Невинна и беременна - Валерия Алексеева

Дни пролетели незаметно. Кира старалась занять себя делами, чтобы не ждать, бесконечно поглядывая на часы, возвращения Славы. Так что к вечеру воскресенья идеальный порядок в квартире стал прямо-таки сверхъестественно безупречным, холодильник был забит разнообразными блюдами, даже кошка была выкупана и вычесана! Не говоря уже о самой хозяйке — Кира, наконец, нашла время испробовать на себе все десятки масок и кремов, использование которых требовало времени — а потому постоянно откладывалось. Кира блистала нежной ухоженной кожей, идеальными бровями и свежим маникюром, а макияж и укладка подошли бы даже для бала у королевы.

Нарядившись в элегантное, но удобное домашнее платье, Кира расставила на столе приборы и ждала, коротая вечер за чтением, чутко прислушиваясь к доносящимся из-за входной двери звукам. Но звонок все равно стал для нее неожиданностью, заставив дернуться и уронить телефон.

«Совсем нервы истрепала за эту неделю», — подумала Кира, спеша открыть.

Она так ждала Славу, что даже не подумала глянуть в глазок, и уже открывая дверь вдруг испугалась — мало ли, кого в этот раз судьба могла привести к ней в гости, но, на ее счастье, это был тот, кого она ждала.

Слава был суров и нахмурен. Под глазами залегли тени, щеки и подбородок покрывала щетина, он выглядел усталым и вымотанным. Но для Киры сейчас он был самым лучшим мужчиной в мире. Впустив мужчину в квартиру, Кира осторожно обняла его, не зная, какой реакции ждать в ответ, и получила ответное объятие — легкое, совершенно лишенное страсти, завершившиеся привычным уже поцелуем в висок.

—  Слав… Я очень тебя ждала, — Кира вдруг почувствовала себя неловко, не понимая, что дальше делать и говорить. Но Слава все взял в свои руки.

Устроив небольшой чемодан в углу коридора, он повесил куртку на вешалку, туда же пристроил пиджак — и Кира снова вздрогнула. Поверх белой рубашки плечи мужчины обвивал ремень с кобурой, в которой мрачным черным металлом блеснул пистолет.

Слава перехватил ее взгляд и устало качнул головой:

— Прости, я с самолета сразу поехал к Хозяину, а от него — сразу к тебе. Даже домой не заехал.

— Н-Ничего… — Кира старалась взять себя в руки, но наличие опасного оружия в такой близости от нее заставляло ее нервничать. — Я просто никогда в жизни пистолет не видела…

— Он не заряжен. Но я должен быть вооружен. Люди, с которыми я имею дело, могут оказаться очень опасны.

— Так вот, значит, чем ты зарабатываешь? Ловишь злодеев?

— Еще расследую странные случаи, вроде твоего. И выслеживаю беглецов.

— Ты прямо агент ФБР — костюм, рубашка, пистолет…

— ..галстук в чемодане, устал от него. Для лучшего контакта со свидетелями приходится выглядеть так, — Слава чуть улыбнулся и показал рукой на одежду, — люди быстрее идут на разговор, чаще говорят правду. У меня же есть удостоверение частного детектива — но никто к нему не присматриваются, видят — корочки, костюм — значит, какое-то важное ведомство, посерьезнее полиции. И работать проще. Но хватит о работе. Можно мне в душ, Кир? И покушать,  — Слава снова улыбнулся, так привычно, обезоруживающе и очень по-родному, что у Киры заныло в груди, а на глаза навернулись слезы.

«Вернулся, спокойный и живой. Значит, все хорошо.»

Кира выдала мужчине полотенце и отправилась доставать из холодильника запасы, подогревать, раскладывать по тарелкам. Сама она от нервов тоже почти ничего не ела весь день, и сейчас почувствовала, как слабость от голода и облегчения накатила на нее тяжелой волной, звеня в ушах и заставляя устало опуститься на стул.

Еще пара минут, и она все узнает. Узнает, за что Виктор так с ней поступил. И как ей жить дальше.

В эту минуту внезапно ожил телефон, зажужжал, заставляя вибрировать весь стол мелкой дрожью. Кира с удивлением увидела на экране надпись «Номер скрыт», но все же решила ответить. Из телефона прямо ей в ухо рвалось чье-то частое дыхание, будто человек долго бежал и очень запыхался, а затем вдруг раздался сдавленный голос:

— Тварь… Ты еще пожалеешь…

Телефон уже давно молчал, а Кира все сидела, глядя невидящим взглядом на украшенный дурацкими помидорными розочками салат и не чувствовала, как по щекам бегут слезинки, оставляя за собой серые полоски из туши…

Слава вышел из душа в одном полотенце, обернутом вокруг бедер. Постоял в дверях и нерешительно произнес:

— Кир, я у тебя переночую? — Кира повернулась на голос, и Слава бросился к ней, увидев разводы туши на ее щеках и покрасневшие от слез глаза. — Кир, что такое, зай? Что случилось?

— Он звонил мне, — Кира обхватила мужчину за талию, прижимаясь лицом к влажной коже живота и давая, наконец, волю чувствам. — Это был Виктор! Он звонил мне!

Слава обхватил руками ее лицо и заставил посмотреть на него:

— Все хорошо, зай. Все под контролем. Умойся, а я пока оденусь. Он не доберется до тебя, я обещаю.

Когда спустя пять минут Кира вернулась в кухню — с покрасневшими глазами и кончиком носа и безо всякого макияжа — Слава уже сидел там, в легких шортах и домашней майке. Он говорил по телефону, и по его лицу Кира поняла — дело серьезное, так что просто тихо села на свой стул, рассматривая сидящего рядом мужчину, словно увидела его в первый раз.

«Разве у него может быть такое лицо? Жесткое, даже жестокое. Эти глаза. Они могли бы принадлежать убийце. Не маньяку, а наемнику, киллеру. Холодные, колючие… А голос. Резкие слова, рубленые фразы. Говорит строго по существу. Слушает ответ, так же сурово отвечает. Он такой сильный… И физически, но больше — внутри. Словно железный стержень спрятан. Как я могла этого не замечать? Мышцы не дутые, как у Макса, от постоянных занятий в качалке, нет. Он по-настоящему сильный. Наверняка из драки выйдет победителем. С любым соперником. Хоть с голыми руками, хоть с оружием…»