Ренни - Джессика Гаджиала

— Возвращаемся в лагерь Приспешников.

Слова приземлились с ударом, заставив меня почувствовать, как мои плечи опустились под тяжестью. — Что? Нет. Абсолютно нет, Ло.

— Мина, произошли некоторые новые события, и им нужны профили.

— Так пришлите мне имена. Я буду делать их отсюда. Или, знаешь ли, у них там тоже есть свой собственный профайлер.

Ло кивнула. — Так и есть. И Ренни хорош, но он тоже хочет тебя. Он думает, что ты более объективна в этой ситуации, и он думает, что вы оба, кажется, улавливаете разные вещи о людях. У тебя другой профиль, и это действительно важная работа, которую он не может испортить. Рейн хочет тебя и готов заплатить за это втрое больше твоей обычной зарплаты.

Втрое больше

Втрое больше?

Дело в том, что таких как я было не так уж много, и определенно не было многих с таким положительным послужным списком, как у меня. Так что из-за этого я готова была убить. Действительно, это было показное зрелище. Конечно, я работала на Хейлшторм, так что для меня это была сделка на шестьдесят на сорок, с большим куском. Но даже без сорока процентов это было больше денег, чем мне нужно. Особенно учитывая, что я жила в Хейлшторме. Мы могли, и часто делали это, двигались дальше и получали свои собственные дома за пределами комплекса. Но поскольку я так много путешествовала, это было непрактично. Вместо этого я потратила слишком много денег на хорошие отели и полеты первым классом, полагая, что нет причин немного не наслаждаться своим доходом.

Но в три раза моя зарплата была, честно говоря, немного завышена.

— Он что, с ума сошел? — спросила я. — Я спрашиваю об этом искренне. Он сошел с ума? Неужели стресс так подействовал на него?

— Он просто осторожен, Мина. Он не может позволить себе быть беспечным прямо сейчас, совершать ошибки. Таким образом, он платит достаточно, чтобы ты не могла с чистой совестью отказаться от этой работы.

Правда, за трехкратную зарплату, могла ли я? Как бы мне ни хотелось сказать «нет», чтобы избавить себя от путаницы и стресса, я действительно не думала, что можно отказаться от таких денег. Черт, я могла бы купить на них дом, если бы захотела.

— Но есть одна загвоздка, — добавила она, привлекая мое внимание.

— Конечно, есть, — фыркнула я. Я должна была догадаться, что так оно и есть. — В чем дело?

— Ты вроде как работаешь под прикрытием, — уклончиво ответила она.

— Под прикрытием, в смысле в лагере МК? Я люблю тебя и Хейлшторм, Ло, — сказала я с ухмылкой, — но мне все равно, сколько он мне платит, я не собираюсь быть клубной шлюхой.

Она рассмеялась. — Можешь себя представить? — спросила она, качая головой. — Я думаю, что клубные шлюхи сейчас находятся в полубессознательном состоянии. Нет, я бы никогда не стала буквально сводничать с тобой, детка.

— Что тогда? Я думаю, что Мейз была ярким примером того, что они немного отстали в вопросе равенства женщин среди членов клуба.

— Вот в чем дело, — сказала она, наконец приступая к делу. — У Приспешников появились новые планы. Они хотят начать принимать кандидатов и снова увеличить свою численность. Но они хотят быть осторожными. Им нужен кто-то внутри, чтобы обратить пристальное, но ненавязчивое внимание на новых парней. И быть там постоянно, так что…

— Нет, — сказала я, качая головой.

— Тебе нужно быть чьей-то старухой. И так как все уже заняты…

— Нет. Ни единого шанса. Не за миллион долларов, Ло.

— Никто не говорит, что вы должны быть парой. Ты будешь играть свою роль. Ты бы просто играла.

Нет, мы бы не играли.

Дело в том, что, если мы с Ренни начнем притворяться байкером и старушкой, что ж, произойдет неизбежное.

— Этого не произойдет. Мне жаль. Я не могу.

— Почему? — спросила она, и я поняла, что ее взгляд насторожил меня. — Потому что ты не доверяешь себе рядом с Ренни? Правда, детка, я думала, что мы обучили тебя лучше, чем это.

Это был удар ниже пояса, и она это знала.

Но я не ответила.

Конечно, у меня была гордость, и это замечание задело ее. Но я не собиралась разрушать свое эго. Я была умнее этого.

— Хорошая попытка. Но нет.

— Мина, — сказала она, ее голос стал мягче, более разумным, — что, если один из них подставной? Что, если они собираются их убрать? Ты знаешь этих парней, женщин и детей. Ты хочешь, чтобы это было на твоей совести, если все пойдет наперекосяк?

Она была права: я провела там достаточно времени, чтобы познакомиться со всеми лично. Рейн с его грубостью и способностью ставить себя выше всех. Кэш с его нежностью, его хорошим настроением, его способностью любить. Репо с его глубокой преданностью. Дюк и его стойкость. И Ренни, ну, с его различными положительными качествами, о которых я даже не хотела думать.

Потом была Саммер с ее милой жесткостью. Там была Мейз с ее задирством. И была Пенни с ее невинной добротой.

Дети, ну, само собой разумеется, что я никогда не хотела, чтобы с ними что-то случилось. Они были настолько невинны, насколько это вообще возможно.

— Зачем делать это сейчас? Зачем делать это в комплексе? Пусть ребята будут за пределами, пока профили не будут сделаны, чтобы никто не подвергался риску.

— Потому что, несмотря на то, что дерьмо попадает в вентилятор, есть традиции. Вот как это делается, как это всегда делалось, как это будет продолжаться в будущем. Это, прежде всего, братство. Кандидаты должны быть привлечены и обучены в соответствии с этим менталитетом. И, может быть, отчасти это связано с тем, что ребята хотят мучить новых парней стрёмными заданиями. Им не помешало бы немного развлечься после всех стрессов.

— Ты не понимаешь, о чем просишь меня, Ло, — сказала я, эмоции проскальзывали в мои слова.

— Детка, это не пытка. Ты сидишь на заднице в клубе большую часть дня. Ты притворишься…

— Влюбленной в Ренни, — вставила я. — В похоти к Ренни.

— Надень свои большие девчачьи трусики, Мина, — предложила она немного грубовато. Затем, чтобы смягчить удар, потому что, хотя мы обе знали, что она босс, и я в конечном счете должна была делать то, что она сказала, или рисковать своей задницей, мы все еще были друзьями, и ей не нравилось вытаскивать карту босса, если ей не нужно было, она добавила, — И, возможно, Ренни снимет их с тебя. А может, и нет. Ваша личная жизнь — это ваша личная