Учись, учись и не влюбляйся! - Елизавета Флоркинголд

Все это не казалось матери важным, ведь она думала, что свою работу я выполню дома, а потом мой дядя сверг ее, лишив жизни вместе с отцом. Сейчас на девятом Пике правят те самые старомодные драконы, что хотят похитить артефакты и поставить на гору, а он побуждает их к более активным действиям. О моем же существовании он даже не догадывался, от того я решил, что лучшим вариантом будет закончить обучение среди людей, чтобы и не узнал.

Таким образом я попал сюда и услышал, что Химмельзоне — лучшая академия для мастеров артефактов. Мне удалось поступить, даже не на первый курс, а на последний! Поверьте, я не собираюсь никого порабощать или испепелять, мне просто нужно понять, как делать более мощные вещи, чтобы вернуть жизнь в родные края.

***

Пускай у девушек возникало много вопросов, прерывать Рауля они не осмеливались. Ванессе данная история показалась местами приукрашенной, Мари же сочла ее более реальной, учитывая все то, что говорила ей Клэр. К тому времени, как юноша закончил свой рассказ, глаза у него стали нормальными и следов драконьего духа не осталось, но навряд ли студентки смогли бы развидеть то, что уже увиели.

— Это ничего не меняет, ты — отвратительная зеленая ящерица, мы расстаемся! — Напомнила ему рыженькая.

— Что-же, ничего страшного. Уверен, ты найдешь себе более выгодного партнера.

— Прозвучало так, словно я самовлюбленная заносчивая дурочка. — Надула губки Винтер.

— Тише, он же сказал, что в их краях брак — дело условности, наверно, там это не считается чем-то оскорбительным.

— А ты почему его защищаешь? Вообще, кто с тобой дружит с первого курса, а кто похож на монстра из страшилок?

— Монстр или нет, он спас мне жизнь, даже если мы квиты, не стоит забывать о его поступке.

— Я бы все равно не спешила ему доверять. И да, раз уж наш зеленый товарищ поправился, самое время ему вернуться в свое общежитие. Если Йохана узнает, что мы тут прятали парня, она разозлиться так, что никакие драконьи штучки его не спасут.

— Точно! Мы сказали всем, что ты ненадолго уехал домой, так что постарайся не разрушить легенды, тогда пострадает вся наша команда.

Рауль ответил кивком головы. На удивление он оказался довольно ловким, и покинул дом так, что его никто не заметил. Да и вообще встреча с людьми изрядно его напугала: парень перестал пересекаться с однокурсницами, даже пропустил парочку собраний клуба ботаников, после чего Мортон сам пригласил его вернуться.

Остаток осени прошел довольно странно. Берге пытался делать вид, что он их не знает, и не хотел лишний раз говорить, лишь бы еще чего о драконах не спросили, Ванесса и не смотрела в его сторону, боясь представить, что целовалась с зеленой ящерицей, маг иногда задавал вопросы, на которые получал размытые ответы, и явно хотел узнать больше о новой области. Мари пыталась начать писать курсовую, но все время возвращалась мыслями к случившемуся.

Вот и зима началась, а вместе с ней и большие каникулы. Студенты должны были разъехаться по домам на целых две недели. Руж как раз отправилась в город, чтобы купить еды в дорогу, как вдруг Рауль сам догнал ее. Они стояли посреди людной улицы, признаться, девушка думала, что парень не скажет и слова, но он оказался не таким робким, и вполне непринужденно заговорил.

— Ты как-то говорила, что твоя семья торгует яблоками, и что у вас вроде как есть деньги. Не могла бы ты одолжить мне немного на эти каникулы, а я уж найду как отплатить.

Ах, точно, он ведь не мог вернуться в Штерсен, так как никакого дома там не было, и за границами людского мира вряд ли бы кто принял. А что если драконоборцы вычислят его — да и попробуй не вычислить такого подозрительного юношу с туманным прошлым.

— Я не думаю, что моих денег тебе хватит на это время, но ты мог бы поехать со мной. Навру родителяям что-то про студентов по обмену, они не станут возражать.

— Ты шутишь? Взять на каникулы такого… — он осмотрелся по сторонам, подбирая слова, — такого как я?!

— Ясное дело, моя сестра тоже приедет навестить родню, так что дурака валять у тебя не получится. А еще ты мог бы посмотреть на наброски моей курсовой, возможно, поправишь там некоторые моменты.

Глава 8: зима во владениях Наутур

Когда карета проезжала Пик Штимдейла, на нее сыпался первый снег, но когда гости прибыли в особняк семьи Руж, от него не осталось и следа. В Наутуре всегда было тепло, максимум — слегка прохладно. Интересный факт: в других владениях никаких особенностей не отмечалось (кроме Штерсена, но там давно не было артефакта). Возможно, их блага были более обыденными, привычными, или не так сильно выделялись, как отсутствие целого сезона.

С первого взгляда могло показаться, что в доме живет какой-то клан, или семья отшельников — на многие мили вокруг не было соседей, только поля. На самом же деле другие фермеры жили впритык, но большую часть их земель, как и владений яблоневых магнатов, занимали посадки.

Семья Руж была не такой уж большой, чтобы зваться кланом. Жила там одна старая бабуля — Маргарита, ранее управлявшая всеми делами, но отдавшая эту должность сыну в силу возраста. У нынешнего хозяина было два брата, у одного жена, другой с сыном от неудачного брака, сам же Оливер воспитал двух дочерей — ему хватило. "Пусть лучше растет количество яблок, а не наследников", приговаривал его покойный отец и был прав: никто не хотел новых разборок из-за земли.

Правда, теперь колесо повернулось в другую сторону — ни одна из дочерей не хотела унаследовать семейное дело. Неправильно будет сказать, что семья останется без нового лидера — в конце концов, желающих аж четверо — но все же в глубине души нынешний глава хотел увидеть своих детей в этой роли.

Экипаж был встречен тем самым невероятно быстрым лакеем. Мари еще не успела выйти, как сразу заметила повозку с эмблемой драконоборцев — старшая сестра уже прибыла.

— Миледи, рад вас видеть. — Сказал слуга, подавая руку.

Вот чего он никак не ожидал так это того, что следом за его госпожой появиться какой-то паренек. На вид не особо богато одетый, лохматый, к тому же шмыгал носом — успел простудиться. Тем не менее, ему так же была подана рука и оказано надлежащее приветствие.

— Это Рауль, мой