Надеюсь, она не узнает - Анна Шнайдер

«Ты как будто бы не шутишь насчёт него…»

«Просто я знаю, на что он способен».

«Обжигалась уже?»

«Увы… Но мало кто не обжигался. Сколько таких, как я, мамочек в декрете, у которых муж сходил налево? Давай не будем сейчас обо мне».

«Да. Немало таких». Я вспомнил Веру и Кира. И Наташу с Лёхой, моих университетских друзей. И двоюродную сестру Настю, которую муж оставил с двойней через год после их рождения. Банальная до тошноты ситуация.

«Я могу как-то тебе помочь, Хэнг? Мне правда хочется», — написала Луна.

«Хочешь побить мою девушку вместо меня? Мне не положено. Я женщин не бью», — ответил я.

«Я плохо умею драться))»

«А я научу!»

«Значит, ты умеешь?»

«Немного)» — я скромничал: тренер бы со мной не согласился.

«Если скромничаешь и на самом деле хорошо дерёшься, тогда предлагаю сделку. Ты наваляешь моему мужу, а я твоей девушке))) Все довольны! Справедливость восторжествует!»

«Ха-ха-ха-ха! А мы куда после этого? Уйдём в закат?» — спросил и подумал: а не флиртую ли я? Опять.

«Если в закат, значит, нам по пути», — ответила Луна. Что ж, если я и флиртую, то Луна не только не против, но и подыгрывает мне. И мне это нравится.

«Двух закатов не бывает))»

«Точно».

Наступила пауза.

«Что ты будешь делать со своими отношениями? Если без шуток?» — спросила Луна.

Я ответил не сразу.

«Не знаю. Я с ней ещё не говорил об этом. Избегаю всеми способами, чтобы не сорваться и не рубить всё с плеча…»

«Ты примешь решение до разговора с ней или после? Извини, если лезу куда не надо. И, конечно, я не знаю твою девушку, но… В общем, может, стоит дать ей возможность хотя бы объясниться? Люди должны иметь право на ошибку. А мы должны иметь право не прощать их. Мне так кажется».

Мне понравилась эта мысль. Я задумался и спросил в ответ:

«А ты простила?»

«А я мастер давать советы, которым сама не следую))» — ответила Луна, и я в голос засмеялся. Эти слова были не только про неё, а про большинство из нас. Про меня точно.

«Какому совету ты сама не следуешь?» — я решил уточнить.

«Я имела в виду, что даже ещё не говорила с мужем. Пока что просто молча его ненавижу и терплю».

«А он имеет право на ошибку?» — поинтересовался я.

«Все люди имеют право на ошибку. И даже он».

«Ты правда так считаешь?»

Луна замолчала. Я ждал ответа и уже хотел написать, что она может не отвечать, как увидел, что она набирает сообщение.

«Умом — да. Сердцем — нет. Я хочу его казнить, без суда и следствия. И без разговоров. Но у нас ребёнок. Поэтому всё сложно и приходится включать ум, чтобы сердце не натворило то, что будет уже не исправить. Как ты сказал раньше, стараюсь не рубить с плеча. А рубить есть что))»

«Стоп! Угроза кастрацией — это красная черта, за которой включается полная и безоговорочная мужская солидарность, даже со стопроцентными тварями. Лови мой бесплатный совет: если хочешь, чтобы я оставался на твоей стороне, и собираешься казнить мужа, то руби голову, а не гениталии!»

«))) А ты на моей стороне, Хэнг?»

«Пока да) Я твой союзник. Только за красную черту не заходи».

«Это я усвоила)))»

«А ты мой союзник?» — спросил я.

«Да, Хэнг. К твоим услугам)» — ответила она, и я улыбнулся. Как минимум один виртуальный союзник у меня есть. Уже что-то.

«А не Луна? Та, которая за ней скрывается, тоже мой союзник?»

«Время покажет))) А сейчас оно показывает, что мне пора идти делать материнские дела».

«Спасибо за поддержку, Луна. Я подумаю насчёт твоих слов о праве на ошибку».

«Рада быть полезной, Хэнг. Пока!»

«Пока!»

23

Костя

Дома попытался заняться работой. Созванивался с организаторами фестиваля и отвечал на сообщения от потенциальных заказчиков. Двоим сразу отказал, а третий заинтересовал. Довольно известная группа «No grace», играющая нестандартный поп-рок, подготовила шоу для тура по стране и ближайшему зарубежью, но лишилась световика и срочно искала замену. Старт тура намечался через три недели.

Как же заманчиво было свалить куда подальше!

Их менеджеру я ответил, что нужно больше деталей, а в идеале — образец контракта с предыдущим световиком.

Я уже ездил в небольшие туры с театром, а вот с музыкантами ещё не доводилось. Но этих ребят я знал через одно рукопожатие, и, надо сказать, у них была хорошая репутация адекватных рокеров-интеллектуалов, отчего идея поехать с ними в тур стала для меня ещё более заманчивой.

Помню, у одной знакомой во «ВКонтакте» долгое время висел такой статус: «Хотели бы вы всё бросить и уехать?»

Хотел бы. Сейчас — очень хотел бы.

Как-то незаметно пролетело полдня. С фестивалем вроде прояснилось всё, на днях нужно будет поехать опробовать новое оборудование и порепетировать с двумя командами, так как у них специфические идеи для выступления. Помигать разноцветными софитами будет недостаточно.

Я уже собирал сумку для вечерней тренировки, где меня ждало наказание за прошлый инцидент с пухляшом-новичком, как вдруг пришло видеосообщение от Риты. Почему-то помешкал немного, прежде чем его включить.

Рита грустно смотрела в камеру, её глаза блестели, а голос немного дрожал. Она говорила, что переживает за наши отношения, не понимает, что вообще происходит, и ей тяжело ждать возвращения, чтобы поговорить со мной. Сказала, что любит меня. В конце видео она аккуратно убрала слезу, стараясь не смазать тушь, улыбнулась и послала мне воздушный поцелуй.

Я сел в коридоре на стул и как-то сразу же понял, что никуда не пойду.

Рита, я так хочу тебя ненавидеть! Но не могу, не получается никак! И от этого ещё больнее.

Я ей снова ничего не ответил.

Вспомнил разговор с Луной о праве на прощение. Захотелось опять поговорить с этой девушкой. Сейчас она казалась единственным человеком, с которым у меня всё просто и понятно. Да, я не знал, кто она, но мне это чем-то даже нравилось. Так проще. Мы друг другу никто. Но, видимо, очень нужные никто.

Написал ей, но сообщение осталось непрочитанным.

Так и сидел в коридоре, прикрыв лицо ладонями.

Попытался переключиться с мыслей о Рите, но неудачно вспомнил последний разговор с Верой, снова ощутил тепло её щеки на своих губах, вдохнул запах кожи, смешанный с сигаретным дымом. Мои руки будто