Сердце химеры - Анна Сергеевна Платунова

Маргарита давно смирилась с таким положением вещей и не пыталась ничего изменить. Она понимала, что Агатой движет зависть к благополучной родственнице. Она видела лишь богатство, юность и бесконечную любовь Скайгарда к своей жене и дочери. А Маргарита никогда не напоминала, через что ей пришлось пройти, чтобы получить все это.

В конце концов, она навещала родителей, а не Агату, и вполне способна была вынести несколько совместных часов и два кислых лица за столом.

Вот и в этот раз Агата и Бетти выплыли, словно две грозовые тучки, всем видом показывая, что Маргарита и Нари не слишком-то желанные гостьи.

– Ма-ам, – Нари вдруг узнала на кузине одно из своих платьев, то, что ей купили как раз для лета. Маргарита тоже узнала его, но качнула головой и сжала руку дочери под столом.

– Пусть, – тихо сказала она. – Купим новое, какое захочешь.

Нари только вздохнула. Она не понимала, почему ее мама, самая добрая и чудесная, должна подстраиваться под этих неприятных людей. Нет, бабушка и дедушка еще ничего и, кажется, искренне ее любят. Да и дядя Риан вполне сносный, особенно когда один, без своей жены, похожей на бочку. Но тетя Агата и Бетти вызывали у Нари чуть ли не желудочные колики.

– Замуж еще не собираешься? – первым делом поинтересовалась Бетти.

Кузина вбила себе в голову, что она первостатейная красотка. Не иначе как потому, что наряды юной леди Арне заказывали в лучших швейных мастерских Селиса, а прически ей делала служанка, которую обманом и посулами переманили у дяди Хальдора, – у девушки действительно были золотые руки. Нари, которая любила распущенные волосы и удобные платья, казалась своей двоюродной сестре простушкой.

Нари не собиралась ничего рассказывать вредной Бетти, да и мама, она знала, тоже промолчит о том, как все сложно сделалось сейчас в ее жизни. Но бабушка не смогла утерпеть. Она уже успела пообщаться со старшим лордом и теперь, сияя румянцем, с гордостью произнесла:

– Наша Нари скоро станет женой принца!

Видно, бабушке стало обидно за свою первую внучку. Нари же готова была сгореть со стыда. Она сама не знала почему, но при воспоминании о том, что между ней и принцем Ареном заключен договор и что через год она обязана стать его женой, щеки ее начинали пылать, а сердце колотиться. Вовсе не от счастья, как можно было бы подумать. Мысль о том, что она теперь невеста наследника, пугала ее.

Правда, новость о скором замужестве сбила с Бетти всю спесь. Она помрачнела, буркнула: «Посмотрим еще!» – и до конца вечера молчала. А Нари и рада была этому – разговоров о своем будущем замужестве она бы не перенесла. Хотя бабушка настойчиво пыталась разузнать подробности смотрин, и Маргарите пришлось пообещать, что после ужина она обязательно все расскажет ей наедине.

– Дочь пока не привыкла к мысли, что скоро станет женой. Эти разговоры расстраивают ее, – сказала Маргарита, и Нари была благодарна маме, что хотя бы на время ужина она избавлена от необходимости вспоминать о короле и Арене.

А после ужина Нари, извинившись, убежала в свою спальню – бывшую детскую Маргариты. Она хотела не столько побыть в одиночестве, сколько проверить, плотно ли закрываются окна и получится ли открыть их самой. Спальня находилась на втором этаже, но юную драконицу это не пугало: пусть хоть на крыше, даже удобнее взлетать.

Ей повезло: окно оказалось не заколочено, только немного рассохлось за зиму. Нари распахнула створки, впуская в комнату свежий воздух, напоенный ароматом цветов. Вечером все цветы и травы начинали благоухать так сильно, что от их запаха немного кружилась голова. На плато воздух был чистым, словно вода в горном ручье. А в мире людей все было такое пахучее, такое… Нари долго не могла подобрать подходящего слова. Такое живое!

Она высунулась в окно, наклонилась, почти свесилась с подоконника, набирая полные легкие этого удивительного воздуха. Сердце теснило странное чувство, которому не было объяснения. Радость от того, что все задуманное идет по плану. Волнение перед предстоящей дорогой – уже послезавтра она шагнет вниз с окна, взмоет в вечернее небо и отправится в Селис. Совсем одна! Нари еще никогда не летала одна, всегда только с родителями или дедушкой. Предвкушение встречи с тем, кто прочно обосновался в душе! И страх, настоящий ужас от мысли, что он не придет!

– Нари, доченька, ты не спишь? – раздался у двери мамин голос.

Нари вздрогнула, точно ее застигли на месте преступления, но тут же приказала себе успокоиться: ничего плохого она пока не совершила.

– Нет, мама! Заходи!

Маргарита пришла пожелать доброй ночи, но Нари догадалась по ее лицу, что мама не просто так желала ее видеть.

– Ну, говори уже, – улыбнулась она. – Я ведь тебя знаю! Ты что-то хочешь мне сказать!

Ри взяла дочь за руку, погладила по волосам, словно та снова стала маленькой несмышленой девочкой:

– Доченька, если ты задумала встретиться с ним…

«С ним!» Она так это произнесла, что не оставалось никаких сомнений, о ком идет речь – о Керине. Нари замерла. На секунду ей показалось, что мама раскусила ее план.

– Обещай мне не делать этого, Нари! Он спас твою жизнь, а мы спасли его. Вы в расчете. Драконы и химеры – два разных мира, которым лучше не пересекаться. Ты пока не понимаешь… Просто поверь мне! Твой папа рассмеялся, когда я поведала ему о своих опасениях. Сказал: «Дракон и химера? Такого даже в сказках не случалось!» Но я-то видела, как ты смотрела на него! Ты надеялась… Обещай мне, Нари, что ты не полетишь к нему!

– Обещаю… – прошептала Нари. – Конечно, мама…

Успокоенная Маргарита поцеловала дочь в висок и ушла, пожелав добрых снов. А Нари долго сидела на постели, сжавшись в комочек. Она обманула маму. Она не собиралась сдерживать свое обещание.

Глава 4

Весь следующий день Нари пыталась изображать беззаботную девушку. Упросила бабушку показать цветы, распустившиеся в саду, и делала заинтересованный вид, когда дедушка рассказывал о том, что планирует пристроить к дому крытую террасу. Даже недолго поболтала с Бетти, выслушала ее жалобы на то, что родители не устраивают приемов. А если нет приемов, то не появится и женихов.

– Тебе хорошо! – надула губы кузина. – К тебе женихи сами в очередь выстраиваются, хотя в тебе-то ничего особенного нет. Жизнь очень несправедливо устроена!

Нари не стала говорить сестре о том, что иногда от женихов лучше держаться подальше.

Вечером, как бы между прочим, Нари подсела к маме и осторожно спросила, может ли она рассчитывать на новое платье. С