началась безумная суета, а потом давка, потому что места для всех хватало только-только, и было непонятно, где заканчивается одно юное тело и начинается другое.

Во всеобщей суматохе Эмили оказалась притиснутой к Алессандро, пока ее ноги пытались найти опору в массе раздавленных ягод и скользкой кожицы. Ей пришлось попросту уцепиться за Алессандро, чтобы не упасть. Когда она убедилась, что он крепко ее держит, Эмили расслабилась, почувствовав ритмичное биение его сердца у своей груди.

Воздух, полный аромата винограда, сока, возбуждения, опьянял, зачаровывал… Парочки забыли о стеснительности, и Эмили словно оказалась в защитном коконе, где могла отдаться самым безумным фантазиям, стать решительной, вызывающей… соблазнительницей, какой никогда не была…

Потом шум стих, и в тишине раздался причмокивающий, размеренный звук. Эмили присоединилась к остальным, работая ногами в том же безостановочном ритме.

Время, как будто застыло. Эмили уже не понимала, где заканчивается она и начинается Алессандро. Наверняка она знала только одно — ей хорошо с ним, и она хотела бы смотреть ему в глаза всю жизнь.

Скоро ее одежда пропиталась липким сладким соком, а потом Эмили увидела, что их утомленные компаньоны выбираются из чана. Еще она заметила, что за каждым словно тянется чувственный шлейф, и та же нега и страсть были во взглядах, в пожатии рук, в телах, полных предвкушения…

Совершенно неожиданно они с Алессандро остались одни.

Он прислонился к стенке чана, положив руки на бортики, и спокойно изучал Эмили. Ей казалось, что сам воздух пропитался чувственными флюидами.

Алессандро двинулся к ней, подхватил ее на руки и перенес через край чана. Перепрыгнул сам, переплел свои пальцы с ее и быстро повел вниз по ступенькам к двери, которой Эмили раньше не заметила.

Они пересекли вымощенный булыжником маленький дворик, затененный виноградными лозами, вошли в какой-то дом, и Алессандро заложил дверь тяжелым засовом.

Они были одни. Отдельно от всего мира. Через солому, покрывавшую крышу, просачивались солнечные лучи, воздух словно звенел вокруг, и когда Алессандро подхватил Эмили на руки и понес куда-то наверх по деревянным ступенькам, она как в тумане поняла, что он несет ее на сеновал.