С оттенком помешательства - Лена Лорен

Мой телефон вновь завибрировал, на экране отобразилось новое сообщение. Только вот номер был не из списка контактов:

"Время скоро восемь... Ты идешь или уже передумала?"

Ян. Блин...

"Что-то я не знаю даже. Я не уверена, что хочу..."

"Подумай... Уверен, ты сделаешь правильный выбор, малышка".

Ой, не нравится мне, что Ян позволяет себе фамильярничать.

И как быть? Что делать-то? Ну не отправляться же мне домой? Я что, зря три часа провозилась за сборами?!

Долго изводить себя противоречивыми мыслями мне не пришлось, поскольку подъехал нужный автобус. Посчитав это знаком свыше, я запрыгнула в него и нашла себе свободное место за водителем. У окна, как люблю. И из этого окна, как мне показалось, я увидела машину Севера. Припаркованную у его дома. Самого Севера я в ней не разглядела. Не успела.

"Лера, я убью тебя, если через час ты не явишься!" — не смогла не отправить подруге предупредительное сообщение.

Глава 8. Преследование

Север

К словам отца я все-таки прислушался.

Нет, вовсе не к тем, где он предупреждал меня держаться от Зориной подальше. Это было исключено. Невозможно. Бесполезно. Яркое тому доказательство, что после его ухода я решил вломиться в дом Зориной, но вовремя одумался. Я лишь немного понаблюдал за ней со двора, пока она не опустила чертовы жалюзи.

А дальше по наставлению отца я спустился в тренажерный зал и следующие два часа показались мне не столько разрядкой, сколько издевательством над боксерской грушей. Неудивительно, ведь на ее месте я представлял себе того мудилу. Самоубийцу, что посмел позариться на "мое".

Мысленно я расправлялся с ним. Удар за ударом. Атака за атакой. Резко, хлестко, точно контрольный выстрел в голову. Со всей отдачей. По почкам, в челюсть, коленом ниже пояса.

В какой-то момент груша не выдержала такого напора и жестокости. Сорвалась с крепежного крюка. С "мясом".

Оно и к лучшему, потому что к концу "акта насилия" я уже не чувствовал ни рук, ни ног. Выдохся и эмоционально, и физически. Но мне заметно полегчало. Убивать уже не хотелось. Только наказывать. Сладко мстить.

Во время душа я расслышал звук рингтона, доносящийся из колонки, к которой был подключен мой телефон. Через несколько минут звонок повторился. Только после третьего звонка я удосужился подойти к телефону.

— Брат, ты где гасишься? Мы же договаривались созвониться после треньки! — Рамиль показывал мне свой гонор.

— Из головы совсем вылетело, — ответ прозвучал в резкой форме и несколько нервно, на что Горда выматерился. — Так и че хотел?

— На вписку пойдешь сегодня? Наши все вроде как собираются.

Вписка...

Хороший способ отвлечься. Всяко лучше, чем торчать дома и потихоньку сходить с ума, круша все вокруг.

— Я не получал приглашение, — тем не менее ответил.

— Так и я не получал. Лекс вчера зависал у Бергера, а тот попросил его позвать всех, кого знает.

— Лекс меня не звал.

— Звал! Еще с утра! Чат проверь! — проорал как оглашенный, едва не оглох. — Или тебе нужно особое приглашение? Розовое, надушенное и с бантиком?

Убрав телефон от уха, свернул звонок и открыл наш пацанский чат. Сверху было закреплено сообщение, символично начинающееся с трех восклицательных знаков:

"Парни, сегодня на вечер ничего не планируйте. У Бергера вечеруха намечается. Сборы в 20:00. С собой ничего брать не нужно, кроме пачки гондонов. Остальное — за счет заведения."

Заманчивое предложение, конечно. Только вот с Бергером у меня нет ничего общего, кроме пристрастия к хоккею. Нет, мы никогда не были в контрах. Просто общение у нас еще со школьных времен как-то не заладилось. Нам было параллельно на существование друг друга. Его уход из команды я даже не заметил, как в общем-то и возвращение. Что есть, что нет.

Да и не это главное. Начало ведь в восемь, а это время у меня уже занято другим (более важным) человечком...

— Я не могу в восемь. Никак не получится, — отрезал, пока не передумал.

— Почему?

— Потом расскажу, — коротко отделался.

На самом же деле я не планировал рассказывать о Лине. Никому вообще. Пацаны и без того в последнее время начали что-то подозревать... Мне пока достаточно и того, что отец все просек. Но отец-то — мужик понимающий, хоть и обломщик редкостный.

— Лады. Тогда подтягивайся, когда освободишься. Все равно все самое интересное начнется, когда все уже "зальются".

— Посмотрим, Рамилька. Смотря как разрешится... одно дело.

Горда на мой комментарий вопросительно хмыкнул. К счастью, расспрашивать ни о чем не стал:

— Короче, я тебя предупредил. А там решай как знаешь. На созвоне, если что.

Все последующее время я высматривал Зорину из окна. Моргнуть боялся. Только бы не пропустить.

И вот она показалась у себя во дворе... Вся такая легкая и воздушная... Выплыла подобно белоснежному облаку из-за грозовой тучи и озарила собой все вокруг. Нарушив мой сердечный ритм до двухсот ударов в минуту. Своровав весь запас воздуха из легких.

Зараза мелкая! Все-таки решила поступить по-своему!

Недолго думая, я смел с полки ключи от дома и тачки, а дальше все как в тумане. Ноги сами вывели меня на улицу. Отправили вслед за ней. Строго по ее следам. За тянущимся шлейфом ванильного аромата. Чем не маньяк, выслеживающий новую жертву?

Лина держала путь к гимназии. Я же старался не наглеть — соблюдал стометровую дистанцию и давал себе мысленный подзатыльник, как только увеличивал шаг.

Нельзя! Заметит — не смогу вычислить того ублюдка. А мне кровь из носа надо знать, что за смелый тип такой нарисовался на моем пути!

Когда Лина остановилась у автобусной остановки, я укрылся за грузовичком, припаркованным у дома Макса. Сталкерша хмурилась, озиралась по сторонам, а я буквально заламывал себе руки, только бы не достать телефон из кармана. Достал. Даже память напрягать не пришлось, чтобы вспомнить как она записана в контактах. А текст сообщения вообще набрался на автопилоте:

"Время скоро восемь... Ты идешь или уже передумала?"

Она улыбнулась экрану своего телефона и, высунув кончик языка, принялась набирать ответ:

"Что-то я не знаю даже. Я не уверена, что хочу..."

Ну пиздец...

Моментально гадко внутри стало.