Клим - Дарья Данина

Чёрт. От него так приятно пахло.

Ну и воняешь же ты...

Да уж, представляю, как от меня разило в тот день.

Некоторое время мы шли молча. По узкой дорожке обошли автомобильную стоянку и свернули в сторону от главного здания. Чем дальше мы уходили, тем сильнее колотилось моё исхудавшее сердечко. Мы отдалялись от главного здания и приближались к небольшим строениям, похожим на беседки или же домики для посиделок.

— Третья, — тихо произнёс Клим, кивая вперёд.

Я сразу поняла о чём речь. Осторожно ступая по скользкой от мокрого снега дорожке, я всё крепче стискивала пальцы на его локте.

Приблизившись, стало ясно, что это зимняя беседка. Через окно был виден накрытый стол, пара кресел, скамья и небольшой диван. Клим открыл дверь своим ключом и раскрыл передо мной дверь. Я не стала тормозить, и виной тому были холод и липкие хлопья снега, которые с некоторых пор перестали меня радовать.

Оказавшись внутри, я ощутила как по телу прошла мелкая и приятная дрожь. Тепло коснулось шеи и мягко забралось под рукава пальто.

Я расстегнула пуговицы и прошла вглубь, замечая пар, исходящий от тарелок с первым блюдом. На скамье лежала пара сложенных пледов, а бутафория в виде камина оказалась вовсе не бутафорией.

— Проходи, — Клим мягко коснулся моей спины, словно подталкивая меня вперёд, — садись за стол. Самое время перекусить.

На несколько секунд остановившись посреди комнаты, я оглянулась через плечо и заметила, как он запер дверь изнутри. Следом он подошёл к каждому из широких окон и задвинул плотные тёмные шторы, погружая домик в густые сумерки. Зажёг пару ламп и снова посмотрел на меня.

Не дожидаясь очередного пинка, я всё же сдвинулась с места и опустилась в кресло, стоящее напротив стола.

В обоюдном молчании мы поглощали рассольник. Вкусный, как никогда. Разорвав лаваш на несколько кусков, Клим сложил их на тарелку и пододвинул ко мне.

— Спасибо, — просипела, смущаясь от того, как треснул мой голос.

— Пара-тройка килограмм тебе не помешают.

Возможно, он прав.

— Ты в тире когда-нибудь была?

Разорвав тяжёлое молчание, Клим поднял на меня холодный взгляд.

— Нет, — мотнула головой, переставая жевать, — то есть, да. Но я просто наблюдала. Не стреляла.

— Ясно, — он промокнул губы бумажной салфеткой и, скомкав ту, бросил на стол, — будем исправлять.

— Ты хочешь, чтобы я научилась стрелять? — венка на моей шее бешено запульсировала.

— Чему ты так удивляешься? — скептически улыбнулся, — я говорил об условиях твоей свободы. Слов назад не беру.

— Я говорила, что не способна на это.

— Скажи мне, Кира, — Клим откинулся на спинку своего кресла и, проведя языком по белым зубам, свёл светлые брови и склонил голову к плечу, — я, по-твоему, благотворительностью занимаюсь? Или у тебя есть другой выход? Не заставляй меня жалеть о том, что подобрал тебя. Потому что иной раз я думаю, что мне стоило тебя выкинуть из тачки и отдать Быку. Он мразь ещё та. И, поверь мне, тебя ждал бы ещё больший ад. Но я почему-то не сделал этого. А стоило бы...

— Я не говорю, что не благодарна за это, но...

— Ты как долбанная сука продолжаешь твердить мне о том, что не можешь жука раздавить. За идиота меня держишь? Ты не из робкого десятка, Кира. Я вижу тебя насквозь. А твои препирательства выводят меня из себя.

— Ты действительно хочешь, чтобы я кого-то убила? — мой голос заметно дрожал, — иначе что? Правда убьёшь меня?

— Ты любишь сюрпризы, м? — Клим неожиданно оттолкнулся от своего кресла, поднимаясь на ноги. Медленно обогнул стол и, возвышаясь надо мной, ногой сдвинул громоздкую мебель, освобождая себе место, и заставляя меня вздрогнуть от громкого скрежета. — вот и я не люблю. А ты стала очень неприятным сюрпризом в тот день, Кира. Неожиданным и раздражающим.

— Тогда избавься от меня? Просто отпусти? Я сделаю всё... кроме убийства. Что ещё я могу сделать?

Он протянул руку и его пальцы медленно обхватили мою шею. Ласкающим движением Клим провёл линию вдоль моего подбородка. Я открыла рот, но не могла произнести ни звука. Комната, прогретая камином, в один миг показалась самым настоящим котлом.

— А что ты можешь мне предложить? — резко стиснул пальцами мою глотку и потянул вверх. Из моей глотки вырвался хрип, а руки тут же взметнулись к его запястью. — Ты пригодна только для того, чтобы тебя трахали. — Его голос полоснул острым лезвием по натянутым нервам, — Это то, для чего тебя дрессировал Бык. Так, может, проверим, м? Оценим его и твои успехи?