Хорошая девочка для плохого мальчика - Елена Безрукова

Я обула легкие балетки и накинула куртку на плечи. Хоть и сентябрь на улице, но к вечеру довольно холодно. Ветер поднялся и местами накрапывает дождь.

Когда я вышла из подъезда, Даня увидел меня и покинул салон такси, вышел мне навстречу.

Вид у него был довольно встревоженный. Неужели так переживает за чужого человека? Мне почему-то это нравилось.

Как будто он сейчас и не засранец вовсе.

Как будто даже и человек…

Как будто даже и с сердцем…

— Ну что? — спросил он, подходя ко мне почти вплотную.

Я же отшатнулась в сторону.

Так сочувствовать мне не надо. Это уже слишком…

— Скорая приезжала, — ответила я. — Они сделали всё, что нужно. Слава богу, транспортировка деда не потребуется.

— Супер, — ответил он. — Значит, всё хорошо?

— Да… — ответила я, но вопреки моим словам по щекам снова побежали слёзы. Я так сильно перенервничала, что не могла держать свои эмоции и слабость под контролем. То, что Данил видел мои слёзы, слышал причитания там в машине, меня унижало. Я бы не хотела, чтобы он видел меня такой, хотела, чтобы он знал меня только с поднятой головой, но ничего поделать с собой не получалось. Я протянула ему деньги, пытаясь успокоиться хоть немного. Получалось откровенно плохо… — Вот… Возьми, это за… За табле…тки.

Парень в который раз за сегодня обхватил мои пальцы, чтобы якобы забрать деньги, но вместо этого неожиданно потянул меня на себя, практически заставив прижаться к его крепкой груди. Всё словно во сне было. Я зависла с деньгами в руке, мои пальцы — в его горячих, а животом и грудью я прижата к нему…

— А чё рыдаешь тогда опять? — спросил он хрипло. Карие глаза изучали моё лицо. А ещё мне показалось, наверное, но, кажется, Даня втягивал воздух возле моих волос, склонив ко мне голову… Что происходит?

Я смотрела на него во все глаза и никак не могла понять, что он делает, зачем, и почему я не убегаю?

— Я от облегчения, — ответила я, забыв плакать, словно завороженная вглядываясь в его карие глаза, пытаясь понять, что мы такое делаем…

— А, понятно, — хмыкнул он. — Женщины…

Он всё-таки забрал деньги из моих окаменевших от волнения пальцев.

И вдруг я словно очнулась от сна.

Вывернулась из его рук и отошла на шаг от него, вглядываясь так, словно видела перед собой как минимум пришельца.

Даниил говорит про Назара всякое, а сам тоже не прочь поприжимать к себе девчонку, пользуясь её состоянием!

Ох уж эти близнецы!

Кое-в-чем они всё-таки похожи — своей наглостью.

— Спасибо тебе за помощь, — поблагодарила я его. — Ты сегодня очень выручил меня.

— Пожалуйста, Бэмби, — усмехнулся он. — Может, мне положена награда?

17.

Этой фразой он перечеркнул одним махом всё то, что он сделал для меня сегодня.

— А это у вас семейное, да? — спросила я, смерив его презрительным взглядом.

Всё, что в этот день между нами промелькнуло человеческого испарилось как морок.

Показалось мне, что он может быть человеком с сердцем.

Он не человек никакой, а машина, просчитвающая выгоду. Хотя, может быть, при таких родителях, это вполне обычное поведение. Это я не привыкла к роскоши, и всё, что у меня есть есть — моя душа и пытливый ум, а в головах этих вчерашних детей балом правят деньги.

— Что именно? — с интересом смотрел на меня Даниил. Я, кажется, заинтриговала его этой фразой.

— Вымоглательства и корысть, — ответила я. — Один за свободную парту свидание потребовал. Второй — за помощь больному человеку… Кстати, что же потребует второй брат?

— Назар за парту выторговал свидание? — рассмеялся вдруг он.

— Представь себе. А что смешного? — пожала я плечами.

— Да так, ничего, — улыбнулся каким-то своим мыслям Даня.

— Так что потребует второй брат? — я сложила руки под грудью, приняв не самую дружелюбную позу из всех возможных.

— Ну, я то-тебя на свидание звать не стану, Бэмби, — ухмыльнулся наглый мажор. — Если ты подумала об этом.

Ну-у… Если честно, в мою голову пришли пара странных мыслей, за которые я уже мысленно надавала себя по рукам.

Например, что Даня снова потребует поцелуя, как на лестнице, когда я оступилась в лицее, а он меня поймал…

Я бы, конечно, же отказалась, но…

Мне было бы приятно, если бы он этого хотел.

Глупо, да. Согласна. И сейчас была рада от души, что моих глупостей никто кроме меня не слышит…

Ну, или действительно тоже предложит свидание.

С фантазией у близнецов грустно, кстати.

Мог бы Даня и повториться, но теперь он сказал, что звать на свидание меня не планировал.

И это почему-то было не очень приятно осознавать...

А потом я одёрнула себя.

Снова размышляю о каких-то бредовых вещах.

У меня дед больной лежит, надо ему внимание уделить и о нём думать, обязательно проследить, чтобы он пошёл к врачу. А не о парнях думать.

— И слава богу, — с достоинством и мнимым равнодушием ответила я. — Потому что я бы отказалась.

— Правда? Почему? — продолжил задавать вопросы Бодров. — Я не в твоём вкусе, так же как и ты?

— Ага, — лениво протянула я. — Мне нравится твой брат. Я же говорила уже.

Даниил смерил меня каким-то ставшим в один миг серьёзным взглядом.

— Неужели?

— Да правда.

— Ну что ж… Совет вам да любовь. Только не приходи потом рыдать о нём у меня на плече.

— С чего бы?

— Некоторые так делают, — ответил он. — Когда их бросает Назар, они пытаются прибиться ко мне. Только падаль я не собираю.

От этих слов стало совсем уж неприятно.

Теперь даже в самой патовой ситуации я к нему ни за что на свете за помощью не обращусь. А то ещё назовёт и меня падалью…

— В моём случае можешь этого не бояться, — сказала я. — Я всё ещё помню, какие между нами отношения.

— И какие?

— Никакие. С отрицательным значением.

— Хм, — усмехнулся снова он. — Отлично сказано. Ну, я поехал. Раз всё в порядке…

— Подожди, — окликнула я его, когда он уже почти дошёл до такси, которое так