Отражаясь в тебе - Алла Дроздова

— Дмитрий! А что, если мы не там ищем… — задумчиво произнес Георгий, обращаясь к руководителю службы безопасности. — Как мне кажется, начинать нужно с нашего лечебного подразделения.

На какое — то время в перголе воцарилась тишина.

— Ты думаешь, что тот, кто положил глаз на нашу компанию начал захват именно с… — медленно проговорил Архипов.

— … медцентра, — продолжил Гоша. — А чтобы сбить нас с толку, параллельно организовал недопоставку материалов по основным направлениям бизнеса.

Мужчины снова замолчали.

— Егор Александрович! Георгий Матвеевич! Это мое упущение. Я не рассматривал все произошедшие события, как звенья одной цепи, — забасил Погожин.

— А кто должен был рассматривать?! — вдруг ехидно спросил Милославский. — Вы еще те работнички! — повысил он голос. — Дармоеды! Только штаны в офисах протирать горазды…

— Подожди, Георгий! — прервал его гневную тираду отец Вари. — Я надеюсь, что всё не так страшно, как мы себе это сейчас нарисовали.

— И не надейся! — вновь завелся Гоша.

— Есть мнение, что это кто- то близкий к семье, — вдруг быстро — быстро заговорил безопасник. — Причем, очень близкий!

— И когда у вашей конторы это мнение вдруг появилось? — зло уточнил Гоша. — И кто такой умный решил, что во всем виноват свой человек?

— Это лично мое мнение! — с вызовом ответил Погожин.

— Подождите, мужики, — остановил пустую перепалку Егор. — Давайте по существу. Думаю, нам нужно еще раз проанализовать все имеющиеся у нас версии, в том числе только что высказанную. Может, имеет смысл провести мозговой штурм? Начнем с того, что я буду говорить, а вы меня поправляйте, если что — то покажется странным или же, по вашему мнению, не всё так, как я предполагаю.

— Хорошо, — одновременно отозвались Гоша и безопасник.

— Итак… некто решил прибрать к рукам успешную с превосходной репутацией компанию, то есть нашу. Так?

— Допустим, — сказал Георгий, а безопасник молча кивнул.

— Репутацию компании портить нельзя. Она кому — то с добрым именем нужна. Но немного расшатать всё — таки можно.

Егор посмотрел на внимательно слушающих его рассуждения мужчин и, не увидев на их лицах возражений, продолжил:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Начать решили с медицинского центра как с самостоятельной бизнес — единицы, мало зависящей от основного бизнеса. Подсунули практически мертвого клиента, а чтобы нас отвлечь, устроили проблемы с поставщиками, — рассуждал Егор.

— Подожди, Егор! Ведь никто не знал наверняка, что этого человека повезут к Насте.

— Есть мнение, — вступил в разговор Погожин, — что всё было просчитано заранее. Во — первых, ДТП произошло на трассе, по которой до больницы лишь полтора километра. Это значит…

— Это значит, работали наверняка. Куда везти, прикрываясь спасением человека — сомнений нет, в ближайшую клинику, а это и есть наш центр, — покачал головой Егор. — Отказали бы в приеме пострадавшего — убийцы! А не отказали бы — тоже убийцы, так как товарищ оказался не жилец на этом свете! Во — вторых, в медцентре отказать в приеме пострадавшего не могли в принципе. Все знают, что Настя, если кому — то нужна помощь, никогда в ней не откажет.

— Согласен, — кивнул Милославский. — А что с погибшим? Что говорят следователи? Узнавали? — спросил он у Погожина.

— Погибшему сорок четыре года. Занимался биржевым трейдингом. Женат третий раз. Трое детей: двое от второго брака, мальчики четырнадцати и десяти лет, и последнему ребенку, девочке, полтора года. Родилась уже в третьем браке, — чуть ли не по — военному доложил Дмитрий Леонидович.

— Ходок! — хмыкнул Гоша.

— ДТП чистое. Раннее утро. Туман. Не справился с управлением. Свидетелей нет. Дело закрыли, — отрапортовал безопасник.

— Проблемы у погибшего были? — спросил Егор.

— Коллеги погибшего говорят, что такое возможно, хотя наверняка никто не знает… Натурой он был увлекающейся. Мог чужие деньги неудачно крутануть…

— Ребята! — вдруг протянул Егор. — А не через этого ли товарища наши акции кем — то скупались?

Наступила тишина.

Раздался перестук каблучков, и в перголу вошла Настя.

— Здравствуйте, мальчики. Здравствуйте, Дмитрий Леонидович! — с явной усталостью в голосе поприветствовала она всех присутствующих.

Мужчины ответили.

И тут Гоша спросил:

— Настя! А нам иск уже предъявили?

— Да. Тридцать минут назад нашей клинике выставлено три иска, — ответила она.

— Почему три? — удивился Егор.

— Наш пострадавший был женат трижды и содержал всех своих жен и детей, — сообщила Настя. — У него, кстати, трое детей…

— Мы знаем, — перебил ее Егор, — только что это обсуждали.

— Цена вопроса? — деловито уточнил Милославский.

— Триста миллионов от первой жены и по пятьсот миллионов от второй и третьей, — тихо ответила Настя.

Гоша нецензурно выругался.

— Ну и аппетиты у этих баб, — удивленно заметил безопасник.

— Значит, клинику решили разорить… — задумчиво прикинул Егор.

— Теперь можно наверняка сказать — за ними кто — то стоит. И дирижирует всей пьесой, — с уверенностью в голосе подвел итог Гоша. — Дмитрий Леонидович, копай! Копай хоть руками, хоть лопатой, хоть экскаватором — главное, результат!

Хмурый Погожин молча кивнул.

— Будем судиться! — заявил Егор. — Цена исков просто нереальная. Да и за что центр, вообще, должен платить?