Змея за терновым троном - Мари Конва

— Как ты вышел на наше агентство? — аккуратно перехожу на более неформальное общение. Больше для своего комфорта, чем в попытке сблизиться.

Ответ очевиден, ведь отец уже рассказал: через видение провидицы. Однако я хочу узнать, что скажет он. Первое правило Бэна Мэтьюса: начинай расследование с источника — клиента; никогда не знаешь наверняка, кто перед тобой — волк, пастух или овца.

Кайден улыбается, приняв правила игры.

— От Гары — провидицы, служащей при моём Дворе. Она увидела ваше агентство через лавку открытого торгового квартала. Орден проверил информацию, мы связались с посольством, а они с вами. Конец.

Верно. Первая проверка пройдена.

— Как она это делает? — Я быстро шевелю пальцам, изображая магию. — Свои вуду-штучки.

— Использует морок, — хмыкает принц.

— Разве это не запрещено?

— Нет, если ты очищаешь его и вносишь плату.

Применение морока забирает жизненные силы. Как в дайвинге: чем глубже погружаешься, тем сильнее давит толща воды. Если не очищать его, то он вернётся в Место силы, а затем отравит близлежащие к нему земли. Именно поэтому фэйри обязаны брать удар на себя, пускай и ценой здоровья. Хочешь пожить подольше? Будь паинькой и держись подальше от тёмной стороны.

— И какую плату внесла она?

— Зрение. Провидица слепа. Такова её цена за возможность коснуться того, что скрыто от остальных. Гара видит как обрывки настоящего, так и исходы будущего. Всегда по-разному. Это происходит без её желания.

— Исходы? Расскажи.

— Как развилка: пойдёшь по одной дороге, для тебя закроется другая. Такой дар доступен единицам. С ним не просто рождаются. Его оттачивают не один десяток лет. Незадолго до нашего с братом рождения Гара увидела появление на свет двух мальчиков, которых ждало два возможных пути. На одном… — Кайден делает паузу и нервно сглатывает: — Тео становился братоубийцей ещё до совершеннолетия, и мир погружался в хаос. А в другом мы бок о бок заходим в туман, и он скрывает наши тела. Так бывает, когда будущее неясно.

Я с трудом пытаюсь переварить услышанное. Будучи сторонницей того, что каждый вершит свою судьбу сам, мне хочется рассмеяться и попросить его так не шутить. Только принц выглядит слишком мрачным для насмешек. Если он в это верит, значит на то есть свои причины, которые стоит уважать.

— И как понять, каков будет итог?

— Сделать выбор. Порой он очевиден, а порой нет. Иногда решение неизбежно причинит боль, и ты просто смиряешься. Гара видит набор посланий, и не всегда удаётся верно их трактовать. Обычно созываются приближённые к трону, и между ними ведутся долгие дискуссии. Итоговое решение ложится на плечи всех присутствующих.

— Смею предположить, что выбор пал на туманное будущее. И как это происходило — поворот на развилке? Как они выбрали нужный вариант?

— Им предстояло обмануть всех. — Я начинаю в нетерпении ёрзать. — Провидица призвала нашу мать распустить слух о дефектности одного из близнецов — Тео. Якобы мальчик родился слабым и совсем не способным к магии. Они следовали видению, в котором сокрытие сил ребёнка вело к неизвестному исходу.

— Так оно и было? Дефект?

Принц медлит с ответом.

— Не совсем, но доля правды в этом присутствовала. В итоге, как видишь, друг друга мы не убили.

— Тео это не спасло.

— Он никогда не искал спасения.

Кайден утыкается взглядом в свои ботинки и затихает, а я мысленно возвращаюсь к Гаре и её магии. Морок — тёмная сторона мира фэйри. Ещё до Моря слёз им пользовались без зазрения совести. С его помощью можно усиливать или уменьшать эмоции, подчинять, причинять физические страдания и творить гнусности. Раньше никто не запрещал накладывать морок на человека: заставить смеяться, пока слёзы не потекут из глаз, или танцевать до стёртых в кровь ступней. Всякий пользовался им, чтобы внушить ложное воспоминание, выжечь неугодное или навязать свою волю.

Когда фэйри хлынули в наш мир через Разломы и Тропы, влияние чёрной магии стало причинять значительный ущерб. Чары и морок часто идут рука об руку, но в отличие от морока, первые не несут в себе цели навредить, хоть иногда и случаются казусы. Понадобились сотни лет для осознания пагубного влияния тёмной стороны. Фэйри всё меньше стали ходить по этой дорожке, что привело к сокращению рождаемости детей со склонностью к мороку. Сейчас он скорее атавизм. Немногим удаётся развить его на достаточном уровне, чтобы вредить другим. Поэтому в ход пошли словесные интриги — бескровный способ уничтожить врага.

Выбираюсь из мыслей как из капкана. Капучино почти остыл, и я помешиваю его пластиковой ложкой, наблюдая за образованием колец и воронки.

— Выходит, Гара через видение обнаружила след и в Чайна-тауне? — спрашиваю я, стараясь вновь вовлечь принца в диалог.

— После вашего агентства видение сменилось табличкой и прилавком, завешанным травами. Ещё оно показало сирену, покрывающуюся камнем.

— Что было на табличке?

Не то, чтобы всё остальное, я восприняла как норму.

— Per mortis non lates. От смерти не спрячешься.

— И это всё?

— Увы. Используя дар, она не получает ответы на все вопросы. Порой это превращается в тот ещё квест. К тому же Гара редко видит живых существ.

— Лучше, чем ничего.

— Верно. И твой отец рассказал, что именно на ведьмах оборвались его поиски. А раз перчанкой торгуют только они, значит, мы на верном пути.

— Что насчёт сирены?

— Возможно, это статуя. Я видел похожую, когда был неподалёку, но нужно проверить.

— Не знала, что наследным принцам позволено гулять вне дворца.

— Я сказал: «Однажды».

Нет, не сказал.

Я решаю сменить тему и прощупать почву, подходя к самому краю.

— А Гара, как погляжу, хорошо разбирается в травах.

разворачивается ко мне, скрипя табуретом, и я ощущаю на себе его выжигающий взгляд.

— Полегче, полукровка. Она мне как мать. Если ты думаешь, что она способна на такое, то зря тратишь время.

Второе правило Бэна Мэтьюса: если клиент говорит, что кто-то точно не при чём, первым делом проверь этого «кого-то». Принцу об этом знать не обязательно. Я мысленно делаю пометку на фразе «как мать» и обещаю себе копнуть в эту сторону позже.

— Я просто делаю то, ради чего вы меня наняли.

— Справедливости ради, я нанял твоего отца.

Признаться, это задевает мою гордость.

— И как же ты представлял себе это? Мой папа — человек. Люди не проходят через Разломы и Тропы. Люди не попадают в кварталы.

Кайден задумчиво отводит глаза и