Снег в апреле - Розамунда Пилчер

Тут она внезапно ощутила, насколько огромен этот дом. Коридор привел ее к большой лестничной площадке, устланной коврами. Там стоял высокий комод грецкого ореха, стол и стулья. На столе лежала груда чистых рубашек, аккуратно кем-то выглаженных. Внизу, куда вели ступеньки, она услышала отдаленные голоса. Каролин пошла на их звук и оказалась у двери кухни. Она толкнула дверь, которая легко распахнулась, и два человека внутри прервали разговор, чтобы увидеть, кто вошел.

Оливер Карнеи, в толстом свитере цвета сливок, сидел за столом кухни с кружкой чая в руке. Средних лет седая женщина, рукава закатаны выше локтей, передник в цветочек завязан сзади на бантик, стоя у раковины, чистила картофель. В кухне было тепло и пахло сдобой.

Каролин почувствовала себя непрошеной гостьей и смущенно пробормотала:

— Извините...

Оливер, на мгновение застывший от неожиданности, поставил свою кружку и поднялся:

— Нечего извиняться. Я думал, что вы будете спать до самого ленча.

— Джоди все еще спит.

— Это госпожа Купер. Госпожа Купер, это Каролин Клибурн. Я только что рассказал госпоже Купер, что произошло ночью.

Госпожа Купер подала голос:

— Это была ужасная ночь. Что уж там говорить! Все телефонные линии оборваны.

Каролин посмотрела Оливера:

— Вы имеете в виду, что мы все еще не можем ехать?

— Нет, и не сможете в течение некоторого времени. Садитесь и выпейте чашечку чая. Позавтракайте. Чего бы вам хотелось? Бекон и яйцо?

Но она ничего не хотела.

— Немного чаю будет достаточно. — Он пододвинул для нее стул, и она села за стол. — Что, дороги засыпаны снегом?

— Частично. Дорога в Страткори блокирована, но мы можем проехать через Релкирк.

У Каролин сжалось сердце.

— А... автомобиль? — Она была слишком испугана, чтобы договорить до конца.

— Купер поехал на тракторе, чтобы выяснить обстановку.

— На красном тракторе?

— Да.

— Я видела его, как он выезжал на дорогу.

— В таком случае он скоро будет здесь и расскажет нам, как там дела. — Оливер нашел чашку и блюдце и теперь наливал Каролин заварку из коричневого чайника, который снял с электрической плиты. Чай был очень крепкий и горячий, и девушка с удовольствием выпила его. Потом пожаловалась:

— Я не могу найти мою одежду.

— Это я, — отозвалась госпожа Купер. — Я взяла одежду, чтобы просушить. Она, должно быть, уже высохла. Но бог мой, — она покачала головой, — как же вы промокли!

— Это да, — согласился с ней Оливер. — Они промокли, как утопленники.

К тому времени как Каролин оделась и сошла вниз снова, появился господин Купер с новостями об их автомобиле. Он был сельским жителем и говорил с таким сильным акцентом, что Каролин с трудом его понимала.

— О да, мы нашли его в канаве, но двигатель не работает.

— Почему?

— Замерз, видимо.

Оливер посмотрел на Каролин:

— Разве вы не залили антифриз?

Каролин выглядела озадаченной.

— Антифриз, — повторил он. — Это слово что-нибудь вам говорит?

Она покачала головой, и он обратился к Куперу:

— Вы совершенно правы. Двигатель замерз.

— Я должна была залить антифриз?

— Следовало бы.

— Я не знала. Видите ли, это не мой автомобиль.

— Может быть, вы украли его?

Госпожа Купер неодобрительно чмокнула губами. Каролин не была уверена, кому предназначено неодобрение, Оливеру за его вопрос или ей.

Она сказала с достоинством:

— Нет, конечно нет. Нам его одолжили.

— Понимаю. Не важно, дали или украли, предлагаю пойти и посмотреть, что можно с ним сделать.

— Хорошо, — кивнул Купер, надевая свою старую шляпу большими красными руками и направляясь к двери. — Если вы поедете на «лендровере», я принесу буксирный трос и позову молодого Георга в помощь — попытаемся вытащить машину с помощью трактора.

Когда он ушел, Оливер повернулся к Каролин:

— Присоединитесь?

— Да.

— Вам надо надеть боты.

— У меня их нет.

— У нас есть какие-то, по-моему...

Она последовала за ним в старую прачечную, теперь используемую для хранения плащей, резиновой обуви, корзин для щенков, ржавых велосипедов и новой стиральной машины. Поискав, Оливер нашел пару резиновых бот, которые более или менее подходили девушке по размеру, и черный дождевик. Каролин оделась соответствующим образом и выправила волосы поверх плаща. Затем последовала за ним на улицу, где все сверкало под лучами щедрого утреннего солнца.

— Зимний снег, весеннее солнце, — с удовлетворением отметил Оливер, когда они шагали по сугробам к закрытым дверям гаража.

— Будет еще снегопад? — полюбопытствовала Каролин.

— Вероятно, нет. Но этот снег будет долго таять. Вчера вечером выпало девять дюймов.

— В Лондоне уже весна.

— То же самое говорил ваш брат. — Оливер открыл задвижку и распахнул широкие двойные двери гаража. Внутри было два автомобиля: спортивный темно-зеленый и «лендровер». — Мы возьмем «лендровер», он не застрянет.

Каролин села в машину. Они выехали из гаража, обогнули дом и вырулили на дорогу. Ехали осторожно по темным следам, которые оставил трактор Купера. Утро было тихим. Звуки приглушались снегом, и все же жизнь кипела... Дорожки следов каких-то зверьков и птиц кружили под деревьями, много выше переплетенных в виде арки ветвей буков проглядывало синее небо.

Они выехали через ворота и оказались на дороге, ослепленные ярким светом. Оливер остановил «лендровер» на обочине, и они вышли. Каролин увидела горбатый мост, который был причиной их аварии, и печально зарывшийся в заснеженную канаву автомобиль Калеба, вокруг снег был утоптан следами господина Купера. Автомобиль выглядел так, как будто он застрял здесь навсегда и вряд ли когда-нибудь сдвинется с места. Каролин почувствовала себя ужасно виноватой.

Оливер открыл дверь и осторожно влез на водительское сиденье. Он повернул ключ зажигания, который небрежно второпях оставила Каролин, послышался агонизирующий звук двигателя, и сильно запахло гарью. Не говоря ни слова, он выбрался из автомобиля и захлопнул дверь.

— Безнадежно, — услышала она его бормотание и почувствовала себя не только виновато, но и глупо.

Желая как-то оправдаться, она сказала:

— Я не знала об антифризе. Я говорила вам, что это не мой автомобиль.

Не отвечая на ее несвоевременную реплику, он обошел вокруг автомобиля, сбивая снег с шин, а затем присел, чтобы посмотреть, задевает ли задняя ось край канавы.