Неверный - Тала Тоцка

Бывшего мужа…

Теперь я себе все время об этом говорю. Чтобы не забыть.

— Анна Анатольевна, — спрашиваю вместо ответа, — я могу вас попросить о помощи?

— Конечно, говори. Если смогу, постараюсь помочь.

— Нужно узнать об одном человеке, его зовут Демид Ольшанский. Вы случайно о нем не слышали?

Анна морщит лоб, затем недоуменно пожимает плечами.

— Может и слышала, но так сразу и не вспомню. Кто это?

— Сводный брат моего мужа, — спешу объяснить, натолкнувшись на выжидающий взгляд. — Мой муж с ним не ладит, поэтому в семье о нем говорили мало. Вы можете спросить у мужа, может, он что-то знает?

Рустам говорил мне, что Демид слишком известная личность в определенных кругах. А что за круги и чем он известен, рассказывать не стал. Я и не спрашивала. Муж Анны главный врач областного перинатального центра. Возможно он входит в эти определенные круги?

— Я спрошу, — говорит Анна явно сбитая с толку, — но, конечно, странно, что ты ничего не знаешь о своем родственнике.

— Он не мой родственник, а мужа. Они вообще не общаются.

— Так зачем он тебе понадобился?

— Не знаю, — отвечаю честно, — но если ваш муж сможет найти для меня его контакт, я буду благодарна.

Контакты Анна приносит на следующий же день. Меня уже готовят к выписке, когда она появляется в палате. Вид у нее достаточно взволнованный

— Ну что, узнала я про твоего родственничка, — начинает она, забыв поздороваться. — Скажи, Соня, только честно. Ты хочешь его нанять?

Анна не сводит пристального взгляда, и мне становится не по себе.

— Нанять? Он что, адвокат?

— Ольшанский? Что ты, нет конечно, — встряхивает она головой, — он ликвидатор.

— Киллер? — холодею я, и Анна смешливо фыркает.

— Какой киллер, Соня! Откуда у моего мужа знакомые киллеры?

— А они знакомы?

— Не лично, через других знакомых. Демид ликвидирует предприятия, которые ему заказывают. Образно ликвидирует, как ты понимаешь. Банкротит и закрывает. Специалист высокого класса, за свои услуги он берет суммы не меньше чем с пятизначными нулями.

— Это точно? — недоверчиво моргаю я. — Вы ничего не путаете?

— Господи, Соня, он член твоей семьи, — всплескивает руками Анна, — тебе проще это выяснить.

Что я могу сказать. Разве то, что три года никого и ничего не замечала вокруг. Только мужа. Теперь приходится расплачиваться.

Вот только непонятно, почему Демид, имея такие доходы, разругался с родными братьями из-за наследства. Мой свекор умер совсем недавно, вряд ли Ольшанский стал ликвидатором в прошлом году.

Да и если честно, слабо верится, что Рустам с Русланом отняли у брата то, что ему принадлежит если не по закону, то по совести.

Или я слишком хорошо о них всех думаю?

Одно я знаю точно. Я понятия не имею, в какую семью попала три года назад. И мужчину, с которым жила, делила постель и от которого ношу ребенка, я совсем не знаю.

Глава 9

— Сонечка, готова? — Анна Анатольевна заглядывает в палату, в руках у нее файл с документами.

— Да, — с готовностью встаю.

— Это все твои вещи? — Анна окидывает взглядом два небольших пакета и поджимает губы. — Негусто.

— Я передала маме одежду в стирку. Оставила только самое необходимое.

— Ты все-таки решила в гостиницу?

— Уже забронировала номер.

— Что ж, тебе виднее, — разводит руками Анна и протягивает файл. — Вот, держи. Здесь заключение на выписку, постарайся поменьше его светить. Настоящее в облаке, пароль — мой номер телефона. И еще…

Она достает телефон, листает экран, и через миг у меня раздается писк мессенджера. Открываю, и внутри появляется неприятное липкое ощущение.

— Это… — поднимаю глаза на Анну, она утвердительно кивает.

— Да, то, что ты просила. Контакт твоего родственника.

— Не моего. Айдаровых.

— Без разницы. Сохрани в телефонную книгу, потом решишь, что с ним делать. Пойдем, я тебя проведу до приемного покоя. Там вызовешь такси, — Анна берет пакеты, и когда я пробую их отобрать, недовольно прикрикивает. — Иди за мной. Забыла, что тебе ничего нельзя поднимать тяжелее мобильника?

— Да нет, я все помню. Не волнуйтесь, Анна Анатольевна, я попрошу таксиста занести пакеты в отель. А там помогут сотрудники отеля.

— Смотри мне, — ворчливо говорит Анна и идет к двери.

Я следую за ней, но на пороге оборачиваюсь. Кажется, будто я в больнице провела несколько лет, хоть прошло всего три недели. Три недели с тех пор, как мой брак с грохотом разбился об пол вместе с чашкой и разлетелся на мелкие осколки.

Тогда все было как в тумане, а сейчас с удивлением обнаруживаю, что слишком хорошо все запомнила. Выражение лица Лизы. Рустама. Даже свое отражение в зеркале помню.

Лиза