Непокорная девственница - Сандра Мартон

Может, она была слишком… податлива? Возбуждена? А ему это не но душе? Как женщина должна вести себя с мужчиной?

— Дорогая, вам весело?

— О, замечательно.

— Кажется, Джейк держит вас взаперти?

— Вы правы.

— Больше этого не будет, — улыбнулся Лукас.

Музыка стала очень медленной и нежной. Кэт прикрыла глаза и склонила голову Лукасу на плечо.

— О, — прошептала она, — у меня кружится голова.

— Вас утомили танцы? Может быть, хотите еще что-нибудь выпить?

— Ей нужно выпить кофе и аспирин.

Кэт подняла голову и увидела стоящего возле них Джейка с потемневшим от гнева лицом. Как это на него похоже! Он так и старается сделать ее несчастной.

— Мне не нужны кофе и аспирин, — с вызовом ответила она, — мне нужен коктейль.

— Нет. Мы идем домой.

Домой? Он закроется у себя в спальне, а она будет сидеть в темноте и думать о том, что он делал сегодня вечером со своей женщиной и не захотел делать с ней.

— Я не хочу домой. Мне здесь весело.

— Ей весело, — подхватил Лукас. — А тебе, как я погляжу, нет. Иди один, Джейк. Я позабочусь о Катарине.

— Не сомневаюсь. — Джейк взял девушку за руку. — Мы уходим.

— Я остаюсь, — рассердилась Кэт.

— Если я сказал домой, значит, домой.

— Ты слышал, что говорит леди, — вмешался Лукас.

— Леди, которую ты учил танцевать танго, может сама тебя кое-чему научить, приятель. Ты не знаешь, что она здесь ловит себе мужа.

— Джейк!

— Парню необходимо только быть богатым бразильцем. И конечно, свободным. Так, Кэт?

— Это правда? — Лукас обратился к Кэт, но вместо нее ответил Джейк.

— Абсолютная правда. И ты, мой друг, прекрасно подходишь по всем параметрам.

У Катарины закипели слезы гнева. Зачем Джейк все это говорит? Впервые в жизни ей было так весело. Лукас, музыка, напитки…

Она виновато глядела на дипломата.

— Все не совсем так. Я не хотела…

— Кэт спрашивала, свободен ли я, — Лукас опять взглянул на Джейка, — но она не говорила…

— Я уверен, что не говорила, — ответил тот.

Кэт растерянно переводила взгляде одного мужчины на другого. Она ненавидела обоих, но больше всего Джейка. Ненавистный, ненавистный!..

— Пора прощаться, Катарина.

— Ты сукин сын. — Она попыталась выдернуть руку.

Он сжал ее сильнее.

— Какие выражения, — холодно улыбнулся Джейк. — Что подумала бы о тебе матушка Элизабет?

— Пойдем! Будь ты проклят, Джейк Рамирез!

Моросящий дождь перешел в снег. В другое время Катарина с радостью подставила бы лицо падающим снежинкам. Она никогда раньше не видела снега, но сейчас от ярости не замечала ничего вокруг.

Джейк злился на себя — ведь он знал, каков Лукас. А может, дать Катарине свободу и пусть сама ищет мужа? Немногие мужчины устоят, если их так соблазнять.

Невыносимо было вспоминать, как Лукас со слащавой улыбкой намеренно спаивал Кэт, держал в объятиях во время танцев, прикасался к ней, ласкал.

Лукас только ждал возможности, чтобы остаться с ней наедине, раздеть ее, почувствовать жар ее тела…

У Лукаса нет на это права. Кэт принадлежит… принадлежит…

— Мистер Рамирез! — Шофер невозмутимо стоял у открытой дверцы, словно его шеф не впервой тащил упирающуюся женщину.

Кэт остановилась.

— Иди, — мрачно сказал Джейк.

— Я не собираюсь подчиняться твоим приказам.

Джейк поднял ее, донес до машины и бесцеремонно затолкал внутрь. Сел рядом с ней и заткнул уши, чтобы не слышать, как она его обзывает.

В половине третьего ночи Джейк в старом свитере стоял на террасе своей квартиры, держа в руках чашку с кофе. Снег, укутавший белым покрывалом парк, уже не шел.

Джейк был слишком зол, чтобы обращать внимание на погоду.

Сегодня вечером он наделал кучу ошибок.

Он был неправ, чертовски неправ. Не следовало ехать с Кэт в клуб и отдавать ее в руки Лукаса. О чем он думал?

Он обещал Кэт, что найдет ей мужа. Она решила сделать это сама. И, как выяснилось, зашла очень далеко. Лукас, только взглянув, сразу захотел се. А какой бы мужчина не захотел?

Беда в том, что Кэт совершенно не представляет, как себя вести с мужчинами, подобными Лукасу. Потому она и обратилась к Джейку за помощью.

«Научи меня», — просила она. А он в ответ перестал ее замечать.

Надо было сесть с ней рядом и поговорить. Объяснить, что и как происходит в жизни.

Например, мужчина улыбается, кажется искренним, дружелюбным и безопасным, развлекает даму. А на самом деле думает только о том, чтобы затащить ее в постель.

Да, сегодня вечером он вел себя глупо.

Кэт хотелось танцевать? Так нужно было самому потанцевать с ней, не давая возможности Лукасу показать девочке, что испытывает женщина в объятиях мужчины. Надо было самому сделать ее счастливой.

В тот вечер, когда она просила научить ее сексу, он мог согласиться.

Он мог отвести ее в постель, забыться, заниматься с ней любовью, пока она громко не закричит от наслаждения и не поймет, что означает прикосновение мужской руки…

Черт, нет! Пока Катарина не поймет, что прикосновение его руки, именно его, может сделать ее дикой, заставить шептать: «Джейк, я хочу тебя, Джейк. Джейк…»

— Джейк!

Он обернулся. Кэт стояла в дверях, но в ее тихом шепоте не было ни капли страсти. Она была в халате, бледное лицо блестело.

— Джейк, — простонала она, — мне плохо…

Он обнял ее и повел, не теряя времени, в ближайшую ванную.

— Все нормально, все будет хорошо, дорогая.

Ей было очень плохо, но после рвоты полегчало.

Джейк принес ей воды, осторожно умыл и довел до кровати в ее спальне. Она дрожала.

— Кэт, я помогу тебе переодеться. И поищу аспирин.

Он поцеловал ее в лоб, нашел в шкафу длинную байковую ночную рубашку и принес ей.

— Встань, дорогая, я сниму халат.

С его помощью она с трудом поднялась.

— Сама, сама… — бормотала девушка.

— Что?

— Этот халат ужасен, но я не расстаюсь с ним, потому что сшила его сама.

— Я знаю.

— Он мне всегда помогает и успокаивает, когда я болею или расстроена. Понимаю, что это глупо… — И она хихикнула.