Мальвина и скотина - Лена Миро

Уверена, что, оставшись без помощничка, СЕО попросит именно меня взять на себя обязанности персонального ассистента (во всей компании только я и Борька понимаем его ебический кокни). А уж там я развернусь: пороюсь, поподслушиваю, поизучаю и даже залезу в мобильник, пока он писает. Короче, я все что угодно сделаю, но добуду необходимые сведения!

В тот момент я почти физически ощущала вес пачек с баксами на своих ладонях. It felt so fucking great and it was so fucking real!

Глава 10

Из аэропорта я поехала домой. Мне срочно требовался полноценный релакс. Выпив чашку ромашкового чая, я задернула шторы и заснула. А когда проснулась, сразу же позвонила Денису.

- Звезда моя, наконец-то! Я хочу знать все про завтрашний ужин с гадким Забелиным, - с ходу затребовал мой друг.

- Блин! Пятница - уже завтра! С этими перелетами я совсем перестала ориентироваться во времени.

- А в чем ты пойдешь?

- Не знаю. Может, заедете с Таликом - поможете выбрать?

- Ой, как кульно! Будем через часик. На созвончике!

Сладкая парочка ворвалась ко мне в квартиру с возгласами: «Ай, секси детко!»

«Ух ты вау!», «Классненький пижамчик!», и уже через минуту моя тихая и редкопосещаемая кухня превратилась в аналог «Едим дома» или другого телевизионного cooking-бреда. Что-то доставалось из пакетов, что-то мылось, что-то чистилось, что-то булькало на плите, что-то запекалось в духовке. И все это под прохладное белое вино и жизнеутверждающее «I love you baby, and if it’s quite right, I need you baby to warm the lonely night…».

Пока ребята готовили ужин, я им рассказала обо всем, что произошло в Сталегорске.

- Забелка-дурик! Суровый дяденька, а ведет себя как мальчик-колокольчик из города Динь-Динь. Так неумело маскируется. Сам влюбился, а надо же, выебывается, - пропел Талик, чем усилил мое и без того радостно-возбужденное состояние.

Результатом кухонного хаоса стал офигенный спаржевый суп (fully hand made!) и лазанья (полуфабрикатная, но очень вкусная). Все это мы поглотили под «Шопоголика», просмотр которого перемежался стебом и болтовней, а потом отправились в гардеробную выбирать одежду для завтрашнего вечера.

Через тридцать минут рассуждений, убеждений, комплиментов и препирательств, протекающих под мелодию моего нещадно насилуемого Фролкиным мобильника, Талик выдал гениальное:

- Пусть будет в шоке! Пусть увидит - и охуеет! Пусть будет бесстыдно! Ты пойдешь в ресторан так, как раньше ходили в опочивальню! И не ебет, что это business dinner! Будуарно - это та-а-ак буржуазно!

В итоге поверх мятой белой рубашки (мятой как надо, т. е. дорого) я надела напоминающий нижнее белье кремовый жакет и бюстье, а вниз - легкое расклешенное мини черного цвета.

- Ай, конфетко! Шелк и хлопок - это утренний секс, - причмокнул Талик и вытащил из-под моих обувных завалов изящные бежевые балетки. - Вот это и атласную ленту на голову.

Когда наутро перед выходом из дома я посмотрелась в зеркало, моя и без того не низкая самооценка взлетела до небес: в зеркале стояла красивая глазастая кукла с перетянутыми лентой локонами. За ужином буду курить брутальные «Camel», решила я. Для противоречивости образа.

Несмотря на то, что время моего опоздания вышло за все рамки приличия и даже неприличия, Бориска меня ни разу не побеспокоил. Зато позвонил сам Тейлор и попросил поскорее приехать: ему требовался ассистент. Urgently! Boris is ill.

Браво, Сонька! Быстро же ты его уконтрапупила! Интересно как? Обязательно спрошу при встрече! It can be really funny! - подумала я, отбивая по рулю ритм глуповатой, но бодрой песенки, передаваемой по радио.

В приемной СЕО не было никого, в том числе и его секретарши Гули - создания безмозглого, но безвредного. Ее никогда нет на месте, и, по-моему, она сама не понимает своей функции в компании. Гуля так и говорит: «Я не понимаю, что здесь делаю за тридцать тысяч. Скажите спасибо, что вообще пришла». После этих слов она, по обыкновению, делает себе кофе и уходит. В курилку. В кофе-зону. К «девчонкам». Так что Гуля мне - не помеха.

Каморка ассистента, как нельзя кстати, соединялась дверью с кабинетом СЕО. Очень удобно для подслушивания. Оказавшись на новом месте, я сразу же позвонила Бориске. Тот наотрез отказался сообщить мне пароль на своем компьютере, ударившись в долгое и нудное обоснование того, почему это невозможно.

- Мне нужен доступ к тейлоровскому календарю и корреспонденции, большая часть которой приходит на твой адрес. Не скажешь пароль - обращусь к Дымченко. Ему и будешь приводить свои малоубедительные доводы. - Я плюхнулась в кресло помощничка, зашвырнув в нижний ящик стола пляжное фото тощих ублюдков в синтетических написниках. Лицезреть Борьку в кругу колхозных друзей мне не хотелось.

- Дженна Джеймсон русскими буквами в английском регистре, - чуть ли не в одно слово протараторил этот мизерабль и поспешно отключился.

А мальчик дрочит, хмыкнула я, вводя в качестве пароля имя порнозвезды.

Просканировав электронку, я не обнаружила в ней ничего криминального: типичная бизнес-хуйня. Хотя вряд ли top secret information будет проходить через Борьку. Видимо, придется залезть в почту самого СЕО.

В двенадцать Тейлор собрал Board и рассказал о новом распоряжении главного акционера. Директорам было дано срочное задание представить предложения по снижению затрат по вверенным им подразделениям, а Фролкину - консолидировать все идеи в единый Cost Reduction Plan.

Сидящие за столом заметно приуныли: любителей экономии среди них не наблюдалось. И лишь директор по корпоративным отношениям не выглядел расстроенным: в преддверии private placement жалеть деньги на PR и GR было недальновидно, и это понимали все.

После совещания из приемной Забелина пришло сообщение с указанием места и времени ужина, и мы с Динечкой поехали «ланчевать» в концептуальный «Х.Л.А.М.».

- В «Кетама»? Полный романтик и чиллаут! Выбор явно продиктован твоим sexy обликом, но нельзя же настолько игнорить бедняжку Тейлора! Неужели Забелин собирается обсуждать бизнес под поцелуйное downtempo, предварительно скинув черевички и развалившись на марокканских подушках? - удивился Денис.

- От него всего можно ожидать, - накалывая на вилку кусочек утиной грудки, уверенно констатировала я.

В офисе меня нашел Фролкин.

- Мальвина, мы так давно не разговаривали. Давай сегодня поужинаем, - с тупым интересом изучая носки своих ботинок, предложил он.

- Глеб, если я буду принимать все приглашения в рестораны, то очень скоро не смогу без чувства вины встать на весы.

- А ты принимай только мои.

- А вы войдите хотя бы в первую двадцатку «Forbs», и тогда, может быть, я буду готова подумать.

На ужин я ехала на своей машине - хотелось побыть одной. Я волновалась.