Мой персональный бандит - Ирина Шайлина

Была у меня одна постыдная тайна. Различные психологические статьи и мудрые люди в интернете говорили, что это норма. Для них вообще нормой было многое, а я стыдилась и от всех это скрывала. Дело в том, что мне было двадцать семь и я была девственницей.

Это вовсе не специально получилось. Я несла свою невинность, как тяжкое бремя, отличающее меня от других женщин, нормальных и с удовольствием бы с нею рассталась, только не умела и не знала, как и с кем. Сложный вопрос. Когда поступила в училище, чтобы получить хоть медсестринское образование и работать, было не до этого. Да и учились с нами одни лишь девочки, а мальчики, какие были, вызывали лишь лёгкое недоумение. Не то, что герои не моего романа, просто вовсе никакие герои. Потом, как и мечтала, начала работать и поступила в вуз. Появился Тотошка и времени не стало вовсе. А в больнице…  Ну, были у нас восхитительно милые хирурги, только конкуренция на них была весьма высока. Да и они отличались весьма лёгким поведением — сегодня одна медсестричка, завтра другая, потом вовсе женится на ком нибудь не прекращая медсестричек. Не хотелось мне стать одной из них, сомнительным призом в ненужном состязании. Нет, я не была излишне романтична, жизнь не позволила мне обрасти иллюзиями. Скорее наоборот была прагматична и понимала, что получится из глупой затеи.

Так и получилось, что совращать Дежнева отправили не очень юную невинную прелестницу. Почти прелестницу…

Прошло несколько дней. Я с тоской думала о том, как там Андрюшка. Жив ли? Читанные мной детективы говорили о том, что должен быть жив, им же меня будут шантажировать. Но проблема была такой — никто меня не шантажировал, после того разговора с шофером, что продукты привёз. Я все ждала, что со мной кто-то свяжется, объяснит, как быть, что дальше делать если соблазнение проваливается, но про меня словно забыли. Я заподозрила, что агентом Виктора может быть и домработница, и когда та пришла в следующий раз, я ходила за ней след в след, ожидая, что она подаст мне какой нибудь знак.

Она протирала в большой гостиной пыль, а я маячила в коридоре, время от заглядывая и томясь в ожидании. Спина молчаливой женщины через несколько минут моего подглядывания стала ещё прямее, чем была раньше, словно та кол проглотила. Наконец она не выдержала и обернулась.

— С вами все хорошо? — любезно спросила она, сдерживая раздражение.

— Со мной да, — с готовностью кивнула я. — А с вами?

Разговор зашёл в тупик, никакого знака я не дождалась, зато Тотошка решил, что следить за женщиной наша миссия, и крался за ней на трех лапках все время, пока та работала.

Как дальше быть я не знала. Я просто тут жила. Начался сентябрь, учёба пошла. Я позвонила в университет и сказалп, что болею.  За все годы учёбы я отродясь не прогуливала и мне с готовностью поверили, я была на хорошем счету. Так же отовралась на работе, всех подведя, бедная Женя, наверное, зашивалась там одна с нашими психами и коматозниками. Её было жалко, себя, а больше всех — Андрюшку. Поэтому я все ещё оставалась здесь, несмотря ни на что.

Только вот Дежнев отказывался соблазняться, домой приходил все позже, видимо, боясь, что я заставлю его смотреть фильм, один раз и вовсе не приехал ночевать. Меня перестала восхищать роскошь огромной квартиры, готовить на великолепной кухне уже не казалось волшебством, я чувствовала себя пленницей. И здесь — никак, и там Виктор…

Этим вечером он пришёл пораньше, около девяти. Я сразу выскочила в коридор, в нелепых коротких шортиках, но он не глядя ушел к себе. Из-за Тотошки я не закрывала дверь, поэтому слышала, как он ходил по квартире, говорил по телефону, но я не сумела уловить фраз. А потом постучал ко мне.

— Эй, — позвал он, словно позабыв моё имя. — Ко мне придут, не отсвечивай, хорошо?

Я кивнула, подумала, какая будет забава, если придёт к нему женщина, а я, которая здесь находится для того, чтобы его соблазнить, буду сидеть и горюниться, не зная, что дальше делать. А у такого мужчины, наверняка, была женщина. Может даже не одна.

Я ожидаемо стояла за приоткрытой дверью и слушала, надеясь на то, что вдруг что-то изменится. Дверь тихо лязгнула, открывшись, я услышала мужские голоса и немного расслабилась. Хотя бы не женщина. Вернулась, села на кровать к Тотошке.