В хижине миллионера - Ребекка Уинтерз

Массимо замер на пороге. Неужели она весь день притворялась, а на самом деле чувствовала себя неважно? Он был так удивлен ее желанием побыстрее уехать в Калифорнию, что совсем не обращал внимания на все окружающее.

— Не знаю, но сейчас же выясню.

— Еще ей звонил синьор Уолтон. Снова хотел с ней поговорить.

Синьор Уолтон может идти к черту!

— Я ей передам. Спасибо, Лия.

Поднявшись наверх, он увидел, что сумка с подгузниками все еще стоит на полу. Это усилило беспокойство. Обычно Джулия сразу все клала на место.

Массимо постучал в дверь.

— Джулия?

— Минуточку.

— Я все равно войду.

Массимо зашел в комнату и увидел, как Джулия второпях встала с дивана и спрятала телефонную трубку за спиной.

— Что случилось? — спросил он.

Она приложила руку к губам, призывая его к тишине. Затем поднесла трубку к уху и поблагодарила кого-то на том конце, после чего быстро попрощалась и закончила разговор.

— Лия сказала, что ты заболела. Почему ты ничего не сказала мне?

Джулия покачала головой.

— Она неправильно поняла. Я звонила насчет ребенка, а не себя.

Массимо облегченно вздохнул.

— Зачем? С ним ведь все в порядке.

Джулия смущенно улыбнулась.

— Теперь я это тоже знаю. Но сегодня он так много пил, что я начала волноваться. Боюсь, доктор Брацци теперь думает, что я абсолютно никудышная нянька.

Она и не подозревала, как высоко Массимо ценил ее беспокойство о здоровье Ники.

— Как долго ты еще собираешься держать меня в напряжении?

— Обещай, что не будешь смеяться, — серьезно сказала Джулия.

— Обещать, конечно, могу, однако не уверен, что сдержу обещание, — ответил он.

— В общем, доктор сказала, что Ники уже должен есть густую пищу.

Массимо нахмурился.

— Но не макароны же, разумеется?

— Конечно, нет, — улыбнулась Джулия. — Для детей продают специальные смеси. Она предложила начать с рисовой каши.

Массимо поднял малыша в воздух.

— Слышал, Никколино? Твои родители, оказывается, морили тебя голодом. Но ты ведь нас простишь?

Джулия заметила его оговорку, но решила не обращать на нее внимания.

— Кажется, ему пора покупать свой стульчик. Давай попросим Лию уложить его, а сами отправимся за покупками, — предложил мужчина.

— Сегодня?

— По-моему, самое подходящее время. А еще Лия сказала, что звонил твой бойфренд. Я могу подождать, пока ты ему перезвонишь.

— Он звонит уже второй раз. Может, на третий он поймет, почему я не хочу с ним разговаривать.

Массимо в этом сомневался, но решать ей. В конце концов, она живет в его доме по своей собственной воле.

За час они сделали все покупки и вернулись домой. Массимо в очередной раз отметил, насколько быстро и умело Джулия могла решить любую проблему, даже если в чем-то была не уверена.

— Надеюсь, Ники не проснулся в наше отсутствие, — Массимо украдкой наблюдал за тем, как она пыталась найти ручку от дверцы машины, но он все запер, и Джулия обнаружила это, только когда нашла ее.

— Надеюсь, Ники не проснулся в наше отсутствие, — повторила Джулия. Она со страхом ждала начала серьезного разговора.

— Даже если он и проснулся, Лия присмотрит за ним. Она уже давно хотела побыть с малышом.

Джулия опустила глаза.

— А я и не догадывалась...

— Это нормально. Откуда ты могла знать, что Лия обожала Пиетру? Но есть тема поважнее, и я хотел бы обсудить ее до того, как мы зайдем в дом.

Массимо почувствовал, как она пододвинулась ближе к двери.

— Уже поздно. Разговор не может подождать до утра? — она ни за что не взглянет на него, особенно сейчас, когда с ней не было Ники, за которого можно было бы спрятаться.

— Боюсь, нет.

— Если ты передумал и больше не хочешь давать мне свою машину...

— Я не передумал, — нетерпеливо прервал ее Массимо. - Если ты захочешь куда-нибудь поехать, попроси ключи у Лии.

— Спасибо. Ты кажешься сердитым. Неудивительно! У нас был долгий утомительный день.

Массимо сжал руки на руле.

— Джулия! Наше первоначальное соглашение давно уже не работает.

— Мы это уже выяснили. Но потерпи немного. Поверь, ты не захочешь оставаться с моей матерью наедине. А когда она приедет, то увидит, что вы с Лией прекрасно заботитесь о ребенке и что я здесь больше не нужна.

— Сомневаюсь.

— Что ты имеешь виду? - спросила Джулия.

— Я не позволю тебе уехать. Ники слишком к тебе привязан.

— Ты прекрасно знаешь, что я тоже не хочу уезжать, - выпалила она. — И что ты предлагаешь

мне сделать? Совершенно не хочется быть поводом для скандалов в вашей семье!

— У меня есть решение этой проблемы, — тихо ответил Массимо. — Оно пришло мне в голову на яхте.

Джулия медленно повернула голову, чтобы посмотреть на него.

— Это значит, что ты хочешь дать мне опекунство без суда? — в ее глазах появились слезы. — Если так, то ты самый щедрый человек на свете. Это было бы лучшее решение, Массимо. Я могу увезти Ники в загородный дом, где любили отдыхать Пиетра и Шон. Ты каждый месяц сможешь приезжать в Соному, чтобы навестить его. Там есть комната для гостей, которую мы сделаем твоей. А потом, когда он вырастет, он может переехать к тебе, а я буду его навещать. И разговоры о том, что мы живем с тобой под одной крышей, сами собой отпадут. А еще наш племянник узнает оба мира, как того хотели его родители. — У Джулии пересохло горло от такой страстной речи. — Кто знает? Может, к тому времени ты исправишь ситуацию в компании и вернешься в Гватемалу. Не удивлюсь, если Ники, когда вырастет, тоже захочет стать археологом и вы будете вместе работать на каких-нибудь раскопках. Знаю, что уже говорила тебе это. Но ты самый лучший человек, которого я когда-либо знала.

На эмоциональной волне Джулия наклонилась и поцеловала его в щеку, но внезапно Массимо развернулся и схватил ее обеими руками за голову.

— Мне жаль тебя разочаровывать, но у меня была другая идея, — прошептал он.

— Не понимаю. Я... я думала, мы пришли к одному решению.

— Это доказывает, что ты еще многого обо мне не знаешь. — (Джулия чувствовала его теплое дыхание на своих губах.) - Почему ты притворяешься, будто не понимаешь, о чем я говорю?

— Так, дай-ка подумаю.

То, что ты мне предлагаешь, начинается на букву «с»?