Принцесса под дождем - Сьюзен Мейер

— Конечно, но мне бы хотелось оставить девочку пока у себя, — сказала Пенни, забирая ребенка у Маделин.

— Конечно, оставь, — ответила Маделин, надевая жакет, потом поцеловала Сабрину в щеку. — Мамочка придет к тебе в пять тридцать.

Сабрина неопределенно гулькнула в ответ. Люси проводила Маделин завистливым взглядом.

— Счастливая, — прокомментировала Пенни, словно читая ее мысли.

— Да, — улыбнулась Люси.

— Ты тоже можешь стать счастливой, — сказала Пенни, беря молодую женщину за руку. — Вы с Сетом какие-то странные. Неужели нельзя найти компромисс?

— Да какой тут может быть компромисс, — пожала плечами Люси. — Я — мать будущего короля. Не знаю, думал ли Сет о компромиссе, ведь мы разговаривали всего раз, вчера ночью.

— Почему? Почему ты не могла поговорить с ним раньше?

— Я не хотела обижать его, — тихонько вздохнула Люси. — Но вчера мы все выяснили. Я вынуждена была сказать ему, что он сможет видеться с Оуэном только на Ксавье…

— Да что ты! — ахнула Пенни.

— Я пока еще не знаю подробностей, но уверена, папа захочет, чтобы Оуэн жил на Ксавье. Я все это объяснила вчера Сету, но когда мы встретились сегодня утром, мне показалось, что он так ничего и не услышал. Хотя он всегда такой, насколько я знаю. Когда он сильно обижен, притворяется, будто ничего не произошло. — Она печально улыбнулась. — Сет хороший парень. Отличный. Он достоин лучшего.

— Ты можешь все исправить.

— Не могу.

— Не верю, — заявила Пенни, устраивая Сабрину поудобнее.

Люси вертела в руке кофейную ложечку.

— Это правда. Думаю, что и Сет это понимает. Он делает вид, что все в порядке, но знает, что ничего уже не исправить.

— Как это — не исправить! — возмутилась Пенни. — У вас ведь есть сын!

— Вот именно. Если бы дело касалось лишь нас двоих, я настаивала бы, чтобы он вернулся ко мне. Но я не свободна, как вы или Маделин. Я не имела права выходить замуж, так как была уже помолвлена.

— Но теперь-то ты не помолвлена, верно?

— Да, из-за беременности помолвка была разорвана.

Взглянув на Оуэна, Пенни склонила голову набок и, помолчав, сказала:

— Знаешь, Люси, у меня, конечно, нет юридического образования, но не кажется ли тебе кое-что странным?

— Что?

— Судя по дате рождения Оуэна, понятно, что ты забеременела до того, как вы поженились. Но ты говорила, что из-за беременности закончилась твоя помолвка. Значит, беременность аннулировала твою помолвку прежде, чем ты вышла замуж!

— Не знаю, кажется, да… — смутилась Люси. Пенни поднялась с места и взяла на руки забеспокоившуюся Сабрину.

— На твоем месте я бы проконсультировалась у адвоката, у такого, кто знает законы вашей страны. Мне все-таки кажется, что ваш брак вряд ли аннулирован.

Когда вечером явился с работы Сет, Люси встретила его у порога. В своих облегающих джинсах и простом красном топике, с распущенными черными волосами она выглядела сказочно. Он ожидал, что после вчерашнего она встретит его поцелуем. Но Люси, коротко вздохнув, лишь спросила:

— Проголодался?

Как бы он поступил, если бы она его поцеловала? — подумал Сет. Тогда в машине он едва сдержался. Иначе невозможно было бы предсказать последствия. Он должен держать себя в руках, чтобы не повторить старой ошибки. Покосившись на нее, он сказал:

— Я не умру, если передо мной сейчас же не появится еда. Но признаюсь, я действительно проголодался.

— Все уже готово, стоит в духовке. А пока мне хотелось бы поговорить с тобой пару минут.

Она хочет поговорить! Замечательно! Теперь главное не поддаваться. Он может воспользоваться возможностью и настоять на своем.

Сняв пальто, Сет повесил его в шкаф и спросил:

— Где Оуэн?

— Он спит, и включен детский монитор.

— Ну хорошо. Тогда идем в мою комнату.

В комнате он пригласил Люси присесть на диван, обитый коричневой кожей. От его взгляда не ускользнуло, что она устроилась посередине так, что ему нужно было сесть либо рядом с ней, либо в кресло напротив. Трудно было не залюбоваться ее красивым красным топом, пухлыми губами и роскошными густыми волосами. Нет, не такой он болван, чтобы поддаться очарованию. Приказав себе успокоиться, он спросил:

— Ну, и о чем ты хотела поговорить со мной?

— Почти сразу же, после того, как я в январе уехала из Майами, у меня начались утренние приступы тошноты.

— To есть ты почти сразу же узнала, что беременна?

— Нет, сначала я подумала, что это простуда. Позвонила тебе, чтобы ты пожалел меня, но моя секретарша сообщила, что ты не берешь трубку.

— И мы теперь знаем, почему она солгала, — кивнул Сет.

— Да, отец велел ей делать все, чтобы мы с тобой не общались.

— Он не хотел, чтобы мы жили вместе.

— Не только. Он хотел, чтобы ты не углублялся в подробности, иначе мог бы и правду узнать.

— Что ты имеешь в виду? — покосился на нее Сет.

— А то, что беременность предшествует моменту заключения брака.

— Ну, это теперь никого особенно не интересует, — вздохнул Сет.

— Но моего-то отца это заинтересовало, ведь если беременность наступила раньше заключения брака, значит, и разрыв помолвки произошел еще до заключения нашего брака. Следовательно, никаких помех для нашего брака не было.

Люси вздохнула, и Сет насторожился, почувствовав, что дальше его ждет сюрприз.

— Знаешь, я сегодня звонила юристу, объяснила ему всю ситуацию. Он сказал, что по законам Ксавье моя помолвка считается разорванной с момента, когда я забеременела. Следовательно, брак не мог быть аннулирован по этой причине. Выходит, что мы по-прежнему состоим в браке.

У Сета невольно приоткрылся рот от изумления. Он так и застыл, не в состоянии вымолвить ни слова. Так они — все еще муж и жена!!! Получается, что он пытался держаться подальше не от женщины, которую желал, а от собственной жены.

Поставив локти на колени, он опустил на них голову. Выходит, ничто их не разделяло. Значит, он может все снова получить!

Только ему придется стать членом ее семьи. Это и будет его платой за счастье.

Нет! Тут скажет свое слово монархия.

Он вскочил с места и начал мерить комнату шагами.

— Так что нам теперь делать? — спросил он.

Люси немного помолчала, наблюдая за ним, потом сказала:

— Думаю, что нам не надо торопиться с принятием решений.

Сет резко повернулся к ней.

— Прекрасная идея!