Дыхание магии - Анна Валерьевна Минаева

– Шерил!

Я вздрогнула, узнавая голос.

«Бежать. Затеряться в толпе!» – именно такими были мои первые мысли, но потом я взяла себя в руки, нацепила обворожительную улыбку и повернулась.

На фоне белоснежного храма с покатыми крышами стоял мужчина в светло-жёлтых одеяниях. В лучах заходящего солнца его каштановые волосы горели золотом.

Младший жрец Храма Старшего Бога улыбнулся и шагнул навстречу:

– Рад видеть тебя в хорошем расположении духа, моя будущая жена.

– А ты все так же лжёшь и не морщишься, – фыркнула я, отметая все правила приличия. – Зато как мастерски лжёшь, я даже верила тебе какое-то время.

– Я не понимаю о чём ты говоришь, – усмехнулся он. – Я никогда не лгал тебе.

– Даже сейчас лжёшь, – сморщила нос, – думал, провести мага воздуха? Как же ты наивен, простой человек.

Лицо Алеса исказила гримаса ненависти. Он явно не ожидал услышать от меня таких слов.

«Твоя «птичка» оказалась с зубами, парень», – в мыслях я радовалась маленькой победе, но понимала, что это ещё не конец.

– Ты коснулась букета, – почти рычал он. – Свадьбе быть!

– Я разорвала помолвку, Алес.

– Только через Ложу!

– Ты знаешь правила не хуже меня, – кажется мы начали привлекать внимание прохожих, – чародеи имеют право решать свою судьбу и судьбы своих детей без вмешательства Великой Ложи.

– Я не позволю тебе опозорить меня!

– Тебе ведь теперь не удастся провернуть задуманное.

– О чём ты говоришь? – притворно нахмурился парень.

– Если ты не отвяжешься, я поведаю твоему отцу то, что ты собирался сделать, – припечатала так, словно знала наверняка о планах Алеса.

Он резко побледнел, на щеках проявились яркие красные пятна.

– Ты ничего не докажешь, – прошипел он, нервно поглядывая по сторонам, будто прохожие, бросающие на нас заинтересованные взгляды, могли ему что-то сделать.

– Уверен?

Я блефовала. Видимо, азарт у меня в крови, не зря ведь брат просаживает все имущество в игральных домах, сестрица тоже должна чем-то отличиться. Например, начать угрожать одному из жрецов Старшего Бога.

– Алес, я предупредила, – постаралась додавить, – ещё раз увижу тебя на пороге поместья или узнаю, что ты называешь меня своей невестой, твой отец узнает обо всех твоих планах. Да и Ложа должна заинтересоваться информацией, которой я владею.

О, Братья-Близнецы, надеюсь я не перестаралась.

– Ты пожалеешь, – прошипел он, развернулся на пятках и быстрым шагом направился в сторону храма.

А я чувствовала себя так, будто выиграла на лошадиных ставках горсть золота и сразу же её проиграла. Меня била мелкая дрожь, словно не под тёплыми вечерними лучами стою, а на пронизывающем зимнем ветру.

Остаток пути проделала на такой скорости, что наверняка обогнала бы любой экипаж. Хотелось поскорее закрыться в комнате и все обдумать. Радость от поступления в Академию Двух Богов испарилась как роса поутру.

Открывая дверь поместья, вспомнила об утреннем инциденте. Почему-то ссора с Ваорлионом начисто стёрлась из моей памяти, будто было это не сегодня, а в прошлом году. Вздрогнув в очередной раз за этот длинный и насыщенный происшествиями день, вошла в прохладный, укутанный полумраком холл. Свечи в люстре были потушены, лишь несколько масляных ламп на стенах освещали помещение мягких тёплым светом.

По ступеням со второго этажа ко мне спустилась тётушка.

– Видела, как ты возвращаешься, – улыбнулась она. – Как все прошло?

– Я поступила. А почему тут так пустынно? – я огляделась, пытаясь найти причину беспокойства.

– Нириит с Ваорлионом ещё в полдень отбыли на несколько дней погостить в поместье Кутюн. Твоя матушка мечтает женить сына на младшей дочери маркиза. Часть слуг увезли с собой, чтобы не казаться нищими.

– Будто бы кто-то не знает, – вздох облегчения вырвался из лёгких, значит, сегодня можно спать спокойно, а поутру не обнаружить себя вновь запертой в покоях.

– Ты как раз подоспела к ужину, – тётушка указала подбородком в сторону коридора, ведущего в столовую. – Голодна?

– Не откажусь.

– Тогда пойдём. Сегодня мы с тобой тут одни, я дала прислуге выходной. Даже не помню, когда в последний раз Нириит отпускала их к родным.

И мне почему-то стало так стыдно. Вроде бы и не меня отругали, а матушку, но я ведь тоже тут прожила всю свою жизнь, могла бы что-нибудь сделать для этих людей.

В столовой горело несколько факелов, развешенных на стенах. Их совсем недавно приобрели в алхимической лавке и там заверяли о том, что гореть они могут практически сотню лет и никогда не повлекут за собой пожара.

Стол оказался накрыт на две персоны: несколько блюд и медный канделябр с тремя толстыми белыми свечами в центре.

Тётушка первая опустилась на стул с высокой спинкой и наградила меня улыбкой, от которой сквозило усталостью:

– Шерил, расскажи, как все прошло.

Я отложила в сторону вилку, хотя накинуться на прожаренное мясо под чесночным соусом хотелось настолько сильно, что это действие стоило мне огромных усилий.

– Так как моя стихия – воздух, то мне пришлось скидывать предметы со стола, искать выход из лабиринта, а под конец отвечать на кучу письменных вопросов. Кстати, ваши труды не пропали даром, тётушка. Знания, переданные мне, очень пригодились для сдачи последнего экзамена.

– Вот и хорошо, – улыбнулась женщина, отпивая из бокала. – А теперь приступай к еде, вижу я как ты на неё смотришь.

Вновь схватившись за вилку, я отрезала ножом огромный кусок и запихнула в рот с такой скоростью, что подавиться было бы проще, чем утолить голод. Тётушка наблюдала за мной и недовольно хмурила брови, но ничего не говорила, за что я была ей крайне признательна.

Утолив первый голод, я потянулась за кувшином с морсом, налила напиток в бокал и с удовольствием утолила жажду.

– И когда в Академию?

– Завтра.

– Так скоро…, – проговорила тётушка. – Не хочешь дождаться Нириит и Ваорлиона?

– Нет!

Маливика прищурилась, словно улучила меня в краже сладости с кухни:

– Рассказывай, что произошло сегодня утром?

– Если вы об этом спрашиваете, значит, знаете.

Вспоминать произошедшее уж очень не хотелось. Брат упал в моих глазах ниже некуда, матушка даже не попрекнула его. Хорошо хоть Драфок ребра срастил. Надо будет его как-нибудь отблагодарить.

– Шерил…

– Что?

– Осанка, – усмехнулась тётушка и, дождавшись, пока я сведу лопатки вместе, продолжила. – Знаю. Но хочу услышать это от тебя.

– Я не хочу об этом говорить, – тихо призналась, опуская взгляд. – Сегодняшнее утро показало мне настоящие лица родных людей и от этого очень больно. Пожалуйста, не заставляйте меня об этом говорить.

Маливика Селинер как-то странно на меня посмотрела и пожала плечами:

– Это лишь твоё право, Шерил. Никто