Непокорная девственница - Сандра Мартон

Как это случилось? Когда он влюбился в свою подопечную?

Днем они оделись потеплее и вышли на террасу полюбоваться заснеженным городом.

Но только Кэт смотрела на город. А Джейк глядел на нее и думал, как выйти из создавшегося положения.

Он влюбился в Катарину. И он же должен выдать ее замуж за другого мужчину. Иначе нарушит условия двух завещаний. Она потеряет свое наследство. А он никогда не увидит братьев.

— Погляди, Джейк! — с восторгом воскликнула Катарина. — Вон мужчина идет на лыжах прямо по улице. — Она повернула к нему сияющее лицо. Как здорово!

Сегодня все для нее было в новинку. Она прежде никогда не видела снега. Она никогда прежде не была с мужчиной. Ее сердце переполняла радость.

— Замечательно, — машинально ответил он, продолжая думать о своем.

Кэт отдала ему свою невинность. Он не имел права этого делать, черт возьми, но не жалеет. Любовь к ней принесла ему счастье. Раньше он представлял себе, как это может быть, но реальность превзошла его ожидания.

Но он не имеет прав на Кэт.

— Джейк, ты видишь женщину с большой черной собакой? Какой прелестный пес.

— Да, вижу, — хрипло ответил он, крепче обнимая ее, но думая о мужчине, с которым должен познакомить Катарину. Как найти ей подходящего мужа?

Острая боль пронзила его сердце.

Нет. Он не сможет это сделать. Он не позволит, чтобы она отдала себя другому. Он не в силах видеть ее с другим и знать, что она никогда больше не будет принадлежать ему самому.

— Джейк, — она сияющими глазами глядела на него, — пойдем в парк лепить снежную бабу.

— Конечно, дорогая, — согласился он. Но сначала они еще раз занялись любовью.

Катарина была восторженна и неутомима — и в постели, и после. И это было заразительно.

Они слепили не одну снежную бабу, а целое семейство. Отцу вставили вместо носа морковку, жене — половинку огурца, а снежному ребенку сделали красные глаза и маленький шарик вместо носа. Кэт назвала его Лэсси.

Может, и нельзя изменить будущее, но на один волшебный момент можно насладиться настоящим.

— Откуда ты знаешь о Лэсси? Фильмы об этой собаке уже много лет не показывают.

— По пятницам их показывали в школе. Знаешь, чего мне всегда хотелось? — Она улыбнулась и поднялась на цыпочки. — Смотреть кино, лежа в постели.

Джейк обнял ее и прижал к себе.

— Тебе повезло, у меня как раз есть плеер и кровать.

— Правда?

Кэт кокетливо взмахнула ресницами. Она прямо на глазах превращалась из невинной девушки в темпераментную женщину. И это сводило Джейка с ума.

— Да. И если ты будешь послушной девочкой, я покажу их тебе.

— А если нет? — Ее щеки стали пунцовыми, и он рассмеялся.

— О, что бы сказала сестра Анжелика?! — (Она уткнулась ему в плечо.) — А знаешь, что сказал бы я?

Он наклонился и прошептал ей что-то на ухо. Кажется, она была шокирована, но довольна.

Джейк усмехнулся, подхватил ее, невзирая на крики, перекинул через плечо и понёс через парк к Пятой авеню.

— Кэт, — прошептал он, когда они оказались дома, — мой милый котенок.

Через несколько часов она посапывала на его плече, а Джейк с ужасом думал, что не может с ней расстаться. И тут он с ясностью понял, что не должен это делать.

Бог с ними, с братьями. Внезапно это показалось ему не столь важным. Главное — чтобы Кэт оставалась с ним.

Джейк радостно улыбнулся, но потом улыбка погасла.

Он свой выбор сделал, теперь ее очередь. Для нее наследство означает свободу и независимость.

Кэт проснулась в одиночестве.

Джейк ушел. Снег перестал падать.

Она отбросила одеяло и села. Одежда была разбросана по комнате.

Она горела желанием увидеть Джейка обнаженным. Ей нравилось ощущать его кожу, ласкать его стройное тело, любить…

Кэт тяжело вздохнула и встала. Халат, в который Джейк завернул ее после душа, лежал на спинке кресла. Она надела его, закатала рукава, покрепче затянула на талии пояс и пошла к себе.

— Ужин готов.

Она резко обернулась. Джейк стоял на лестнице, глядя на нее. В джинсах и темно-синем свитере, выбритый, с еще мокрыми волосами, он был так красив, что сердце ее затрепетало.

— О, — растерялась Катарина, — это здорово.

— Я сделал омлет и тосты. Анна звонила, что не может прийти из-за непогоды.

— Да, конечно. — Почему он так на нее смотрит? Почему не улыбается? Она лохматая, ненакрашенная, в этом смешном халате… — Подожди несколько минут, я приму душ. Он поцеловал ей руку.

Кэт торопливо ополоснулась под душем, не стала укладывать волосы, оделась и спустилась в кухню.

Джейк раскладывал омлет на тарелки. Блюдо с беконом, две чашки кофе, салфетки, столовое серебро и маленькая корзиночка с тостами уже стояли на столике.

Но атмосфера в кухне была какая-то пасмурная. Кэт напряглась.

— Приступай, а то остынет.

Омет показался ей очень вкусным, не то что в школе.

— Где ты научился так готовить?

— Подростком я некоторое время подрабатывал в ресторане.

— Ты? В ресторане? — Она искренне удивилась. — Твои родители считали, что это правильно?

Джейк рассмеялся.

— У меня только мама. Она много работала, чтобы прокормить нас. Когда я подрос, то стал ей помогать. И не смотри на меня так, Кэт. Не все рождаются богатыми.

— Конечно, нет, я просто подумала… — Она запнулась. — Джейк, если ты сожалеешь о том, что между… между нами произошло…

Она заплакала.

— Я? Сожалею? Солнышко, как я могу сожалеть, когда все было так прекрасно.

— Тогда что? Ты выглядишь таким… таким несчастным.

— Да. — Он встал, собрал тарелки и отнес их в раковину. — Звонил Лукас.

Катарина не сразу вспомнила, кто это такой.

— Он хотел извиниться перед тобой. И передо мной тоже. Он сказал… он много чего сказал. В основном сожалел, что произвел на тебя плохое впечатление. Он был так… так увлечен тобой, Кэт.

Что это? Джейк говорит о другом мужчине? Джейк, который держал ее в своих объятиях, рассказывает, что кто-то увлечен ею?

То, что она занималась любовью с Джейком, заставило ее забыть о своих проблемах. Теперь они вновь вернулись.

Джейк спал с ней, но ничего не изменилось. Кэт должна найти мужчину, чтобы выйти замуж, и он должен его одобрить. Иначе она потеряет свое наследство.

К черту наследство! Она готова его лишиться, лишь бы остаться с Джейком. Единственная в жизни любовь дороже денег.