Опасность в бриллиантах - Мэдлин Хантер

Она заглянула внутрь. Похоже, комнату отремонтировали совсем недавно, позднее, чем весь остальной дом, и она не щеголяла такой неумеренной роскошью, как прочие. Здесь господствовал классический стиль — аккуратные зубчатые багеты, скромные орнаменты, стулья, стилизованные под римские. Дафну удивили цвета — в основном кремовые и голубые в стиле мистера Веджвуда. Она-то предполагала, что Каслфорд предпочтет жить среди темных и красных оттенков, чтобы было много красного.

Герцог сидел за письменным столом, заваленным бумагами, и хмурился над каким-то письмом. Свет косо падал из ближайшего окна, отражаясь от металлических поверхностей чернильницы и подсвечников, заливал его недовольный профиль и подчеркивал золотые пряди в спутанных волосах.

Дафна с трудом оторвалась от созерцания этого лица, запретив себе думать о том, как красиво и интеллигентно он вдруг стал выглядеть, и внезапно увидела все остальное: темно-синий свободный шелковый халат, голую шею над воротником, отсутствие обуви и босые ступни.

Он еще не оделся! Он все еще в утреннем халате! И если она не ошибается, под шелком халата нет ничего, кроме голого тела.

Дафна резко втянула в себя воздух, шокированная его наглостью.

Каслфорд услышал, оглянулся, положил перо и встал.

— А, миссис Джойс. Вижу, вы весьма пунктуальны.

— Если вы полагали, что я опоздаю, и вам требуется время, чтобы привести себя в презентабельный вид, я с удовольствием подожду, пока вы не подготовитесь к наступившему дню.

Каслфорд глянул на себя и пожал плечами:

— Нет никакого смысла ждать. Я же не лежу голый в кровати.

Дафна раздраженно замотала головой:

— Нет, это невыразимо!

— Имеется в виду: вы не будете ничего говорить? Я предпочту излагать дело сам. Кажется, сегодня утром я окажусь более интересным собеседником, чем вы, если это выражение расстройства у вас на лице — о, простите, вы называли это выражение крайним удивлением! — предупреждает о том, что вы готовы вот-вот осыпать меня упреками. — Он показал на один из римских стульев. — Не желаете присесть?

Дафна не хотела садиться. Она не хотела находиться наедине с этим мужчиной в его спальне, тем более когда он подобным образом одет. Он поступил так намеренно, желая наказать ее за то, что она выставила его вчера из дома. Тут Дафна подумала о «Редких цветах», напомнила себе, ради чего она все это терпит, и села. Каслфорд остался стоять, глядя на нее сверху вниз, и в его темных глазах снова заплясали лукавые огоньки: он забавлялся, видя, как неловко она себя чувствует.

Вошли слуги с подносами и скатертью. Стол в центре спальни превратился в обеденный, заставленный серебром, фарфором и стеклом.

Когда слуги вышли, Дафна подчеркнуто посмотрела на синий утренний халат герцога.

— Если я смогла так рано встать и одеться, вы тоже можете, — произнесла она.

— Да будь я проклят, вы все-таки умудрились меня упрекнуть! Жду не дождусь дня, когда единственная ваша жалоба будет на то, что наслаждение слишком быстро закончилось.

Дафна лишилась дара речи. Он говорил с невинным видом, однако только что вслух объявил о своих намерениях!

— Вам пришлось выйти из дома и сесть в карету, миссис Джойс. Тут нельзя не одеться. Я же со своей стороны намереваюсь, закончив наше дело, лечь и поспать, хотя бы чуть-чуть, поэтому не вижу смысла одеваться.

Совершенно неприемлемая логика, хотя в его словах и был здравый смысл.

— Так вы что, еще не ложились?

— Ни на минутку, хотя велел лакею снять с меня башмаки и прочее. У меня все еще не закончилось вчера.

Это означает, что он всю ночь пил и таскался по женщинам. Ее вполне могли впустить, когда он и вправду лежал голый в постели.

Дафна встала.

— В таком случае я вернусь, когда у вас наступит сегодня.

Каслфорд театрально вздохнул и поднял глаза к небу, якобы моля о терпении.

— Перестаньте вести себя, как школьница! Вряд ли я совершил что-нибудь неприличное. Сядьте, позавтракайте, и мы поговорим о деле, которое вас сюда привело. Разумеется, если вы не надумали вообще никогда о нем не говорить. Если мне нельзя приходить к вам, а вы не желаете приходить ко мне, не представляю, как мы сможем продвинуться хоть чуть-чуть вперед.

Поняв, что придется и дальше потворствовать этому эксцентричному поведению, Дафна села за стол. Каслфорд тоже уселся и налил ей кофе.

— Не тревожьтесь из-за скандала, — сказал он. — Клянусь: слуги, которые могут сюда входить и обслуживать нас, люди неболтливые.

— Хорошо узнать, что хотя бы слуги позаботятся о моей репутаций, раз уж вы не хотите.

— Я очень о ней забочусь, вот почему мы с вами сейчас здесь. Даже встреча в моем кабинете была бы более публичной. Слугам, которые привели вас сюда, я доверяю полностью, а за остальных ручаться не могу.

Дафна подалась вперед и посмотрела ему прямо в глаза.

— Я здесь вовсе не поэтому. И буду благодарна, если вы вспомните о своем первом впечатлении обо мне — я совсем не дура. — Она выпрямилась. — А если вы думаете, что ваше дезабилье делает вас более соблазнительным, то ошибаетесь. Оно только напоминает мне о том, до чего вы непостоянный, безответственный гедонист.

Каслфорд положил себе на тарелку омлет и предложил Дафне тоже. Она отказалась, но он все равно положил ей немного.

— Опять упрек. Я удивлен тем, что не очень сильно огорчаюсь из-за них. Но я веду им счет на случай, если когда-нибудь мне придется побранить вас.

И приступил к еде. Дафна сняла перчатки и тоже немного поклевала с тарелки. На нее давило ощущение семейственности. Завтрак вдвоем каким-то образом придавал всему происходящему больше интимности, чем даже его неглиже.

Наконец Каслфорд отложил серебряный прибор.

— Я посылаю людей в «Редкие цветы», чтобы определить, какую ценность эти владения собой представляют, помимо красивых садов. Кроме того, они займутся участком, который вы не используете.

— Вы хотите сказать, они будут искать там металлы и все такое?

— Да. Лучше всего, если ваша экономка и та молодая женщина, Кэтрин, переедут на это время к вам в Лондон. Присутствие моих людей там может показаться им неприятным.

— А как же красивые сады? И получаемый с них доход? Им требуется постоянный уход. То, что вы предлагаете, их уничтожит.

— Разве нельзя нанять кого-то на это время? Мне казалось, один работник у вас уже имеется, тот кто возит растения в Лондон.

— Он всего лишь управляется с повозкой и вряд ли сможет взять на себя весь бизнес. Если бы я могла нанять кого-то для ухода за цветами и растениями, не потратив на это весь доход, мои руки не выглядели бы так.

И Дафна вытянула руки. Несмотря на все ее старания, на них были видны следы непрестанной работы с землей, едва заметные, но неоспоримые.