Отпусти меня - Наталья Шагаева

Елизавета

Мы с Веркой молча собираем чемоданы. Вещей оказывается больше, чем когда мы сюда заезжали. Сумок не хватает, и подруга заворачивает постельное белье в пододеяльник. Еще коробки с продуктами и посудой, ванные принадлежности, обувь. Все это в большой куче в коридоре. Хозяйка квартиры пьёт наш кофе, постоянно с кем-то болтает по телефону и курит неприятно пахнущие сигареты, задымляя квартиру и вызывая у меня приступы кашля.

— Куда мы это все денем? — шепотом спрашиваю у Веры.

— Закинем к Димке, думаю, он не откажет, — вздыхает она.

— А мы куда?

— Не знаю… — так же растерянно отвечает подруга. — Может, комнату удастся снять. А там решим.

Киваю. Это правильно. До зарплаты дотянем, а там решим. На душе тяжело. Неприятно это все. А главное очень неожиданно. Никогда не думала, что Анастасия Андреевна способна так себя повести. Она уверяла, что квартиранты ей нужны на длительный срок.

Где-то звонит мой телефон, долго не могу его найти в этом хаосе, но, когда я его нахожу, звонок обрывается.

Это Калинин. Не перезваниваю. Не хочу ему жаловаться. Я не привыкла, что кто-то решает мои проблемы. Поэтому лучше людям о них не знать. Телефон снова оживает в моих руках, не отвечать – невежливо.

— Алло.

— Доброе утро, Елизавета.

— Доброе.

— Я заеду за тобой к семи вечера. Будь готова.

— Ммм… — не могу быстро сообразить, как сказать, что мне сейчас не до ужинов.

— Елизавета? — приводит меня в себя.

— Простите… — запинаюсь, мне тяжело дается переход на «ты». – Прости, я не смогу пойти на ужин.

— В чем проблема?

— Мы переезжаем.

— Куда?

— Пока не знаю…

— В смысле? — тон становится холоднее. — Подробнее, что случилось? — голос становится резче, требовательнее.

— Все хорошо, просто неожиданный переезд.

— Время идет, вам еще убирать тут за собой! — кричит из кухни хозяйка. Прикрываю телефон рукой, уходя в ванную.

— Прости, мне некогда разговаривать. Мне очень неудобно, но ужин посетить я не смогу, — скидываю звонок, потому что Вера начинает ругаться с хозяйкой. Становится стыдно перед Романом. Так поступать некрасиво. Но в данный момент я не могу поступить по-другому.

— Сами уберётесь! — огрызается Вера.

— С какой стати я должна убирать за вами!

— Ну квартира же ВАША! — выделяет последнее слово. — Стало быть, и убирать тоже вам. А мы вообще здесь никто.

— А ты не кричи на меня!

— Хватит! — не выдерживаю я. — Прекратите ругаться! — Я уберусь, как только мы вынесем вещи.

— Только попробуй! — шипит мне Вера.

Димка на работе. Уговариваем его маму оставить наши сумки и коробки. Переодеваемся в спортивные костюмы и выходим на улицу. Сегодня по-осеннему тепло. Заходим в ближайшую кофейню, берем пару капучино, садимся за столик и открываем объявления в поисках комнаты.

Все, на что у нас хватает денег, находится в не очень хороших районах, где-то на отшибе. Ищем на другом сайте, не теряя надежды. Откуда такие цены?

— Если мы ничего не найдем, придётся позвонить отцу, — вздыхает подруга. С папой у Веры очень сложные отношения, но он может помочь. Но Вера поклялась никогда у него ничего не просить. И я ее понимаю. Ей есть за что ненавидеть отца.

— Мы обязательно найдем, — подбадриваю ее, хотя надежда тает с каждым новым объявлением.

— Елизавета! — вздрагиваю, когда неожиданно слышу позади себя голос Калинина. Вера поднимает голову и с интересом рассматривает мужчину.

— Добрый день, — кивает она. Оборачиваюсь. Он, как всегда, собран и статен. Смотрит на меня свысока, сводя брови. Надо поздороваться, но я в ступоре хлопаю глазами.

Как он нас нашел?

— В двух словах, что происходит? — тон требовательный.

— Нас неожиданно выселили, мы ищем жилье, — отвечаю я. Роман берет со стола наш планшет, с минуту рассматривает варианты комнат в общежитии и отдает планшет мне. Я в растерянности, а Верка начинает хитро улыбаться, наблюдая.

— Вера, — протягивает руку подруга. Блин, надо было их познакомить.

— Роман, — пожимает ей руку, кивая, жестом подзывает официанта, расплачивается за кофе.

— За мной, в машину, — командует он, берет меня за руку, помогая подняться, и ждет, когда встанет Вера.

— Ого, даже так, — усмехается подруга и идет за нами.

— Роман…

Он сжимает мою ладонь сильнее и ведет за собой. Калинин открывает дверь машины и ждёт, когда мы с Верой сядем. Сам садится вперед, и машина трогается.

— В «Лазурный», — велит водителю, а мы с Верой удивлённо переглядываемся.

«Лазурный» – это элитный жилой комплекс со своей охраной и инфраструктурой внутри. Квартиры там по заоблачным ценам. В моей голове пляшут мысли, наслаиваясь одна на другую, и никак не могут собраться воедино. Но одно я понимаю точно. Мне очень тревожно, словно жизнь поворачивается на триста шестьдесят градусов, а я не готова к таким поворотам.

Машина паркуется в подземном гараже, Калинин открывает для нас дверь, ждет, когда мы выйдем, и пропускает вперёд, указывая на лифт. Поднимаемся молча, я смотрю куда угодно, только ни на Калинина, Вера не прекращает хитро улыбаться, рассматривая нас.

Лифт останавливается на девятом этаже, мы подходим к двери. Вместо замка код, впервые такое вижу. Роман вводит несколько цифр, и дверь открывается. Он пропускает нас вперёд, запинаясь.

Пахнет стерильностью. Пока мы с Верой разуваемся, Роман проходит в комнату прямо в обуви и пальто. Идём за ним. Замираю на пороге большой гостиной с высокими потолками. Мне стыдно, оттого что я осматриваюсь с открытым ртом. Такие квартиры я видела разве что только по телевизору. Это пентхаус. На второй этаж ведет красивая черная лестница с подсветкой на ступеньках. В гостиной минимум мебели, огромный телевизор на стене, стеклянный журнальный столик. Пушистый ковёр, огромные окна, необычное волнообразное кресло возле окна и пара необычных напольных светильников. И много-много не заполнено пространства. Стены бежевые и черный глянцевый потолок как зеркало.