Эшелон сумрака - Анна Цой

— Ну и дура, — буркнула Веста.

Чем вызвала у меня в душе недоумение. Не она ли сама говорила мне, что я лезу куда не следует? А теперь…

— Почему уволили Нюру? — поинтересовалась я.

— А ты как думаешь? — вскинула глаза ко мне она, — шлялась по мужикам. Мери её даже в вагоне ихнем поймала пару раз ночью! — она махнула рукой на моё беспокойство, отразившееся на лице, — да не бери ты в голову! Ничего ей не будет, даже деньги за все дни заплатят! Да и не одна она идёт.

Последняя фраза была произнесена со смешком.

Я внимательно и с нетерпением ждала продолжения.

— Говорила я тебе с тем подавальщиком не шушукаться, так он другую дуру себе нашел! — огорошила она меня.

— Уил? — переспросила я.

— Откуда мне знать? — она отвлеклась на открывшую вагонную дверь Шагу, — ой, копуша! Шевелись резче, да ноги передвигай! Иначе мы ничего не успеем! И так сегодня повезло нам — день остановки. Солдаты обедают в городе. Иначе бы точно отправила тебя следом за Нюркой!

Я стояла хмурой глыбой льда, пытаясь отделить одну новость от другой.

— Мы будем останавливаться? — радостно переспросила девушка, — и сможем пойти в город?

Тут мои мысли остановились на подобном ей волнении и воодушевлении.

— Ишь чего захотела! Город! — ворчливо заметила Веста, — кто тебя отпустит то в него?! Да и банный день сегодня! Точно дурная голова покоя тебе не дает!

Мы с Шагой переглянулись и затихли, думая, кажется, об одном: что за банный день? Я всё это время даже не задумывалась о том, как мы будем мыться — в Эшелоне был только вагон с туалетом, даже таза для умываний предусмотрено не было. Что говорить, никто из всего женского вагона на ночь не снимал платья, в то время как я дома обычно оставалась в рубашке чтобы не портить одежду. Это показалось мне неприятным сначала, однако потом я нашла в этом некоторое удобство. И смирилась. Хотя без умываний каждое утро было непривычно.

Завтрак прошел в спокойствии — никто ничего мне так и не сказал, хотя, когда пришли поварята, то все они косились на меня, не понимая, что делать. Они слышали наш утренний разговор с тем слугой, потому и вели себя молчаливо, боясь сказать что-то лишнее. Мне повезло с тем, что этого не слышали Шага и Веста — это стало спасением от неудобных разговоров.

Стоило закончиться завтраку и уборке на кухне, как повариха объявила сборы. Нас подвели к тому самому большому шкафу с одеждой в отдельном вагоне, где Мери выдавала чистые комплекты. Толпа здесь была не такой большой, как я думала, потому что те, кто получили своё платье или костюм, выходили в служебную столовую, где и рассаживались по местам. Всё было достаточно просто, до того момента, пока к управляющей не подошла я.

— Тебе уже принесли новый, — она сунула в мои протянутые ладони сверток и хмыкнула, оставив в моей душе неприятное ощущение, — жаль, что ты не ушла к высшим — там бы тебя уже порвали.

Меня даже передернуло от её слов, настолько они были неожиданными и неприятными. Я опустила голову и отошла, пропуская недоумевающую Весту.

— Туфли, — бросила мне вдогонку Мери.

А после сделала шаг и практически толкнула ещё одним свертком в грудь. Я отшатнулась, холодея внутри.

— Сдурела, Мери?! — закричала Веста, — как с дуба рухнула! Чего на тебя нашло?!

Я уже шагала, сжавшись к двери, когда мне в спину прилетело:

— На меня нашло?! — управляющая почти вопила, — знаешь же, как ненавижу… девок! А эта…! — она что-то тихо прошипела, что я не услышала сквозь неприятный гул голосов вокруг, — моли господа чтобы тебя не уволили из-за неё!

Вагонную дверь я открыла со струящимися по щекам слезами. Сквозь них я не видела практически ничего, потому и очнулась только в тот момент, когда врезалась в кого-то и резко отпрянула, пробормотав короткое «Извините, пожалуйста».

— Лу, ты в порядке? — придержал меня за локоть Джеки, — сядешь со мной? Пошли.

Он потянул меня к двум пустым местам напротив хмурых Нюры и Уила. Села я, вытирая набежавшую влагу и пытаясь смотреть в стол перед собой.

— Мери — гадина, — произнесла девушка, — гадюка! Вечно ядом брызжет на всех!

Отвечать ей я не стала — не в моих правилах было кого-то обзывать. К тому же, я не хотела считать управляющую плохой. В какой-то степени она была права.

— Ты это… — решил тоже высказаться Уил, — не реви что ли.

Тут я кивнула, пусть глаза и не подняла. Было стыдно осознавать себя самой собой. Даже появлялась мысль сбежать на этой остановке.

— М-может оставишь меня, а? — неожиданно спросил мужчина, — я ж к тебе, как это… по-хорошему…

Его рука потянулась к моему лицу, отчего я даже опешила.

— Возьмешь на кухню и всё, — заставил вскочить меня он, — ты чего?!

Я не знала, что ему сказать — только пятилась, смотря на него расширенными глазами.

— Лушка! — схватила меня за руку Веста, — чего ты рядом с этим окаянным забыла? Пойдем-ка, разговор есть.

Она развернула меня, прилагая немного силы, а после подвела к столику, где уже сидела Мери. Мне пришлось очнуться и протиснуться к окну.

— Ну, давай! — скомандовала повариха.

Как оказалось, не мне:

— Прости, — выдавила управляющая, — мне показалось, что ты специально.

Я качнула головой и вжала голову в плечи.

— Пойдёт, — похвалила её Веста, — у Лушки с совестью проблем нету, в отличие от этих бесстыдников. И нашёл же время, дурень!

— А чего он… — начала было Мери, но её голос потонул в длинном гудке паровоза, от которого стало как то… странно на душе.

Я вскинула глаза к окну — мы уже проезжали мимо кривых деревянных домов в два этажа, из открытых ставень которых высовывались преимущественно дети. Пару раз я даже заметила, как их оттаскивают взрослые, будто боясь, что их кто-то сглазит, если увидит.

— Я надеюсь, ты отказала ему? — вернула меня в реальность ставшая строгой собой Мери.

Я кивнула.

— Она и слова промолвить не смогла, пока этот прохиндей к ней лапу тащил! Если б не я, то задавил бы, честное слово! — проворчала Веста.

— Какой это город? — тихо спросила я, наблюдая за тем, как закончились кривые домики и началась сперва большая каменная площадь, а затем высокий деревянный настил и длинная вереница строений в нескольких метрах.

Вот они уже были красивыми — каменными и ровными, будто даже не отсюда.

— Ширис, — ответила управляющая, — небольшой городок.