Измена. Заставлю любить - Ольга Игонина

Делаю шаг навстречу и осматриваю ее. У меня нет слов! На лацкане миниатюрная брошь — цветок из голубых сапфиров. Точно такой же, какой Влад купил мне, когда мы были в Венеции. Мы тогда вместе зашли в местную лавку и выбрали его. Продавец заверил, что все украшения у них в единственном экземпляре.

Это точно мои вещи! Но как они у нее оказались?

Вблизи я еще раз обращаю внимание на живот. Его точно нет. Значит, она не беременная? Да и будь она в положении, никак бы не смогла натянуть юбку от костюма.

Дрожащими руками лезу в сумочку и достаю телефон. Успеваю сделать фото Стефании со спины, но мой наряд все равно узнаваем.

Возвращаю детей в сад. Мне очень жалко с ними прощаться. Смотрят на меня доверчивыми глазками и спрашивают, почему я не буду сегодня читать им книжку перед обеденным сном.

— Ребятки, у Полины Николаевны сегодня важное задание, — приходит мне на помощь нянечка. — Так что сказка с меня.

Выхожу из здания и на мгновение теряюсь. Идти домой, где хозяйничает Нина, не хочется. Родители на работе, решаю прогуляться до парка.

Руки до сих пор дрожат, немного тянет низ живота. Нужно успокоиться и переварить то, что я сегодня увидела. Покупаю мятный чай и сажусь на ближайшую лавку.

Маме такое не расскажешь, она вмиг определит, что я сама виновата. До папы, уверена, и не дозвонюсь. У него сейчас либо лекция, либо заседание кафедры. Все, как обычно. Так что помочь мне в этом может только один человек — Катя.

Набираю подруге, она отвечает с первого же гудка.

— Полина, ты уже вышла на работу? Может, надо было еще немного отдохнуть? — у Кати обеденный перерыв. Слышу, как включили кофеварку и микроволновку.

— Завтра отдохну. Меня уволили, — с грустью сообщаю, — сегодня последний рабочий день, точнее, его обрывок.

— Как это уволили? — охает она. — А начальство твое вообще в курсе, что с беременными так по закону нельзя? — голос меняется, слышу претензию и недовольство.

— Кать, я еще никому не говорила, что в положении. Ну оставят они меня по суду, а потом что? Сделают условия, что я сама сбегу. Или на “легкий труд” отправят, и буду я в канцелярии документы перекладывать. Оно мне надо? Не стала с ними спорить. Может, зря, конечно, но сейчас мне точно не до этого.

— Да, тут ты права. Беречь себя надо.

— Я не про это. Кое-что случилось…

— Айн момент! Бегу в коридор!

Слышу, как хлопает дверь и раздается стук Катиных каблучков.

— Говори! — произносит она на выдохе.

— Мы сегодня с детьми в театре были, на “Дюймовочку” ходили. Помнишь, говорила?

— Ну? — нетерпеливо уточняет.

— И знаешь кого встретила?

— Поль, не томи! Давай сразу развязку!

— Беременную!

— Кого?

— Ту девушку с животом, которая ко мне в консультации подходила.

— Фига се… — Катя глубоко вздыхает. — Нет, по телефону я такое точно слушать не могу. Скинь координаты, сейчас прилечу.

Вот за что я особо люблю подругу, так это за то, что она готова хоть с другого края земли примчать, чтобы меня поддержать. Хорошо, что ее офис находится недалеко.

Покупаю два мороженых и стакан свежевыжатого апельсинового сока.

— Так-так, — начинает разговор подруга, как только садится ко мне на лавку. — Давай сначала. Кого ты там видела?

Она это говорит с такой интонацией, будто мне сегодня встретился Змей Горыныч или птеродактиль.

— Стефанию. Хотя теперь я не уверена, что ее так зовут. Она в нашем ТЮЗе играет, представляешь? В спектакле у нее было две роли — лягушка и фея.

Катька начинает истерически смеяться.

— Да, хороша актриса! Жабу играть много ума не надо.

— А еще на ней мой костюм, представляешь? Тот, сиреневый, с плиссированной юбкой. Я уже весь шкаф перетрясла, найти не могла. А он у нее оказался.

— Это что-то вне зоны моего понимания. — подруга смотрит недоверчиво. — Ты хочешь сказать, что эта сумасшедшая беременная украла твой костюм?

— Я скорее в этот бред поверю, чем в то, что у нее точно такой же. Слишком много совпадений. Не могу найти свой костюм, — начинаю перечислять. — Она появляется в таком же. Мне мой шили на заказ. Ей, получается, тоже что ли? Но самое главное — то, что на лацкане моя брошь.

— Это какая?

— Цветок из голубых сапфиров. Помнишь, который мы из Венеции привезли.

— Ты же говорила, что он в единственном экземпляре.

— Продавец нас в этом убедил — авторская работа, повторов не делают. Так что подвожу итог: либо эта Стефания заказала такой же костюм, как у меня, и реплику броши. Либо… — задумываюсь.

— И она, конечно, не беременная?

Отрицательно мотаю головой.

— И как ты ее не прибила… — Катя более смелая, она бы еще на сцене устроила потасовку с этой актрисой.

— Так дети же были кругом.

— У меня идея! — подруга достает телефон. Вводит в поисковик запрос по актерам ТЮЗа. Листаем список, и вот! С фотографий смотрит на меня Стефания Носовская.

Значит, она существует?

— Поль, не хотела тебя расстраивать, — осторожно начинает подруга. — Я тут следила за сайтами, с которых Влад принес распечатки.

— Ииии? — нетерпеливо заглядываю в лицо.

— Мне кажется, их делали на коленке, и после публикации о сумасшедшей беременной никаких новостей там больше не было.

— Ты думаешь, Влад мне врет? — с трудом выдавливаю.

Подруга качает головой, а потом крепко обнимает меня.

— Как он мог, Катюш? Как он мог? — рыдаю у нее на плече. — И главное — что мне теперь делать?..

***

Глава 23. Далеко собралась?

— Кать, как же теперь жить? Как можно наши отношения назвать семьей?

Подруга обнимает меня и крепко прижимает к себе. Я, не стесняясь, начинаю рыдать. Как же мне надоело плакать. Я чувствую злость, обиду, разочарование, и эти эмоции от слез становятся еще острее.

— Не хочу из-за него… — всхлипываю и хватаю ртом воздух. — Рыдать не хочу…

— Солнце, ты плачешь не по нему, а для себя, — успокаивает меня моя мудрая подруга. — К тому же у тебя гормоны шалят. Считай, что ты своим состоянием сейчас просто не управляешь.

Я допиваю остывший чай и постепенно успокаиваюсь. Мороженое так и остается лежать на лавочке в упаковке.

— Тебе купить чего-нибудь?

Отрицательно машу головой. Еда меня сейчас только отвлечет. А мне нужно сосредоточиться, проанализировать все события и придумать, что делать дальше.

— Я не могу ему больше доверять. Это не случайность, он сознательно соврал, — от