Больше чем шеф - Лиза Лэйн

— Давай поедим, мне нужно тебе кое-что рассказать.

В глазах Марка мелькает замешательство смешанное с тревогой, и я спешно успокаиваю мужчину.

— У меня есть план, как можно попытаться вернуть твою репутацию.

Я расставляю еду на столе, достаю приборы и бокалы из шкафа. Марк привез столько еды, что мы можем неделю не выходить из дома.

— Ты настолько голодный? — обвожу я стол рукой.

— Еды мало не бывает, — ухмыляется Марк.

— Ты поэтому открыл первый ресторан?

— Именно, чтобы иметь неограниченный доступ к кухне.

Я смеюсь и разливаю по бокалам сок. Пока мы едим Фо-Хо с грибами и телятиной и фреш-салат с манго и курицей, я рассказываю Марку о том, что задумала.

— Мне кажется, эти два центра то, что нам надо. Сам посуди, ты — владелец нескольких ресторанов высокой кухни жертвуешь деньги в помощь благотворительной кофейне. Ты не просто куда-то переводишь бездумные транши, а четко понимаешь что и зачем делаешь.

Марк внимательно, и, что самое главное, заинтересованно слушает меня, поэтому я воодушевляюсь.

— Бариста в этой кофейне — воспитанники центра, которые в нем же и получили профессию. Ты поддержишь центр, кофейню, а также продемонстрируешь, что тебе не безразлична судьба сферы питания и обслуживания людей.

— Хорошо, с кофейней «Просто» я понял, — потирает подбородок Марк. — А что за второй фонд?

— Это фонд помощи бездомным «Ночлежка». У них есть акция «Ночной автобус». На нем каждый вечер курсируют волонтеры, чтобы накормить горячей едой бездомных. Можно связаться с центром и какое время обеспечивать этот автобус едой. Не просто переводить туда деньги, а еще и готовить на кухне «Есенина» для фонда.

Глаза Марка округляются, и я поспешно добавляю.

— Это звучит немного бредово, но «Ночлежке» помогают многие крупные компании, сам посмотри, — я открываю нужную страницу в поисковике и сую телефон Марку под нос. — Вот, в разделе «нам помогают компании» собраны все, кто оказывать благотворительность. Я думаю, что для «Есенина» это отличный шанс показать, что все сотрудники ресторана ценят человеческую жизнь. И те, от кого отказались, казалось бы все, нам не безразличны. «Ночлежке» так же можно жертвовать какую-ту сумму ежемесячно, но еще и принимать участие в акции с автобусом.

Я поднимаю глаза на Марка, в ожидании его реакции. Он выглядит озадаченным, и я на секунду думаю, что лезу не свое дело. Но оставаться в стороне и наблюдать как дело всей его жизни идеи ко дну просто не могу. Наконец, я не выдерживаю.

— Ну, что ты думаешь?

— Я думаю, — Марк задумчиво смотрит на меня, — о том, что ты чудо.

Я нервно смеюсь от его слов, но мужчина и не думает улыбаться.

— Не смейся, я совершенно серьезно. Твой план звучит отлично, и я завтра же поручу сотрудникам связаться с фондами и выяснить какую поддержку мы можем им оказать. Мне и в голову такое не пришло, а ты мало того, что додумалась, так еще и все выяснила.

— Мне не безразлична судьба ресторана.

— Только ресторана? — Марк игриво шевелит бровями.

— Дай-ка подумать? — я делаю вид, что задумалась. — Ну может и не только. Может еще немного судьба его владельца. Только если совсем чуть-чуть.

Я развожу большой и указательный палец, так, что между ними едва остается пространство. Марк выгибает бровь и пододвигается ко мне.

— Всего лишь вот настолько? — кивает он на мою руку.

— Ну может настолько, — я развожу пальцы чуть шире.

— Маловато, — хмыкает Марк. — А я то думал, что интересен тебе хотя бы так же как и ресторан.

— Не-е-ет, — притворно закатываю глаза. — Никто не может соперничать с рестораном.

Марк заливисто смеется, и я с удовольствием смотрю на него. Последнии дни с лица мужчины не сходит хмурое выражение лица. Вечно сведенные брови, плотно сжатые челюсти, а его искренний смех, я забыла, когда слышала последний раз. Поэтому от этого звука в моей груди разливается тепло. Марк прекращает смеяться, но улыбка не исчезает с его губ. Мы недолго смотрим друг на друга, и я, наконец, встаю из-за стола. Марк поднимается следом.

— Помочь тебе убрать со стола?

— Нет, спасибо, — я собираю остатки еды в контейнеры, а грязную посуду ополаскиваю под краном. — Ты останешься?

— Если ты не против.

— Завтра я планировала съездить к маме, — пожимаю плечами. — Но это будет не раньше обеда, так что утром мне никуда не надо.

— Значит останусь, — Марк целует меня в щеку и направляется в комнату. — Кстати, — он оборачивается на пороге. — Я тут с отцом сегодня говорил. Они с мамой приглашают нас на ужин.

Я чувствую как холодеют мои ладони и поворачиваюсь с мужчине.

— В смысле нас?

— Ну меня и мою девушку. Ты же моя девушка, — Марк наклоняет голову набок, и улыбается уголками губ.

— Твоя, — таращусь я на него.

— Ну значит они ждут нас — тебя и меня. Ты не против?

— Ээээ… Нет, конечно, нет. Просто это неожиданно, вот и все.

— В любом случае, это случится не в ближайшие пару дней. Просто я хотел тебя предупредить.

Он, наконец, выходит с кухни, и я прислоняюсь поясницей к столешнице. Вот тебе и новости. Ужин с родителями Марка. Очень не вовремя, да и вообще. Мы вместе что-то около месяца, я не готова к такому шагу. Как-то очень серьезно и официально. Паника накрывает меня как школьницу. Нет ничего страшнее, чем родители твоего мужчины, особенно в момент знакомства.

Из размышлений меня выдергивает звук полученного сообщения на телефон. Я ополаскиваю последнюю тарелку и ставлю ее в посудомойку. Когда машинка начинает набирать воду, ополаскиваю руки под краном и вытираю их полотенцем. На дисплее горит смс-ка от неизвестного абонента. Я нажимаю на экран и с удивлением вчитываюсь в послание:

«Говорят сегодня ты не стала прислушиваться к советам? Очень жаль. Мне казалось, что ты умнее. Подумай, стоит ли Михельсон твоей поломанной жизни?»

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 12. Марк

Пока Агата моет посуду, я лежу в комнате перед включенным телевизором и не смотрю его. В голове все время прокручивается наша встреча с Ильей. И да, это был очень сложный разговор:

«Когда я приехал, он поучал