Невеста Серебряного дракона - Айя Субботина

Может показаться, что я говорю с ней слишком ехидно. Или даже грубо. Или что угодно, но не вежливо. Но давайте начистоту - а как еще мне с ней разговаривать? Если даже предположить такую нелепицу, как наш с лунником роман - у меня в боку колет от одной только подобной мысли! - то, простите, почему ты не выясняешь отношения со своим мужиком, а вместо этого носишься как ангел мщения по его «запасным гаваням»? Женщинам давно пора понять главную непреложную истину - в том, что мужчина пошел «налево», виноваты только двое - он и она. Любовница - это просто лакмусовая бумажка, вскрывшая проблемы. Симптом, указывающий на то, что нужно лечить отношения, а не голову любовницы. Хотя, по-моему, единственное лекарство от уже свершившейся измены - чемодан, порог и «Пошел ты на!..»

Все эти попытки запугать, показать важность и значимость, фразочки типа «Ты просто туалет, куда он сливает негатив» и что там еще говорят истеричные женщины - это унижение. Не любовницы - той как раз глубоко по фигу, не она же устраивает разбор полетов. Это унижение себя перед женщиной, которая уже и так в более сильной позиции.

Но кто я такая, чтобы вправлять мозги важной луннице?

— Думаете, я слепая, Маргарита? - А’Льту задевает мое спокойствие. Наверное, в ее голове сразу после этих снимков я должна была начать каяться, умываться слезами и просить прощения за то, что посягнула на неприкосновенные тестикулы Шад’Фара. - И часто к вам приходят мужчины после полуночи?

— Даже если каждый день новые - с какой стати я бы стала обсуждать это с вами? - Хотя прозвучал ее неприкрытый намек откровенно гадко. - Я вообще не понимаю цели нашего разговора.

В нашей пикировке наступает пауза, пока официант ставит чашки на стол и еще раз интересуется, не желаем ли мы десерт. «Нет» говорим хором, так что парень быстро ретируется, поняв, что это не тот случай, когда его старания оценят.

— Маргарита, давайте начистоту. - А’Льта делает такое лицо, как будто собирается достать еще один компромат, и на какую-то долю секунды это заставляет меня понервничать - мало ли, вдруг у нее есть компромат на меня и Ши? Но нет, ее руки лежат на столе. - Вам уже прилично лет, ведь так? Сколько? Сорок? Чуть больше?

— Зря стараетесь, - отвечаю улыбкой на ее попытку задеть мое женское самолюбие. - Я все о себе знаю, и нужно что-то гораздо более весомое, чем одна уязвленная лунница, чтобы пошатнуть мою самооценку. Может перестанете корчить из себя непонятно что и перейдете к делу? Еще пара ваших глупостей - и со мной случится то, что тянет на целое событие века, я проникнусь искренним сочувствием к целому чистокровному луннику. Вашему жениху.

— Вы прекрасно знаете, что вчистую никак не сможете выиграть у К’Рэйга это здание. Потому что в его руках ресурсы и деньги, а если понадобится - и все связи моего отца. А что есть у вас, кроме беспризорников и одного жалостливого репортажа на телевидении?

— Вы о том репортаже, после которого ваш жених прискакал ко мне с веником и предлагал мировую?

Она поджимая губы. Вернее, какую-то очень небольшую их часть.

— Если вы, Маргарита, решили, будто сможете решить вашу проблему грязными методами, то уверяю - у вас ничего не получится.

— Откуда у меня - сироты казанской без папиных связей - могут взять грязные методы?

— Я про вашу попытку залезть к нему в постель, - шипит А’Льта.

— К вашему отцу?! - Делаю ошарашенное лицо. - Меня не интересует антиквариат!

Лунница бесится - и это только мне на руку.

— Кстати, - достаю свой телефон и кладу его на стол, как будто какой-то камень преткновения. - Вот вам маленький совет. Бесплатный. И мне почти жаль, что я им не воспользуюсь. Я бы могла запросто прийти на встречу с включенным диктофоном - и вам даже в голову не пришло попросить меня показать телефон или выключить его на время нашего разговора. Но если бы я записала вас, в особенности ваши высокопарные высказывания о всемогущем родителе и «других способах», которыми К’Рэйг Шад’Фар мог бы со мной разделаться, поверьте - этого было бы достаточно, чтобы уничтожить и его политические амбиции, и репутацию вашего отца. За шестьдесят секунд этой записи ближайший конкурент Шад’Фара сделал бы все, чтобы и я, и мои сироты, и мой приют стали бы неприкосновенны на веки вечные. Но, как видите, я этого не сделала.

А’Льта внезапно долго и почти смешно хлопает ресницами. Как будто в ее голове внезапно прояснилось от понимая, что же она могла натворить и во что могла вылиться ее истерика.

— И не потому что боюсь возможных последствий, - продолжаю свою поучительную отповедь, - а потому что в отличие от вас, всемогущих лунников, не играю по грязным правилам. И знаю, что правда на моей стороне, а значит - никто, ни богатый мистер Важная задница, ни его пустоголовая ревнивица-невеста, ни важный папаша его пустоголовой невесты не смогут выгнать на улицу меня и моих детей. Возможно, неуважаемая А’Льта, вам тяжело будет в это поверить, но в мире полно женщин, которые умеют добиваться чего-то в жизни самостоятельно, а не через койки сомнительных лунников.

Она как будто пытается сказать что-то адекватно разумное, но у нее явно не хватает на это мозгов. Нет, я очень позитивно отношусь ко всем женщинам и считаю, что каждая из нас имеет полное право жить так, как хочет, и наполнять свою жизнь тем, чем захочет. Кто-то «вливает» в себя тонны процедур красоты, живет шоппингом и поражает окружающих каждым модным «луком». Кто-то пашет в спортзале и бьет олимпийский рекорд на стометровке. Кто-то рожает мужу пятерых детей, разучиваю сто первый рецепт паровых индюшиных котлет и вдохновенно вяжет теплые носки. Кто-то защищает природу, ходит на мирные демонстрации и отстаивает права меньшинств. Мы все - разные, и это прекрасно. До тех пор, пока одни не начинают учить жизни других.

Обычно - вот как сейчас - это выглядит, мягко говоря, смешно.

— Спасибо за кофе, - говорю я, поднимаясь и оставляя купюру на краешке блюдца. К американо я даже не притронулась, но вежливость - она как белое пальто, которое легко испачкать, но которое никогда не выйдет из моды. - Всего доброго.

Лунница даже не пытается меня остановить. Очевидно, мои слова о возможном компромате произвели на нее сильное - ошарашивающее! - действие. Теперь, на улице, почему бы не позволить себе немного похихикать над ее фиаско?

— Марго?! - слышу знакомый мужской голос над ухом и так резко поворачиваюсь, что едва не падаю прямо на грудь стоящего почти впритык лунника. - Вот уж где не ожидал вас увидеть, так это в пристанище лунного порока.

Я наугад делаю шаг назад и чувствую себя ужаленной в том месте, где пальцы Коряги придерживают меня за запястья. То есть, мы стоим прямо напротив огромной зеркальной витрины, он держит меня почти что за руки - и все это прямо под носом его ревнивой бабенки. Вселенная, да что я тебе сделала, что ты так надо мной издеваешься?!