Морозный роман, или Как растопить холодное сердце - Разия Оганезова

Только после того, как мама отбирала девушек, анкеты шли уже ко мне, где количество невест урезалось до десяти. Кстати, именно моя родительница предложила Оле снять этот загородный клуб, помня о моей нелюбви к шуму и суете, она же настоятельно рекомендовала познакомить ее с девочками, чтобы дать им несколько советов, как покорить такого холодного человека, как ее сын.

– Она еще и интервью активно раздает, – покачал головой, прикрывая глаза. Кстати рядом с ней почти всегда сидел мой старший брат. О нем мама тоже говорила, рассказывая, какой замечательный Слава. Не в пример мне добр, отзывчив и внимателен. Увы, не так богат, но это дело поправимое. Как уж поправлять они его будут, даже уточнять не хочется.

Отложив в сторону планшет, я потянулся к бару, но резко остановился, когда услышал непонятный грохот на втором этаже.

– Совсем не смешно, – пробормотал, поднимаясь на ноги, – не дом, а проходной двор!

Тихо поднявшись по лестнице, я заглянул в свою комнату, благо дверь до этого не открывал. Картина перед глазами меня поразила до глубины души. Голые мужики ко мне в кровать еще не залезали. А этот не только залез, но и активно пытается слиться с общей обстановкой, накрывая себя покрывалом и подушками.

Включив свет, я никак не ожидал, что раздастся вопль.

– С ума сошел! – зашипел я, – весь дом разбудишь!

Но в данном случае я волновался только о Веронике, которую этот неандерталец мог напугать.

– Рот закрой! – но куда там, верещал мужик хуже бабы, поэтому пришлось ему заехать кулаком в скулу.

Желаемого эффекта я не достиг. Нет, ор прекратился, но только потому, что кто-то упал в глубокий обморок.

– Лишь бы не убил, – накрыл глаза рукой, даже не представляя, как буду уничтожать Ольгу.

Именно в этот не радостный момент пришли мои архаровцы, которые точно так же, как и я смотрели на “римского полководца”, закутанного в простыню.

Никита почесал заросшую щетиной щеку и цокнул. Илья поджал губы и размял шею.

– Что будем делать? – задал вполне закономерный вопрос.

– Закопаем, – вздохнул Никита, – можно прямо в этом же лесу.

– Или в соседнем.

– Не надо никого закапывать! – в комнату ворвалась Вероника, с волнением посмотрела на меня, потом на парней, которые продолжали гипнотизировать тело мужчины.

– О! – воскликнула Ника, – знакомые пятки!

– Что значит, знакомые? – вспылил я.

– Я их видела в постели у Ольги, когда заходила в ее домик с разборками, – стала оправдываться девушка, – вот эта татушка на щиколотке в виде птицы сразу привлекла мое внимание. Подожди, а ты что подумал?

Девушка недовольно сложила руки на груди и требовательно уставилась на меня.

– Если этот здесь, – не стал обращать внимание на данную позу, а то взгляд немного съезжал вниз и мешал думать, – то кто тогда с Олей?

– Надо узнать! – кивнула Ника, – и этого прихватим!

Парни скривились, но горе-любовника подхватили, чудом не потеряв набедренную повязку.

– Вы это, – предупредил их, – несите аккуратно! Чтоб он своими частями тела мне тут не сверкал.

– Так неудобно! – пожаловался Никита, – если нести иначе, можно головой его обо что-нибудь задеть.

– Лишним не будет, – пожал плечами и стал спускаться вслед за Вероникой, которая успела не только в свою комнату зайти, но и халат на плечи накинуть.

– В путь! – усмехнулась девушка, злорадно потирая ладони, – возмездие возмезднулось!

Мне хотелось расхохотаться, несмотря на нелепость и абсурдность ситуации. После фразы Солнцевой, сразу вспоминался номер из КВН. Но я себя сдержал.

Мы толпой двинулись в сторону домика, где проживала Ольга. Рядом с деревянным срубом стоял внушительных размеров внедорожник. Ника сразу же как-то притихла и тяжело вздохнула.

– Это машина Разумовского Максима Евгеньевича, – тихо сказала она и даже чуть попятилась назад, словно сомневалась в том, что стоит заходить.

– Просто чудесно! – радостно воскликнул и постучал в дверь, – есть кто дома?

Дверь нам моментально открыл грузный и очень недовольный мужчина, но его лицо моментально разгладилось, стоило узнать меня в лицо.

– Роман Юрьевич, ты ли это?!

– Это я, Максим Евгеньевич, это я! – мы с мужчиной обменялись рукопожатиями, пока за его спиной бледнела Оля, а стоящая рядом со мной Ника открыла от удивления рот.

– А что так поздно? – мужчина посмотрел мне за спину и увидел…

– Мы с подарком! – радостно сообщил, отступая в сторону, позволяя Никите внести тело, – немного помял его, потому что никак не ожидал увидеть в своей комнате. Но, думаю, он даже цел, если парни ни обо что его не ударили.

К сожалению, пока не ценный груз складывали на пол, то кто-то успел наступить на покрывало, которое открыло все, что открывать было нельзя. Лично я Веронике глаза ладонью закрыл сразу, Максим нахмурился, а Оля пискнула.

– И поговорить надо… – добавил суше, чем хотелось бы.

– Уже понял, – мужчина перевел строгий взгляд на Ольгу, – натворила ты дел, натворила…

Девушка поджала губы, но слезы стоически держала. Парни же между тем прикрыли стратегические места любовника Ольги, а я убрал ладонь от лица Вероники.

– Давай так, – тяжело вздохнул Максим, – я сейчас тут пару вопросов решу и к тебе зайду. Выпить есть что?

– Найдем, – кивнул, соглашаясь с таким раскладом дел.

Обратно шли не так бодро, потому что было о чем подумать. Как ни странно, криков за спиной не раздавалось, а все потому, что суровый Максим Евгеньевич, хозяин канала, на котором будет идти шоу с моим участием, обладал стальной выдержкой, но убийственным взглядом. Он говорил тихо, размеренно, а уже хотелось пристрелиться.

Мы с ним познакомились на одном из вечеров, и сразу же нашли общие темы для разговора, уйдя в кабинет, где не было шума, гама и разодетых тел. После непродолжительной беседы остались, друг другом, довольны.

И вот наши пути снова пересеклись.

В домике моментально достал и поставил на стол всю выпивку. Вероника суетилась на мини-кухне, делая нам закуску.

– Ты завтра встанешь? – уточнила она, поглядывая на дверь.

– А куда я денусь, – усмехнулся, – если только проект не закроют.

Максим пришел быстро. Оценил наше гостеприимство, уселся на кресло и на мгновение прикрыл глаза.

– Мне попался договор, который составили для тебя, – выдохнул он, – нахожусь в глубочайшей депрессии от непрофессионализма некоторых.

– Я выбил себе много плюшек!

– Правильно сделал! Чего мне сразу не позвонил?

– Стало в какой-то момент даже забавно…

– Чувство собственного достоинства взыграло? – уточнил он, а потом махнул рукой, – и не только! Знаю, знаю, решил проучить!

– Именно, – нисколько не скрывался я. Да и зачем, Максим точно такой же, как и я – сама прямолинейность.

– Полностью одобряю твою позицию и даю все